Шатун

А. Александр

– Служба спасения, слушаем вас!

– Здр… здр … Здравствуйте, – заикаясь, произнесла Валентина.

– Здравствуйте, слушаем вас! Говорите! Что у вас случилось? – ответили на другом конце провода.

– Мы, мы с мммужем, – продолжая сильно заикаться и не узнавая свой собственный голос, ответила Валентина и замолчала.

– Я вас не слышу! Говорите громче! – отозвался женский голос на другом конце.

Вдруг телефон из рук Валентины неожиданно выхватили, это был её муж. Спокойным голосом он сказал ей: «Дорогая я завёл машину, иди садись, погрейся», – и, открыв ей пассажирскую дверь, помог сесть.

Затем закрыл дверь и поднёс телефон к уху, там женский голос повторял:

– Алло, Вас не слышно! Вам нужна помощь? Не молчите!

– Алло.

– Да, мы вас

слушаем, что у вас случилось? – снова спросил женский голос.

– Здравствуйте! – произнёс Борис, одновременно садясь за руль автомобиля, а затем продолжил, – мы с женой направляемся по шоссе Р пятьдесят шесть со стороны Новгорода в направлении Пскова, по дороге обнаружили бездыханное тело девушки, пульс у неё еле прощупывается, но он есть, нужна срочная медицинская помощь.

На другом конце линии ответили:

– Сообщите, где точно вы находитесь?

– Видимость практически нулевая, ну примерно могу сказать, что мы в семидесяти-восьмидесяти километрах, не доезжая Пскова! – произнёс мужчина.

Спустя несколько секунд тишины:

– Помощь к вам уже отправлена, оставайтесь на месте.

– Как на месте? – возмутился Борис – Эта девушка при смерти, я не могу сидеть сложа руки и смотреть, как умирает человек! Мы выезжаем к вам навстречу, потому что в связи с такими погодными условиями вы будете ехать до нас очень долго! Моё имя Смирнов Борис Валерьевич, двигаюсь на автомобиле с государственным номером Х 951 ОР. Когда увижу едущие навстречу автомобили с включенными проблесковыми маячками, то подам сигнал. Всё, до встречи! – сказав это строгим голосом, Борис закончил разговор.

Путь они продолжили незамедлительно, Валентина, включив фонарь, рассматривала девушку, лежавшую на заднем кресле автомобиля. Пока её муж вёл беседу с службой спасения, она по максимуму отодвинула своё кресло назад так, чтобы была возможность доставать до тела рукой. Затем сделала импровизированную подушку из пледа, чтобы приподнять голову девушки, а другим накрыла её практически полностью.

– Боря!

– Что?

– Эта девушка совсем молоденькая, что с ней стряслось? – всхлипывая, спросила Валентина

– Я не знаю, – сохраняя спокойствие, ответил мужчина.

Спустя десять километров Борис обратил внимание на мужчину с ружьём за пазухой идущим в сторону Пскова.

«Наверное, охотник», – подумал он.

Проехав ещё километров десять-пятнадцать, Валентина всё ещё иногда пошмыгивала носом, пытаясь задерживать слёзы, а затем вновь заговорила.

–У неё много равных ран, и одна очень серьёзная на голове, такое ощущение, что у неё нет части скальпа, как такое могло произойти? Я не понимаю, – произнесла она, не отводя взгляда от девушки, – ведь мы были посреди леса, а там ни одной живой души!

– Скоро всё будет хорошо! Слышишь? Уже совсем скоро, – успокаивал муж свою жену, увидев вдалеке слабое сияние проблесковых маячков.

А метель всё не утихала и не утихала.

Шатун

«Он испытал и злобу, и страданье.

И чувство обреченности – при нем.

За эти одинокие метанья

Его не зря назвали "шатуном"!»

Цитата из стихотворения «Шатун». Автор: Кулев Александр.

Зверь не спал, его разъярённые глаза следили за одинокой жертвой. В темноте они светились красными огоньками, а его дыхание было свирепым, ведь его мучала жажда. Зверь знал, кто ему был нужен, он следил за ней уже давно, выжидая нужную минуту, чтобы нанести свой сокрушительный удар, а затем насладиться этим сладким, превосходным вкусом, состоящим из плоти и крови.

Жертва ни о чём не подозревала, она просто двигалась чуть слышно от дерева к дереву. Единственное, что она чувствовала, так это страх и непонимание, кто она и где находится, ей не удавалось вспомнить практически ничего, а единственное, что приходилось делать, так это идти вперёд.

