Шрифт:
Пролог
.
Брентвуд, Лос-Анджелес, 1989 год.
В этом зале загородного особняка Мистера Салленхарта собрались тринадцать человек: представителей разных уважаемых семей клуба Уэллот. Удобно разместившись в широких креслах, гости пристально смотрели в центр зала, где перед импровизированной стойкой стоял высокий седовласый мужчина в длинном балахоне – Мистер Салленхарт.
– Дорогие друзья! Леди и Джентльмены! – с наигранным задором в голосе начал владелец дома, радушно разводя руками и улыбаясь во все свои тридцать два белоснежных зуба, – Я рад приветствовать Вас в своём доме,
Среди присутствующих прокатился одобрительный гул, сменившийся звонкими, но всё же, по-аристократически редкими, аплодисментами. Мистер Салленхарт продолжил:
– Не было никаких сомнений, что мы справимся, не было ни мгновения, когда бы я не верил в нас … В нашу идею! И … – оратор выдержал театральную паузу, продолжая улыбаться, оглядывая присутствующих прищуренным взглядом, – … и вот оно, свершилось!
Мужчина поднял руки на уровне груди и звук нескольких звонких хлопков разнесся по залу. В следующий миг, двери, ведущие в холл, распахнулись. В помещение вошли четверо, в именных балахонах, дома Салленхарт. Вошедшие везли на небольшой вагонетке короб. Накрытый плотной тканью, с вышитой той же символикой, что и на балахонах, короб был шесть с половиной футов в длину и полтора в ширину. Установив конструкцию возле мистера Салленхарта, прислуга учтиво отошла на задний план и, опустив взгляд вниз, замерла в ожидании очередных указаний.
– Вот оно будущее, вот оно! – с явным самодовольством в голосе старик дернул за, покрывавшую короб, ткань.
В то же мгновение помещение озарилось ярким светом, сопровождаемое ощутимым ветреным импульсом, отбросившим людей и предметы в зале на несколько футов. Яркая вспышка света начала слегка угасать, сменяя резкие холодные лучи на мягкое дымчатое свечение, однако, несмотря на это содержимое ящика различить всё же не удавалось.
Знатные зрители попадали со своих мест и, едва зрение стало возвращаться, принялись пытаться подняться на ноги. Театрально вздыхая, они испуганно озирались по сторонам, пытаясь понять, что происходит.
– Чистая энергия! – стирая кровь с, разбитых от падения губ, растянувшихся в ехидной улыбке, воодушевленно прокричал Салленхарт, – Энергия! Власть! Сила!
Территория близ специального лагеря Синий бриллиант, Рамади, Ирак, 2011 год.
Полуденное палящее знойное солнце, заняв свое место на вершине небосклона неимоверно пекло, ознаменовывая свою власть этим октябрьским днем. Сквозь многочисленные струящиеся дымки (haze) знойного воздуха, оставляя едва различимые следы на песке, отряд рейнджеров триста двадцать пятого пехотного полка небольшой группой направлялся к заданной точке.
– Полуночник десять одиннадцать, мы покидаем квадрат Лимо, продвигаемся к точке Фокстрот, без замечаний, –сообщил в радиостанцию координаты перемещения своей группы, Майкл Уанрайт, молодой офицер, в чине второго лейтенанта, периодически осматривая положение всех членов своего отряда на территории.
Куратор-кинолог, снайперская пара и два штурмовых стрелка распределись по периметру. Воспользовавшись одним из немногочисленных, на пересечённой местности укрытий, отряд занял наблюдательную позицию. В этот момент, на расстоянии пара сотен ярдов оперативный малинуа-скаут патрулировал территорию под неустанным взором своего куратора. Отряд постепенно продвигался вслед за собакой, пристально осматривая каждый сектор разрушенных зданий неплотной застройки, расположившейся на пути.
– Ничего не обнаружено, сэр! – доложила командиру куратор служебных собак триста-двадцать пятого пехотного полка армии США, капрал Эми Эванс.
Наблюдая
Посмотрев в бинокль, лейтенант Уанрайт, задумчиво хмыкнув, вновь доложил о ситуации:
– Полуночник десять одиннадцать, точка Фокстрот, без … , – командир отряда не успел завершить доклад, как его полушепотом окликнула по рации Эванс.
Куратор служебной собаки пристально вглядывалась в наручный монитор. Будучи собакой скаутом, Дикс был обучен в первую очередь тишине, так как его боевыми задачами, помимо стандартной караульно-патрульной службы, являлись поиск диверсионных групп и снайперских точек. Тишина в этом деле были критически важными навыками.
Обнаружив что-то подозрительное, Дикс лёг на песок. Служебный пёс, как на тренировках, положил голову на лапы, благодаря чему с камеры его ошейника открылся отличный обзор на местность. Обратив внимание на сигнал собаки, Эванс начала пристально всматриваться в монитор, выискивая всевозможные подозрительные объекты в изображении.
– Группа, полная тишина, возможный контакт на 8 часов, рассредоточится. Чиппер, Скаут занять позиции, – отдал приказы лейтенант, продолжая наблюдать за ситуацией в секторе обзора.
Двое солдат, молча кивнув в сторону командира, отделились от группы, направляясь к удобной позиции для сопровождения цели. Являясь снайперской парой, Чиппер и Скаут уже несколько лет работают в прекрасно слаженном тандеме. Дерек Сантос, он же Чиппер, вместе со своей лучшей боевой подругой, в лице армейской снайперской винтовки М 110 калибра 7.62 миллиметра, имел на своём счету более ста двадцати пяти успешных выстрелов. В то время, как его корректировщик, Марк Хонорс, с позывным Скаут, прекрасно справлялся с замерами и расчётами, едва ли не мгновенно давая нужные координаты по целям. Сейчас оба армейских специалиста, нашли отличное возвышение, не привлекающее внимания, которое будет служить им огневой точкой в этом боевом выходе.
Тем временем патрулирование продолжалось. Безмолвная давящая тишина, наполненная напряжением, могла свести с ума любого, но армейский отряд был неподвластен мимолетным эмоциям. Это была не самая обычная патрульная операция, в этот раз на отряд лейтенанта Уанрайта возложили очень большую ответственность. Дело в том, что на протяжении недели, по прилегающей территории лагеря работала снайперская группа противника. Хорошо ориентируясь на местности, противник всегда успевал уйти до того, как его вычислят и применят меры противодействия. При всём при этом, каждый раз применялась разная тактика отхода, в том числе и подземные ходы, хорошо знакомые армии США со времен Вьетнама. Ни один из способов контрснайперской борьбы не принёс плодотворных результатов.
Недавно воздушная разведка сообщила о нескольких точках вблизи военной базы, где была зафиксирована активность противника. В этот квадрат и был направлен сводный отряд лейтенанта Уанрайта, в который вошли все необходимые армейские специалисты.
Превозмогая жуткую жару от нещадно палящего солнца, Дикс профессионально лежал на месте, поджав уши к голове. Не двигаясь с места, он периодически что-то ритмично вынюхивал в воздухе. Уловив запах своего хэндлера, Дикс немного успокоил внутреннее волнение. Однако ушедший ментальный дискомфорт, неминуемо сменился физиологическими потребностями. Дикс очень хотел пить, но давать волю своим желаниям он не мог. Стойко контролируя свои эмоции, служебный армейский пёс ожидал дальнейших указаний от своего куратора.