Ше'д'Эйр. Путь сердца
Шрифт:
Я устроился на Лире и посмотрел на Айриса. Принц был несколько задумчив, но учитывая обстоятельства – это нормально. Губы сами по себе растянулись в улыбке.
Как вовремя нам попался этот Аз.
Сначала я принял его за обычного бродягу – одежда порвана, покрыт грязью с головы
Опаленные волосы, одежда и внешний вид навели меня на определенные размышления. По Азу сразу понятно, что он не простой воин, крестьянин, да он даже не человек. Хотя Хана и не поняла этого. Учитывая то, что мы с Айрисом присутствовали в Темной Башне, и я приложил руку к смерти Избранного Темными, одна и та же мысль посетила нас – есть вероятность, что перед нами Темный Бог. Насколько мне известно – это вполне возможно, хотя в книгах о таком говорится как о мифе. Надо у Айриса поинтересоваться, что он по этому поводу думает.
Я пришел к выводу, что либо нас посетил самый слабый из всех Высших, либо Темный пришел не полностью. А если учесть то, что тело Избранного Темными мы так и не обнаружили – вероятность того, что Аз не кто иной, как один из Темных очень и очень велика. Приход Темного – не повод для радости, но в данном случае, мы ничего не можем изменить. Тем более, что если бы Темный мог что-то сделать, он бы уже сделал. Его бездействие говорит о многом. Например о том, что никакой он не Темный, а обычный человек.
Самое разумное, на данный момент решение – это держать Аза как можно ближе к себе, и не спускать с него глаз. Айрис похоже уже что-то решил, надо будет выяснить у него на привале.
Айрис погрузился в воспоминания. Если он правильно помнит, в дневнике Клай что-то упоминал о Старших Темных, а так же о последствиях применения кристалла Лоса. Старший принц кинул беглый взгляд на Эйрина, который раздумывал над чем-то, лицо при этом у него было весьма и весьма довольное.
Похоже, Эйрин пришел к тому же выводу, что и Айрис. Только вот повода для радости Айрис в этом не видел. Если он прав, то новый спутник – один из Темных, которому все же удалось проникнуть в этот мир. Когда Айрис увидел его, он едва сдержался, чтобы не застыть с открытым ртом.
Будучи уверенным в смерти Избранного он не следил за ним, когда они были в Темной Башне, кинжалы Эйрина всегда достигают цели. Зато Айрис был уверен, что кристалл, который висит на шее у Аза, лежал под ногами Избранного. Никто не обратит внимания на многогранный камень. Никто, кроме мага.
Кристалл был продолговатый и узкий, по форме напоминал лезвие, если не брать в расчет то, что он был многогранным. Но, если это действительно Темный –
Айрис был абсолютно уверен, что Избранный не исчез вместе с Башней, он исчез раньше. Тело Избранного так и не нашли, хотя искали тщательно. Один факт не вызывал сомнения - Избранный Темными богами мертв.
Айрис посмотрел на Эйрина, тот пристально взглянул ему в глаза и приподнял одну бровь. Айрис кивнул и мягко улыбнулся.
Похоже, с этого момента начнется столь милая сердцу Эйрина игра.
Империя Ардейл. Примерно семьсот лет назад.
В беседке в саду сидели двое.
Эйрин улыбался, слегка прищурив глаза, а маленький Ай над чем-то раздумывал. Эйрин помолчал еще немного и сказал:
– Ну что, согласен? – Ай нахмурился и посмотрел внимательно на Эйрина.
– Как ты сказал, эта игра называется? – Эйрин улыбнулся.
– У нее нет названия, я ее сам только что придумал. – Ай кивнул и чопорно произнес:
– Будь добр, разъясни мне еще раз. – С Эйрином надо быть очень осторожным.
Эйрин кивнул и сказал:
– Ты и я будем противниками. Каждый из нас имеет в своем распоряжении какие-то факты, некоторые из них могут оказаться ложными, некоторые – неполными. Побеждает тот, кто обманет противника. Ясно? – Ай кивнул.
Звучит конечно просто, но с Эйрином глупо рассчитывать на что-то простое. Принц вздохнул и сказал:
– А факты мы откуда знаем? – Эйрин кивнул, довольный вопросом.
– Некоторые нам известны изначально. К примеру – ты знаешь, что я – лейтенант Акадэмии, верно? – Ай кивнул.
– Я знаю – что ты – будущий Император. – При напоминании об Императорском долге Ай поморщился.
Хоть ему и мало лет, но быть Императором он не хочет совсем.
– Понятно. – Эйрин кивнул и продолжил.
– Остальные факты мы предоставляем друг другу сами, или добываем их путем наблюдения за противником. К примеру, я могу тебе сказать, что больше всего на свете я ненавижу книги. Что ты на это скажешь? – Ай широко открыл глаза и уставился на Эйрина.
Такой наглой лжи он от него не ожидал. О безумной любви Эйрина к книгам Айу было известно, как никому другому. Мальчик нахмурился и сказал: