Шарлотта

ALIAS Александр

Связь Ханны с женатым мужчиной продолжалась полгода, но однажды он объявил ей, что больше так продолжаться не может.

– Я не могу обманывать жену, – мрачно сказал он. – Мне стыдно смотреть ей в глаза.

– Михаэль, но тебе ведь хорошо со мной, – попыталась обнять его Ханна. – Я не верю, что твоя жена может дарить тебе такие эмоции, которые тебе дарю я. И потом, она далеко не красавица…

– Я люблю Катарин, она мать моего сына и тоже любит меня. Мы вместе уже много лет…

– И из-за привычки, которую ты называешь любовью, ты хочешь принести себя в жертву? Жить с

женщиной, к которой на самом деле давно охладел? – насмешливо спросила Ханна.

– Ты так мало знаешь о жизни, чтобы иметь право судить о подобных вещах. Я совершил ошибку, – сокрушенно произнес доктор Раль. – Связался с тобой. Это моя большая вина. Прости меня.

– За что? За то, что сделал меня счастливой? За то, что стал моим первым мужчиной? Очнись, Михи, нам же хорошо вдвоем. Разве нет? Разводись с женой!

– Я люблю ее.

– Да ну? Почему же полгода ты трахал меня, а не ее?

– Я… жалею о том, что поддался своим слабостям. Ты красивая девушка, Ханна, и я не знаю, что на меня нашло. Но я каждый день вижу Доминика и понимаю, что ты его одноклассница. Каждый день меня мучает за это совесть. Ты еще ребенок.

– Я женщина! И ты сам помог мне ею стать.

– Прости, – еще раз повторил Михаэль и поднялся с дивана. – И прощай.

Через две недели семья Раль переехала в Зальцбург, а Ханна решила, что женатые мужчины ее больше не интересуют. Они могут дать слишком мало, их время и львиная доля денег расходуются на семью. Романы с ними коротки, чтобы получить с них какие-то существенные дивиденды. Красивая жизнь лишь поманила ее. Но как горек был час крушения надежд!

Девушка вернулась к унылому существованию, убожество которого воспринималось ею теперь намного острее. Она продала драгоценности, что подарил ей доктор, но этих денег им с матерью хватило ненадолго. Ханна с отличием закончила школу и задумалась, как жить дальше. Получить высшее образование нереально – учеба в хорошем университете стоит больших денег. Деньги, деньги, деньги. Все всегда упирается в них. Пора уже покончить с нищетой раз и навсегда.

Адель Крайски заболела воспалением легких как раз тогда, когда Ханна вот уже вторую неделю безуспешно искала работу. «Дай мне денег, и я больше никогда не побеспокою тебя», – подумала Ханна, набирая номер Михаэля. Но доктор Раль сменил и его, и адрес электронной почты. Как еще с ним связаться, Ханна не знала. Но ей уже сейчас нужно было кормить себя и свою занемогшую мать, оплачивать крышу над головой, лекарства и врачей. Самым простым выходом было устроиться в закусочную кассиром и официантом в одном лице. В Инсбруке было много таких заведений для туристов.

Ханне поначалу понравилось, что в ресторанчике фаст-фуда персонал питается бесплатно, но через месяц ей осточертели бургеры и газировка, вдобавок начала портиться кожа. Красота – ее единственный капитал, это Ханна понимала хорошо. Поэтому, как бы ни было это накладно для ее бюджета, она начала покупать для себя другие продукты.

Среди посетителей закусочной были в основном молодежные компании или парочки. Ни одного нормального мужчины. «Так я никогда отсюда не выберусь», – тоскливо думала Ханна. С очередной зарплаты она купила лыжный

костюм, привела себя в порядок в салоне красоты и, взяв выходной, отправилась покорять горнолыжный склон. Тамошний контингент порадовал ее куда больше, но увы, большинство туристов было поглощено собственными удовольствиями, и на девушку никто не обратил внимания.

Бездарно проведенный выходной подходил к концу. Прежде чем покинуть курорт, Ханна решила раскошелиться на кофе в ресторане одного из фешенебельных отелей. Она уселась у окна, чтобы хоть краем глаза глянуть, как живется людям с деньгами, и тут услышала рядом с собой сопение и пыхтение. Она подняла глаза.

– Тут не занято? – над ней возник тучный мужчина лет пятидесяти с одутловатым лицом и лысеющей макушкой.

– Нет, – равнодушно качнула головой девушка.

– Меня зовут Феликс, – продолжал толстяк.

– Ханна, – отозвалась она, по-прежнему глядя в окно.

– Ты тут самая красивая.

– Спасибо, – Ханна не знала, как от него отвязаться.

– Может, дашь мне свой телефон?

– У меня нет телефона. Простите, я спешу, – и девушка, сунув купюру под блюдечко, поднялась, чтобы уйти.

– Подожди, – схватил ее за руку Феликс.

Тут к их столику подошел официант.

– Ваше высокоблагородие, вам посылка.

– Подожди меня здесь, я вернусь через пять минут, – властно бросил он Ханне, и она мигом присела. «Высокоблагородие? Кто это такой? Неужели повезло?». Ханна побежала за официантом.

– Скажите, кто этот мужчина, который пошел за посылкой?

– Но он ведь сидел за вашим столиком, – удивился официант.

– Просто он захотел со мной познакомиться, а я не знаю, стоит ли ему доверять, вдруг это какой-то мошенник, – Ханна ласково взглянула на парня, тот улыбнулся в ответ: приятно поговорить с красивой девушкой.

– Какой же это мошенник? Это барон фон Фризенбах.

– Барон? – потрясенно повторила девушка шепотом.

– Неужели ты его не знаешь? Он же тут каждый сезон ищет себе жену.

– Честно сказать, я в первый раз здесь, но спасибо, что объяснил.

Ханна теперь знала, как действовать дальше.

* * *

Через месяц Ханна Крайски стала Анной фон Фризенбах. Девятнадцатилетняя девушка и пятидесятипятилетний барон сочетались браком в церкви Сервитенкирхе. Разница в возрасте не смущала новобрачных. О свадьбе говорила вся Австрия, барон не пожалел денег на пышное празднество, на церемонии были репортеры и фотографы, и пресса еще месяц пестрела фотографиями красавицы-невесты. Так же долго телеэкраны демонстрировали счастливую чету фон Фризенбах.

«Я почти у цели», – думала Анна во время первой брачной ночи, когда на ней трудился потный волосатый барон. «Осталось еще немножко…»

Адель Крайски прожила всего неделю после свадьбы дочери.

Глава 2

– Интересно, что нас ждет на этот раз? – спросила Вика у Сергея и Артура, когда они играли в покер в ожидании следующего визита Светлого.

– Ну уж явно не перевести бабушку через дорогу, – отозвался Артур, ставя на кон еще несколько фишек.