Шелк

Хансен Эва

— Как зверь! Пойдем куда-нибудь ужинать?

— У меня пицца, фрикадельки и пиво с мороженым.

Магнус расхохотался:

— Пиво с мороженым это, конечно, здорово. Уговорила, поделимся — мне пиво, тебе мороженое. И расскажешь, что там.

Пока готовились фрикадельки и пицца, Фрида поведала о трупе, Торстейне и Петре.

— На неделю нельзя оставить! — притворно ворчал Магнус. — Исчезните, перессоритесь, того и гляди разбежитесь. Ладно, я сначала с Кевином поработаю, он наверняка уже что-то раскопал.

Они

ели привычную пиццу и беседовали. Магнус смотрел каким-то странным, блестящим взглядом, словно хотел о чем-то спросить, но не решался. В ответ на расспросы о будущих родственниках покачал головой:

— Никаких родственников в Америке. Я не собираюсь жениться. — Чуть подумал и добавил: — Нам с Бритт и так неплохо. А как ты, почему здесь, а не у Густава?

Фрида чуть смутилась:

— Взяла тайм-аут. Устала.

Магнус понимающе усмехнулся:

— Слишком много удовольствия тоже плохо?

— Давай поговорим о Петре?

Он коротко кивнул, но взгляд снова был странный. А еще говорят, что трудно понять женщин! Мужчин не легче.

Когда от пиццы остались последние кусочки, уже было решено, что Фрида встретится с Флинтом и попытается выудить дополнительную информацию, а Магнус действительно поработает с Кевином Эком, может, удастся выловить следы Петры в Сети.

Фрида все же задала вопрос о подруге:

— Что у вас с Бритт?

Ожидала, что он отмахнется, но Магнус не стал этого делать, сокрушенно покачал головой:

— Бритт здесь и в Лос-Анджелесе — два разных человека. Ты можешь представить нашу Бритт щебечущей с подругами в розовом, напичканными силиконом везде?

— Не могу, — призналась Фрида.

— И я не мог, пока не увидел. Бесконечные косметологи, фитнес-тренеры, болтовня о похудении и новых машинах у кого-то… Не Бритт, а Барби. Черт побери, Америка определенно оглупляет.

— А ты чем занимался?

— Без конца отвечал на вопросы родственников о своих корнях, своих планах и своем бизнесе. Произвел впечатление, заявив, что жениться в обозримом будущем не намерен, а с Бритт сплю по-дружески. Особенно впечатлил бабушку.

Фрида живо вспомнила рассказы Бритт о бабушке, посоветовавшей внучке сохранять девственность до самого замужества, чтобы потом этим аргументом отражать любые укоры супруга в неверности. Заявить этакой пуританке, что занимаешься сексом с ее внучкой просто потому, что нет никого другого…

— Какую бабушку, по отцу?

— Угу. Занятная дамочка, ее даже старушкой не назовешь. Представляешь, в Сети как у себя на кухне. Хотя нет, на кухне она как раз хуже. И на мотоцикле ездит.

— На чем?!

— У нее «Харлей Дэвидсон», не последней модели, конечно, но блестит весь!.. Женщине восьмой десяток, а она по шоссе на «Харлее» рассекает. Мы с ней наперегонки ездили.

Фрида смотрела на Магнуса во все глаза.

— А

где была Бритт в это время?

Парень недоуменно пожал плечами.

— У меня за спиной, где же еще?

— А говоришь, с подругами у бассейна.

Магнус кивнул:

— Вот в том и странность. То как человек мотается на мотоцикле, то щебечет у бассейна с силиконовыми дурами. Кажется, я ей не слишком нужен, и осознала Бритт это там.

— А как ты уехал?

— Линн сообщила о проблемах, я Бритт спросил, полетит ли она со мной.

— И?

— У нее встреча с подругами… Я здесь, а она… — Магнус потянулся, чтобы поставить стакан с остатками пива на стол, но по пути замер, потому что раздался звонок в дверь.

Они с Фридой смотрели друг на дружку с немым вопросом. Было ясно, что прибыла чья-то половинка, только вот чья?

Все же снимала квартиру Фрида, она и пошла открывать. Перед дверью глубоко вздохнула…

— Привет! Хорошо, что ты дома, а то Магнус куда-то подевался, хоть на улице ночуй! — в прихожую впорхнула груженная двумя здоровенными сумками Бритт, загорелая и основательно похудевшая (и когда успела за десяток дней?).

Фрида приложила палец к губам, кивнув на кухню:

— Магнус там.

Бритт замерла, потом опасливым шепотом поинтересовалась:

— Меня ругал?

— Нет. А есть за что?

— Вот еще! — привычно фыркнула в ответ Бритт.

Фрида с трудом удержалась, чтобы не сгрести подругу в охапку от понимания, насколько соскучилась по ее непоследовательности. Но Бритт уже скользнула в комнату и уселась (хорошо хоть не с ногами) в кресло напротив Магнуса.

— Ну, и почему бы не подождать меня?

Тот спокойно пожал плечами:

— Ты не изъявляла желания ко мне присоединиться.

Верная своей привычке продолжать разговор с любого желаемого ею места Бритт объявила:

— Мне пришлось лететь сверхзвуковым «Конкордом»! Представляете, какой кошмар?! Я так боялась…

Фрида не успела вслух усомниться в том, что подруга в принципе способна бояться, Магнус протянул руки:

— Иди ко мне, я тебя пожалею.

Скорость, с которой Бритт оказалась на коленях у Магнуса, подсказала Фриде, что ей лучше удалиться в свою комнату.

Наверное, если бы не происшествие с Петрой (Фрида не желала думать, что с девушкой что-то серьезное), она не смогла бы так быстро справиться со своими проблемами, прийти в себя и вернуться к обычной жизни. Она ничего не рассказала Магнусу и Бритт о закрытом клубе, вернее, о том, что однажды видела Петру именно там. Но эта мысль не давала покоя.

Поговорить с Густавом о Петре и клубе не удалось, зато сейчас, думая о нем, Фрида тут же вспоминала Петру и словно стряхивала наваждение. Густав не звонил, будто вычеркнув ее из жизни. Может, так и было?