Пару дней назад она открыла глаза, первое, что предстало перед её взором – так это высокие ели и сосны, которые будто доставали своими верхушками до голубого неба, по которому плыли облака, а деревья шатались так, как будто махали им вслед на прощание. Почувствовав сильную

боль в затылке, она немного привстала и поняла, что кругом непроглядный лес. Оглядевшись по сторонам, она увидела, что картинка была неизменной, поэтому она принялась разглядывать себя и оказалась в небольшом шоке от того, что одета она была в сорочку и махровый халат, а на ногах всего лишь домашние тапочки. Сидя на холодной земле, она упёрлась спиной в одну из близстоящих сосен, а затем прислушалась. Лес постоянно издавал какие-то звуки, то шорох, то поскрипывание стволов деревьев от ветра, но не было слышно самых главных звуков, на которые она надеялась, звуков людей. Закрыв ненадолго глаза, она попыталась сосредоточиться и вспомнить хоть что-то, но вместо воспоминаний она сосредоточилась на себе и только тогда почувствовала тупую ноющую боль на затылке. Аккуратно ощупав голову рукой, она добралась до места боли, волосы на том месте, да как на всей голове в целом, были запутаны, но там она нащупала ещё и что-то липкое. Вернув руку обратно, она осмотрела её, и тогда из её глаз потекли слёзы. Рука была в багровых сгустках, по-видимому, рана была получена давно, и кровь уже свернулась. Страх и непонимание начали охватывать её, тихо проревев некоторое время, она поняла, что солнце опускается ниже, и приняла решение встать и идти. Спустя некоторое время она не знала, сколько уже прошла и сколько ей оставалось идти, ведь у неё не было цели, кроме той, чтобы просто двигаться, не останавливаясь. Но вскоре лес накрыла темнота, девушка, снова осмотрев себя, поняла только одно, что в лесу, находясь в одних домашних тапочках, сорочке и махровом халате, долго не протянуть, и тем более становилось холодно.

В первую ночь ей удалось вскарабкаться на дерево и каким-то образом поспать, точнее, сном это было не назвать, а просто немного подремать. Вокруг то и дело доносились какие-то пугающие звуки, то крики птиц и взмахи их крыльев, то сова издавала свои характерные звуки, и последнее время девушке почему-то казалось, что за ней кто-то пристально наблюдает. С рассветом солнца уже не было видно, небо было пасмурным, а на душе у неё была лишь потерянность, а физически она чувствовала безумный голод и усталость. Пройдя ещё дальше по лесу, она раздобыла пару сыроежек и, не думая о возможных последствиях, упала на колени и с огромным желанием съела их, особо не прожёвывая, она скорее проглотила их практически целиком. Продолжив свой путь, она ещё пару раз нашла кое-какие ягоды, которые по вкусу напомнили ей то ли бруснику, то ли клюкву. Когда солнце вновь начинало спускаться, и в лес вновь приходила темнота, она поймала себя на мысли о том, что днём она чувствовала себя в безопасности, но вот приближения ночи ждала с ужасом.

Перед самым закатом она примостилась рядом с упавшим деревом, которое вырвало из земли вместе с корнем, по-видимому, во время сильного ветра. Ночью лес как будто оживал, звуки будто бы врезались в её голову с ужасающей силой, глаза были напряжены от волнения, на дереве ей казалось, что она в большей безопасности, нежели на земле, но другого выхода не было, подходящего дерева она не обнаружила, да и силы уходили. В эту ночь ей показалось, что кто-то ходит рядом, то ломались сухие ветки, то очень быстро кто-то пробегал, тяжело дыша, было совершенно некомфортно. Но девушка и не могла представить, что кто-то уже давно за ней следит и просто ждёт нужного момента. Зверь был голоден.

За две недели до этого.

Где-то глубоко в лесу послышалось тихое жужжание, а затем жужжание становилось всё громче и громче, пока в какой-то момент не оказалось где-то рядом и замолкло. Через некоторое время лес заполнили многочисленные голоса. Голоса усиливались, они были грубыми и агрессивными. Но зверь не обратил внимания на них, он просто спал, ведь вот-вот придёт зима.

Накопив нужное число калорий и нарастив порядочную жировую прослойку, бурый медведь готовился впасть в спячку. Подготовкой к этой процедуре он начал заниматься примерно за полгода. Он тщательно выбирал место для своей будущей зимовки. Этим местом стала упавшая ель, которую сильным порывом ветра вырвало из земли вместе с корнем. Где-то в октябре, обустроив своё жилище, медведь впал в долгожданную спячку.