Шарада

Браун Сандра

– Я просто не хотел, чтобы ты ждала от меня чего– то, что я не могу дать.

– В таком случае ты уже добился этого, потому что я совсем ничего от тебя не жду, даже меньше, чем ничего. У нас был роман на одну ночь. Наши железы внутренней секреции прекрасно отреагировали друг на друга. Вот и все.

– Собачья чушь, – с жаром возразил Алекс.

– Ты снял с себя напряжение. Я – с себя.

– И не один раз.

Последнее замечание привело Кэт в ярость.

– Каждый из нас получил от другого то, что хотел. Вот и весь сказ.

– Ты

несешь заведомую чушь и знаешь это так же, как и я! – прокричал Алекс. – Если бы все это ничего не значило, я не стоял бы здесь, пытаясь объяснить тебе свои проблемы, а ты не кипела бы от негодования.

– Обычно ты ведь просто спишь с женщиной и уходишь восвояси не прощаясь, не так ли?

– Да.

Кэт нарочито часто захлопала ресницами, приложив обе руки к сердцу.

– О, мистер Пирс, для меня такая честь, что вы обо мне побеспокоились. Такая честь. – Она умышленно растягивала гласные, пародируя какую-нибудь южную красотку.

– Кэт, прекрати, пожалуйста.

– Алекс, иди к черту!

Он не знал, как ее убедить, и от бессилия мог только испепелять ее взглядом и беззвучно ругаться. Немного собравшись с силами, он вновь заговорил:

– Мы сейчас не выясняли бы отношения, если бы… если бы…

– Перестань заикаться и говори прямо. С дипломатией ты немного опоздал. Если бы что?

Алекс подошел к ней ближе, еще ближе, пока не навис над ней всем телом. Понизив голос до сладострастного шепота, он проговорил:

– Если бы наша ночь не была столь фантрахнутостично хороша.

Сердце Кэт уже и так сильно колотилось от гнева, а от этих слов и их интонации оно еще и затрепетало от проснувшегося желания. Ей одновременно хотелось и нежно к нему прильнуть, и выцарапать ему глаза.

– У тебя действительно неадекватно высокое представление о собственной персоне, не так ли? – спросила Кэт, отодвигаясь от него как можно дальше. Отойдя на безопасное расстояние, она снова повернулась к нему. – Ты что думаешь, от твоих пошлостей я сразу сомлею? Кем ты себя возомнил, одним из героев твоих грязных книжонок?

Алекс стукнул себя кулаком по ладони.

– Господи Иисусе, видимо, Арни был не прав.

– Твой литературный агент? А он-то здесь при чем?

– Он посоветовал мне все честно рассказать, выложить на стол все свои карты. Он считал, что это лучший способ решить проблему.

– Ты разговаривал со своим агентом о том, как «решить» проблему со мной?! – Голос Кэт поднялся до визгливой ноты, в нем смешались ярость и недоумение. – Так вот, мистер Пирс, вы можете считать свою «проблему» решенной. Я даже произнесу за вас вашу прощальную речь.

Выставив вперед указательный палец и целясь им в грудь Алексу, Кэт четко выговаривала каждое слово:

– Не звони мне. Не приходи ко мне в дом. Не пытайся меня увидеть или связаться со мной. Ты самодовольный глупец. Ты не стоишь и десятой доли того, что о себе воображаешь. Я не желаю больше тебя видеть. – Она глубоко вздохнула перед тем, как сделать последний

выпад: – Ты меня понял, сукин ты сын?

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Было время прилива, но Кэт сидела довольно далеко от пенящейся воды. Подбородком она уперлась в согнутые колени, обхватив руками стройные ноги. Глаза ее были устремлены на горизонт, за которым уже село солнце, устроив предварительно целый спектакль – битву света и тени. Небо все еще светилось багрянцем, притом, постепенно уступавшим место синим и фиолетовым оттенкам.

Почувствовав чье-то присутствие, Кэт обернулась и была невероятно удивлена, увидев подходящего к ней Дина. Он опустился на песок рядом с ней.

– Как ты узнал что я здесь?

– Сегодня днем я звонил тебе в офис в Сан-Антонио. Твой помощник объяснил мне, что ты взяла отпуск на несколько дней и улетела в Малибу. Ты что, собиралась приехать и уехать, даже ничего мне не сказав?

– Да, – призналась она. – Мы расстались не самыми добрыми друзьями.

У него был опечаленный вид.

– Собственно говоря, я звонил тебе сегодня, чтобы извиниться. В ту ночь у тебя дома я вел себя как круглый идиот.

– Дело прошлое. Забудь об этом.

Кэт не смотрела в его сторону, но почувствовала, что он разглядывает ее профиль. Дин немного помолчал, затем сказал:

– Прости, что я так говорю, но ты выглядишь хуже, чем раньше. Говоря откровенно, краше в гроб кладут.

– Ну, спасибо за комплимент.

– Что он с тобой сделал?

– Кто? – Услышав в ответ молчание, Кэт обернулась к нему. Он явно обиделся на нее за то, что она притворялась непонятливой. Она вновь перевела взгляд на волны. – Я переспала с ним.

– Об этом я догадался. Так в чем же дело? У него где-то есть другая женщина?

– Говорит, что нет. Да я и сама не замечала ничего подобного.

– У него темное прошлое?

– Да, он назвал это «мусором», но не объяснил, что имеет в виду. Думаю, это что-то, связанное с его уходом в отставку из полиции. Одним словом, он ухаживал за мной, чтобы я стала его любовницей. Ему нужен только секс для удовольствия.

– И после этого тебя все еще тянет к нему? Правдолюбка Кэт всегда говорила правду, как бы жестока она ни была, даже по отношению к ее чувству собственного достоинства.

– Я солгала бы, если бы сказала, что нет.

– Понятно. – Дин решил сделать следующий шаг. – Ты в него влюблена?

У нее вырвался крик, как будто ей укололи палец, и она уткнулась лбом в колени.

Дин продолжал:

– Я расцениваю твою реакцию как утвердительный ответ. А он знает?

– О Господи, конечно, нет. Я думаю, что неплохо разыграла прощальную сцену. Я хорошенько перемыла ему косточки и выгнала из своего дома. Я даже угрожала, что разобью об него спою любимую вазу, если он сейчас же не уйдет. Сомневаюсь, что на него подействовала угроза применить силу, но, как бы то ни было, он все-таки ушел.