Шанс во Вселенной
Шрифт:
– Ты с кем разговаривал? Кто она? – раздался знакомый голос позади него.
Его старший друг, незаметно оказавшийся на опушке плутонского леса, также смотрел на эту маленькую точку, удаляющуюся за горизонт. Он ещё вчера прилетел на Плутон, чтобы проводить своего юного коллегу в дальний полёт до самой бездны неведомости.
Эта космическая экспедиция предпринималась человечеством впервые. Эра дальних полётов на термоядерных и фотонных двигателях была позади. На них перемещались лишь внутри Солнечной системы.
Прошло сорок земных лет, как вошёл в историю цивилизации варп-двигатель. Скорее он,
Ну, а на данном отрезке истории человечество Земли, уж ныне человечество Солнечной системы, готовило первый полёт в глубины огромной Вселенной, полёт над бездной расстоянием в несколько миллиард световых лет. И вот членом, так рядовым членом этой экспедиции являлся Стэн Ришар, проводивший последние дни перед стартом на Плутоне, а в данный момент смотревший вслед улетающей птице, на которой такой лихой наездницей восседала таинственная незнакомка. А рядом с ним стоял Роберт Нгуги, старый космический разведчик, что прилетел на Плутон не то что настраивать, но дать кое-какие советы, настроить на такой полёт человечества до далёкой бездны неведомости.
– Ты с кем сейчас разговаривал?
– Не знаю.
– Ну, да ладно. Поговорим о полёте. Давай сначала присядем.
Мягкая трава расстелилась зелёным ковром. Здесь, недалеко от северного полюса, климат такой же мягкий, как и на экваторе. Искусственная природа, сотворённая человеком, обладала не только своей притягательной красотой, но и удобством. Стэн понимал, что человеку придётся когда-нибудь столкнуться в космосе с необыкновенными экзопланетами, к которым надо будет привыкнуть. По сравнению с ними планеты Солнечной системы покажутся просто родными. Ведь не одно поколение землян родилось на них. Его размышления прервал Нгуги.
– Командир звездолёта – Брайан Элкьяер. Его заместитель – Боло Янг. Я знаю обоих. Они – опытные космические волки дальних экспедиций. Как знаю, ты зачислен в космическую разведку?
– Да.
– Космическую разведку ведёт мой старый друг – Александр Майоров. Я ему рассказывал о тебе.
– Вы вместе летали?
– Мы с ним старые разведчики. Были в одной команде в Магеллановых Облаках. Тогда я вёл, а он был моим заместителем. Я расскажу когда-нибудь о той экспедиции, а сейчас давай на базу.
Уже перед сном на базе он вспомнил о той дневной встрече. Её взгляд, каким-то огнём сжигающий внутри. Что? Что могло быть в нём? Доброта, нежность, удивление. В глазах её, излучающих какой-то необыкновенный свет радости, исходил тот явно положительный заряд, от которого засветилась бы душа каждого, кто повстречался бы на её пути.
Ему, наверное, повезло, конечно, повезло. Он, прошедший школу будущего космического разведчика, добился своего. Впереди далёкий, глубинный
Случайный миг, случайная встреча. Он никогда не увидит её, никогда. Ушедший миг…
Лететь на птице, словно слившись с ней. Это не самолёт, и не дисколёт. Там, внизу, река тонкой синей лентой рассекает холмистую долину цвета изумруда. Здесь, наверху, такой простор! Как будто ты вся в объятиях плутонского неба. Будто ветер. Столько свободы. Ещё выше и звёзды станут ближе.
А где-то там, далеко внизу, на опушке дивного леса остался незнакомец. Что же делал этот паренёк с добрым взглядом, но с ликом, профилем воина легиона древнего Великого Рима? Как он удивился, увидев её. Через несколько минут она не думала о нём? Все мысли о предстоящей работе. Она будет самой интересной, ведь ей пришлось преодолеть небывалый отбор из сотен тысяч девушек, чтобы оказаться в этой заветной двадцатке. И мечта сокровенная осуществилась…, и она оказалась…
Запишет ли память её миг вот этой встречи на опушке плутонского леса, а может, вот так и возьмёт, и отложит на самое, самое дно и никогда, никогда не извлечёт, не достанет…
2
Дебют исторического полёта в самые дебри глубинного космоса состоялся. Звездолёт стартовал с Харона. С точки зрения климатической погоды Харона был обыкновенный день, немного ненастный, моросил дождик с облаков искусственной атмосферы. Малое, величиной с теннисный шарик, Солнце лишь поднималось к зениту. Слабые лучи родной звезды не давали никакого тепла, но это не имело значения. На Хароне природа и климат как на Плутоне, был таким же мягким, средиземноморским, как на Земле – колыбели цивилизации, которую с полным правом можно было именовать цивилизацией третьего типа. Да, накрапывал мелкий дождь, будто Харон так слёзно прощался с самой первой экспедицией в самые глубины бездны Вселенной.
Три дня назад, под вечер Стэн вылетел на местном корабле, курсирующем между планетой и спутником. Космический тихоход на основе термоядерного двигателя шёл по вакууму космоса не спеша. Его старший товарищ Нгуги остался на Плутоне. Оттуда он собирался на Венеру. Как ни старался он скрыть свои чувства, было как-то явственно видно, что он так стремился душой в этот полёт. К сожалению, у старика была уже не та функциональная подготовка. Обнялись. Затем он отвернулся, чтобы скрыть слёзы. «Была бы моя воля, я бы взял тебя, мой старый друг», – подумал тогда Стэн, понимая, что далеко не в его силах изменить что-либо.
Набрав всего сто километров в секунду, корабль спокойно двигался к Харону. Ему не хотелось слушать музыку, смотреть телевизор, окунуться в интернет Солнечной системы. Закрыв глаза, он сидел, прислонившись к спинке кресла. Недавняя встреча с незнакомкой, её смеющиеся удивлённые глаза, лицо, фигура, голос во всех деталях всплывали в памяти как живой экран. Необыкновенная птица как-то отошла на задний план.
– А что если после экспедиции поищу её? Сколько на Уране жителей? – мысленные вопросы заставили его действовать.