Шестерки Сатаны
Шрифт:
— Нам много чего надо, — проворчал я. — И не только то, что ты перечислил. У этих ребят, между прочим, мамы имеются, а у одного даже папа. Если я ихним родителям этих «длинных-черных» покажу, которых друг от друга не отличить, они что, обрадуются? В жизни не поверю…
— Твоя-то какая печаль? Тебе бы посмотреть разок на эту самую Валетову маманю, алкашку сизую, которая полжизни по зонам за всякую бытовуху отсидела! Ей что Валерка, что тумбочка в доме — что-то из мебели, не больше. Иногда вроде бы жалко, что пропила, свое как-никак, нажитое. А по большей части — хрен с ней и с тумбочкой, и с Валеркой… Самому-то Валерке приятно будет с ней встретиться, спрашивал ли? Нет. Потому что ты его и не знал никогда настоящим. Ты видел биоробота, послушного солдатика, который ничего не боится, все приказы выполняет точно и в срок, все умеет и кого хошь завалит. Точно так
— Понимаешь, мы и так с батей перед этими пацанами кругом виноваты. Он побольше — потому что зазомбировал их, превратил в головорезов и душегубов. Я поменьше, потому что бросил их там, в лесу, сам свою шкуру спас, а тебе их оставил…
— Между прочим, если б они были обычными, то давно бы, уже минимум три часа, числились бы в покойниках. Валет помер бы от укуса жарараки, а Ваня — от того яда, который отсасывал. То, что они живы, между прочим, прямая заслуга твоего родителя, а также Зинули с Ларисой, которые им препараты вводили. Да, конечно, этот яд даром не прошел. Помнишь, тебе в Сибири Зинаида говорила про разные варианты? Или уже забыл?
— Почему? Помню. Только ведь это было там, в другом потоке времени…
— «Зомби-8» и препарат «331» здесь и там одинаковые…
В этот самый момент у меня в мозгу отчетливо зазвучал Зинкин голос:
«Лариса, которая работает с животными, проверяя на них наши препараты, чисто теоретически обнаружила, что возможен очень неприятный вариант биохимической реакции. Долго объяснять, но суть в следующем. Этим двум ребятам, которые у тебя в команде, Валерке и Ване, были сделаны по семь уколов „Зомби-8“ и его синтетического аналога препарата „331“. Полный курс — восемь инъекций — приводит не только к необратимому превращению их в биороботов, как при употреблении „Зомби-7“, но и к закреплению этих изменений на генетическом уровне. Мы в прошлом году, весной, хотели сделать все восемь уколов. Но сделали только семь, чтобы проверить, возможно ли в принципе восстановление у них самостоятельности. По тогдашним Ларисиным выводам, получалось, что они в течение десяти месяцев должны полностью очистить организмы от препаратов и обрести возможность совершать волевые действия. На самом деле ничего похожего не происходило. Они остались в том же состоянии, что прошлой весной, и никаких изменений в их поведении не наблюдается. В общем, вопреки теории суперсолдатики остаются такими же биороботами. У Чуда-юда есть препарат „330“, предназначенный для нейтрализации „Зомби-7“, он, в принципе, должен был, по идее, снять действие и „Z-8“, и „331“. Но он боялся сразу применять его на людях, заставил Ларису произвести аналоговые эксперименты на мышах и на компьютере. Оказалось, что в зависимости от групп крови, количества эритроцитов, резус-фактора и еще целой кучи параметров, возможно различное течение взаимодействия препарата с организмом. Опуская всякие незначительные нюансы — четыре варианта исхода. Первый — вполне приличный. „330“ и „331“ нейтрализуют друг друга. Ребята возвращаются к доинъекционному состоянию. Второй — очень плохой. В организмах нарушается обмен веществ, сильнейшие реакции на печень и почки.
Смерть в течение трех дней, не дольше, но мучения страшные — и никакиенаркотики боль не снимают. Третий вариант практически нулевой: все остается, как было. Наконец, есть еще четвертый, с нынешней точки зрения самый опасный. Парни становятся неуправляемыми, с повышенным чувством самосохранения, обостренной агрессивностью… Но при этом они сохраняют все боевые навыки, живучесть и прочее».
