Shell шокирует мир
Шрифт:
Уважаемый аналитик Вуд Макензи процитировал опубликованные в Times данные о том, что для Shell уровень доходности (required rate of return, RRR) в период с 1997 по 2002 г. был равен 111 %: на каждый произведенный и проданный баррель нефти компания прибавляла к своим запасам 1,1 новый баррель. Но резкое 20 %-ное снижение доказанных запасов выставило эти данные на посмешище. Отнимите почти 4 млрд баррелей от предварительно объявленного объема запасов, и коэффициент RRR снизится до 63 %. И это, говорит Вуд Макензи, означает, что Shell «разведывает менее двух третей того, что выкачивает».
Существовал также и серьезный финансовый подтекст. Поскольку объем доказанных запасов
Deutsche Bank в свою очередь также опубликовал шокирующие данные. Сообщая о заключении, к которому пришли аналитики банка, The Scotsman утверждала:
[Компания] давно критиковалась за плохие показатели воспроизводства истощающейся сырьевой базы, которые указывают на невозможность сохранения в будущем существующих производственных темпов.
В 1996 г. Shell сообщила о достижении уровня воспроизводства в 200 %, но к 1999 г. этот показатель снизился до 100 %, а в 2001-2002 гг. упал ниже 50 %.
В январе Shell объявила, что опубликованные коэффициенты воспроизводства компании были существенно завышены. Корректировка данных показала, что этот показатель упал, согласно оценкам Deutsche Bank, со 160 % в 1996 г. практически до нулевого уровня в 2001-2002 гг.
В этом же документе отмечалось, что Комиссия по ценным бумагам и биржам начала изучение системы начисления бонусов топ-менеджерам Shell, которая была увязана с некоторыми производственными показателями, в том числе с коэффициентом воспроизводства сырьевой базы компании.
Несмотря на джентльменскую репутацию компании, инсайдеры говорят, что за эти годы она погрязла во внутренних раздорах и развила практику взаимных обвинений среди сотрудников. Все это выплыло на свет в «черную» для компании Shell пятницу, когда ее официальные лица принялись возлагать ответственность за фиаско с запасами на «сверхамбиции» менеджеров региональных подразделений. При этом руководители компании указывали на гигантское газовое месторождение в Австралии, достаточно крупное, чтобы удовлетворить мировой спрос в течение четырех лет, и на нефтяное месторождение в Нигерии как на примеры того, как с помощью «недоказанных запасов» осуществлялись попытки улучшить показатели местных подразделений. Согласно данным, приведенным представителями компании, погрешности были допущены в середине 1990-х гг., еще до того как сэр Марк Муди-Стюарт, бывший председатель совета директоров, предпринял ряд шагов, нацеленных на укрепление центральной власти и урезающих права региональных вождей Shell.
На бумаге запасы австралийского месторождения, разработкой которого занималась компания Gorgon Gas, в которой Shell имеет долю в 29 % наряду с ChevronTexaco (57 %) и ExxonMobil (14 %), были оценены в 4,6 млрд фунтов стерлингов, но наличие покупателя, готового заплатить эту цену, оказалось фикцией. Включение этой суммы в категорию будущих доходов полностью противоречило политике финансового консерватизма, которым всегда славилась Shell.
Представители компании оправдывались тем, что у Shell имеются письма от потенциальных покупателей Gorgon Gas. Но этот ответ был встречен ироничными ухмылками аналитиков, указавших на то, что эти письма и протоколы о намерениях были не более чем свидетельством проявления интереса к обсуждению возможных условий и сроков.
Подобный скептицизм был проявлен и в отношении истории с пропажей миллиарда баррелей в Нигерии, которую многие эксперты посчитали еще более примечательной. Это нефтяное месторождение было открыто Shell в середине 1950-х гг. и с тех пор приобрело критически важное значение для компании, что в результате принесло много горя аборигенам, проживавшим в дельте Нигера.
Учитывая масштаб искажений,
Все это происходило в то время, когда нефтяные компании были обеспокоены поисками источников нефти и газа в тех регионах мира, на которые пока еще не распространилось влияние OPEC. Поскольку Саудовская Аравия, Ирак, Иран и малые государства Персидского залива владеют основной частью всемирных запасов, их правительства все более и более неохотно разрешают агрессивную добычу, ведущую к быстрому истощению их единственного богатства.
Кроме того, скептически настроенные аналитики указали на то, что настойчивость, с которой компания пытается обвинить в допущенных ошибках своих заграничных партнеров, – попытка отвлечь внимание от проблем, в избытке имеющихся в самом сердце компании. Человеком, отвечавшим за бизнес Shell в Нигерии, а, значит, и за потерю миллиарда баррелей, был Филипп Уоттc. Руководителем исследовательского и производственного направления, и, соответственно, человеком, имевшим самое прямое отношение к сырьевым запасам по всему миру в то время, когда Gorgon, Оман и Казахстан превратились в проблему, был… Филипп Уоттc. И человеком, наиболее активно уклонявшимся от участия в последовавших после «черной пятницы» разбирательствах, был, конечно, сэр Филипп Уоттc.
Уоттc, подобно многим из его предшественников получивший рыцарское звание за заслуги перед британской экономикой, – человек практичный и абсолютно нетерпимый к дуракам.
Родившийся в Лестершире, Средняя Англия, в 1945 г., он получил образование в Виггестонской школе и университете Лидса, а затем занялся изучением геофизики. Он никогда не пользовался особой популярностью среди сотрудников Shell, которые характеризовали его как «человека-загадку» или описывали следующим образом: «слишком жесткий человек, чтобы его раскусить, и тем более, чтобы кому-то понравиться». После окончания обучения убежденный христианин Уоттс провел год, преподавая в методистской школе во Фритауне. Затем, в 1969 г., началась его жизнь в Shell.
Бесцеремонный, колючий и вполне конкурентоспособный, Уоттс был хорошо принят крупными инвесторами компании, которые были не в восторге от гладкости топ-менеджмента Shell. Но, по словам своих друзей, Уоттс не до конца утратил чувство юмора и человечность: в течение многих лет он жертвовал церкви весьма значительную часть своих доходов.
Можно было легко заметить смиренность в извинении Уоттса, принесенном в ответ на жесткую критику, которой он и финансовый директор Джуди Бойнтон были подвергнуты за нежелание лично встретиться с журналистами и аналитиками после скандала, разразившегося по поводу ошибочных данных о запасах. Выступая 5 февраля на презентации, посвященной подведению итогов работы Shell в 2003 г., сэр Филипп, посыпая голову пеплом, сообщил, что события, произошедшие 9 января, навсегда останутся запечатленными в его памяти. «Мое отсутствие в тот момент было ошибкой. Я раскаиваюсь в этом и сожалею. Моему поступку нет оправдания. Я действовал неправильно. Это факт, который невозможно оспорить», – сказал он.
Далее сэр Филипп опроверг слухи о возможности своей отставки. «Я пришел к выводу, что не должен поступать подобным образом. Ошибка случилась в зоне моей ответственности, и я настроен сделать все возможное, чтобы ликвидировать ее последствия».
Реакция на комментарии Уоттса была смешанной. Обозреватель Independent Джереми Уорнер отметил, что, в то время как унизительное извинение было принято с радостью, общественность так и не смогла получить ответ на главный вопрос о том, как могло произойти это «пагубное» завышение запасов. Доверие к Уоттсу поколебалось, и стало очевидно, что «для обновления требуется новый человек».