Шепот Древних
Шрифт:
– Что-то мне подсказывает, что это не лучшее место для привала, – пробурчал Ратибор, закутавшись в свой плащ и с раздражением глядя на тёмные силуэты деревьев вокруг.
– Хочешь – ищи лучшее, – холодно отозвалась Зулейка, поправляя капюшон так, чтобы спрятать лицо от дождя.
– Ты ведь понимаешь, что нас ждёт? – Ратибор скептически прищурился, внимательно смотря на огонь. – Хранитель явно что-то недоговаривает. Эти проклятые леса… Здесь наверняка что-то неладное.
Зулейка неохотно кивнула.
– Конечно. Но ты ведь не пришёл сюда за лёгким заданием? –
Ратибор хмыкнул.
– Лёгким? Это, видимо, твоя попытка пошутить? Если кто-то скажет, что ты умеешь шутить, я, пожалуй, заплачу барду – пусть сочинит в твою честь песнь.
Зулейка криво усмехнулась и бросила взгляд в темноту. Но прежде чем кто-то из них успел ответить, лес затих. Даже дождь вдруг прекратил свое монотонное постукивание, оставляя за собой странную, пугающую тишину.
– Чувствуешь? – прошептала Зулейка, напрягая все свои магические чувства. – Сюда что-то… движется.
Ратибор, медленно потянулся к мечу, но резко замер, когда из тьмы на поляну выползло нечто совершенно неожиданное. Это был… Колобок. Ну, по крайней мере, что-то похожее на него. Печеный шар из теста, с нарисованными глазами и ртом, катился прямо к ним, напевая что-то тонким и противным голоском:
– По сусекам скребён, на сметане мешён, я от бабушки ушёл, я от дедушки ушёл… – песня оборвалась, когда круглая тварь из теста замерла у их костра и уставилась на Ратибора.
Тот, очевидно, не знал, как реагировать на происходящее. Он взглянул на Зулейку, которая так же застыла в недоумении. Пауза затянулась. Колобок явно ждал реакции, но её не последовало.
– Ну? Вы что, не рады меня видеть? – нахмурился он, растягивая свою тестяную мордашку в язвительной гримасе.
– Обычно все куда более рады встретить легенду!
Ратибор тяжело выдохнул, потянулся к мечу, но Зулейка остановила его взглядом.
– Подожди, – произнесла она с любопытством человека, который сам не до конца решил, что собирается делать.
– Ты… Колобок? Из сказки?
– Ну да, – Колобок подвигал своими нарисованными бровями, словно это должно было объяснить всё. – А вы кто такие, чтоб в моём лесу без спроса шататься?
– В твоём лесу? – переспросил Ратибор с удивлением. – Ты тут вообще при чём, кусок теста?
Колобок обиделся, его тестяное лицо стало надуваться, как тесто на дрожжах.
– Кусок теста? Я древнее, чем твой меч, варвар! И вообще, я отведу вас к тому, что вы ищете. Но знаете что? Я передумал. Не буду. Никакой вам помощи! Уж сами ищите, если такие умные.
Зулейка, взглянув на надувшегося Колобка, неожиданно хмыкнула и сказала:
– Ты не боишься, что мы тебя просто съедим?
Колобок вздрогнул, но сразу же восстановил самообладание.
– Попробуй! – крикнул он так, словно вызывал её на дуэль. – Я не просто булка! Я ведь хожу уже много веков, и никто меня ещё не съел! – он немного сморщился и добавил чуть тише: – Хотя один раз было…, но это не считается.
Ратибор, сложив руки на груди, с иронией поддержал:
– Ты явно много видел, булка. Но откуда нам знать, что
Колобок замялся, его голос стал тише.
– Ловушку? Нет… конечно нет. Я просто хотел помочь… ну, может, немного пошутить. Но ловушка – это уже как-то жёстко.
Зулейка тоже скрестила руки на груди, холодно улыбаясь.
– Я начинаю думать, что это существо просто ищет компанию. Одиноко ведь быть булкой, которая бегает от всех.
Колобок жалобно посмотрел на неё.
– Ну… если честно… да, одиноко. Представь себе, ты катишься… столетиями, все от тебя хотят избавиться, а ты просто… хочешь поговорить. Но нет, все сразу – «съесть его». Или того хуже – проглотить не жуя. А как же корица? Ваниль? Аромат печи и горячего хлеба?
Ратибор, видимо, не удержался и громко засмеялся.
– Так вот каково это – быть вечной булкой, обречённой на одиночество! Ладно, уговорил. Веди нас, Колобок. Но если что-то пойдёт не так, чур я тебя съедаю первым.
Колобок встрепенулся, его лицо вновь приобрело самодовольное выражение.
– Это тебе не удастся, варвар! – крикнул он с задором. – Я слишком быстр для тебя! Но, так и быть, покажу дорогу. Только больше шуток про «съесть» не надо. Тема наболевшая.
Зулейка и Ратибор переглянулись, и впервые за долгое время на её лице появилась теплая улыбка. Хранитель, конечно, слышал их разговор, но не вмешивался, посмеиваясь в бороду. Он знал, что впереди ещё много более тёмных и страшных событий, и этот маленький комок теста будет, пожалуй, единственным светлым пятном в их приключении.
Глава 3. Дом у переправы
Ветки хрустели под ногами, и ледяной ветер, гулявший по лесу, то и дело вздыхал тяжело и протяжно, словно дышал кто-то невидимый. Они остановились на окраине поляны, где возвышался дом, покосившийся от времени, но всё ещё стоявший крепко, как старая башня.
– Дальше идти нельзя, – пробормотал Хранитель, спустившийся с лошади. Он осмотрел темные провалы окон дома, в которых не было видно огней. – Нам придется заночевать здесь.
– Здесь плохо, – раздался голос Колобка, странно хриплый для такой жизнерадостной формы жизни. Он перекатился вперёд-назад, словно не мог устоять на месте, его блестящие глазки выдавали тревогу. – Этот дом… пахнет бедой. Когда-то я… был здесь.
Зулейка, тихая и настороженная, бросила взгляд на дом, сжимая в руке кулон с отполированным черным камнем. Её лицо было напряжено, и она покачала головой, словно что-то чувствовала.
– Здесь зло, – прошептала она, её голос прозвучал, как шорох ветра. – Этот дом помнит страдания.
– Не мы выбираем, где останавливаемся, – ответил Хранитель и подвел свою кобылу к старому сараю, который чудом всё ещё не рухнул.
Ратибор, суровый и молчаливый воин, не стал спорить. Ему было безразлично, где остановиться, лишь бы доспехи не стискивали раненое плечо. Всё в этой миссии казалось ему ошибкой, начиная с тех пор, как они отправились через лес, известный своим проклятием и заканчивая этим комком печеного теста, вызвавшегося стать их проводником.