— Значит, у них развился «четвертый вариант»? — спросил я, когда Зинкина «фонограмма» перестала звучать. — Но ведь тогда ничего такого не случилось…
— Тогда до этого дело не дошло, — прокомментировал «Black Box». — Потому что в том потоке времени вы с компанъеро Умберто устроили катастрофу для всей Галактики — нарушили Великое Равновесие. Что это такое — объясню позже. Но угроза такого развития была и там. Одна лишняя вспышка на Солнце, магнитная буря в ионосфере, повышение уровня ультрафиолетовой радиации, лишний миллиграмм на литр какого-нибудь биологически активного вещества в воздухе или воде — и все пошло бы тем же порядком. После того, как Зинуля с покойной Кларой Леопольдовной сделали им по 7 инъекций из 8, у
— Ну а в чем же состояла ошибка?
— Ошибка состояла в том, что механизм действия препаратов «зомби» несколько сложнее. Дело в том, что после семикратного введения в организм меняется биохимический режим некоторых желез внутренней секреции. Изменения в мозгу, происходящие под воздействием препарата, настолько ему «нравятся», что он отдает приказ железам вырабатывать «Зомби-7», поддерживая его постоянное присутствие в организме. А «Зомби-8» закрепляет этот механизм на генетическом уровне.
— То есть волевые центры на самом деле не атрофируются?
— Не совсем так. Они атрофируются, но если бы организм сам не вырабатывал «Зомби-7», как секрет своих собственных желез, то волевые центры быстро восстановились бы, и человек снова обрел бы возможность принимать независимые решения. Зина и Лариса подошли к пониманию этого только совсем недавно. И все те варианты, о которых тебе говорила Зинаида, на самом деле есть нарушение за счет каких-то внешних причин того не слишком устойчивого биохимического равновесия, которое складывается в организме после того, как он начинает сам вырабатывать «Зомби-7» или «Зомби-8». Зина тебе говорила только о том, что эти «варианты» возможны лишь при введении ребятам «нейтрализующего» препарата «330». Но на самом деле, как я уже говорил, все они могут разыграться по вине какого-нибудь внешнего фактора, из тех, которые уже назывались, или еще каких-то, которые трудно предположить.
— Например, укус змеи?
— Да. Укус жарараки, который был получен Валетом, и яд, который попал в организм Вани, высасывавшего его из ранки, стимулировали защитные системы. При этом увеличилась выработка организмом препарата «зомби» — то есть уже не препарата, а секрета желез. Это привело к повышению агрессивности, обострению боевых навыков и увеличению физических возможностей, в том числе живучести.
Мне тут же вспомнилось то, что давным-давно, в 1983 году, я слышал от Киски:
«Во время эксперимента два подопытных сломали клетку, сваренную из арматурных прутьев диаметром в дюйм, разбили ногами чугунную станину и проломили железобетонную стену толщиной в десять дюймов. Чтобы их убить, потребовалось всадить в них по двадцать с лишним автоматных пуль».
— Да, это вполне похоже на то, какие возможности приобрели Валет и Ваня. Валет за сегодняшний день получил шестнадцать пулевых и осколочных ранений, из них четыре, которые для обычных людей были бы смертельны. Ваня, соответственно, — двенадцать и три. Однако примерно, через десять минут после попадания пули, любое ранение затягивалось, кости сращивались, а объем крови в организме восстанавливался до нормального. Кроме того, их великолепная реакция позволяла им уворачиваться от большинства выстрелов, принимать наиболее выгодное положение при взрывах, которое позволяло им избегать поражения воздушной волной и динамическими ударами.
— А в голову им не попадали?
— Попадали, — ответил «Black Box», — правда, только в лобную кость и калибром 5,56. Результат — ссадина и рикошет. Но, в принципе, калибром 7,62 и выше возможно смертельное поражение. Височная кость, глаз — даже меньшими. Но они надели шлемы с забралами, захватив их на базе «тигров». После этого простое стрелковое оружие им практически не вредило. Теоретически на большом расстоянии такие шлемы поражаются только калибрами 12,7 и выше. С близкого расстояния можно пробить стекло пулями 11,43, 9 и даже 7,62 , но они на этом расстоянии поражали любого, кто пытался навести на них оружие.