Шибари
Шрифт:
– И он на это пойдет?
На мой вопрос Ран неопределенно пожал плечами. А я поняла, что пойдет. По крайней мере, Ран бы точно пошел. Несмотря на измены, предательство, и вообще, не самую светлую жизнь возлюбленной.
– Не думай об этом. Хотя бы сейчас.
Я кивнула, и постаралась выбросить лишние мысли из головы.
Ран
– Что это за место?
JB приземлился в самой низкой точке ущелья. Кира с любопытством оглядываясь вышла из транспорта. Ран с умилением наблюдал, как неуклюже девушка покидает капсулу. Светлые волосы растрепались, щеки зарозовели. На их фоне, глаза жены казались особенно яркими.
– Это колыбель.
– Колыбель?
– Вообще, это место по-разному называют. – Ран протянул девушке
– Здесь красиво. – Как-то по-детски заметила Кира.
Ее и правда восхитили эти огромные, безжизненные горы. Твердый гранит был теплым. Но, к своему удивлению, Кира поняла, что не задыхается от жары. Хотя, по идее, должна бы. Температура на Марсе, даже в самый холодный сезон не падала ниже тридцати градусов. А сейчас, далеко не самое прохладное время года. В городе, она как-то не задумывалась об этом обстоятельстве. Человек, выросший в современном мегаполисе, давно привык к автоматическим системам климат – контроля, вентиляции, очистки воздуха и другим благам цивилизации. В горах ничего подобного не было. Кира попробовали припомнить, устанавливала ли она необходимые параметры температуры и влажности дома, или в лаборатории. Не вспомнила. Должна была установить. Но с уверенностью заявить, что сделала это, не смогла. Поспешила проверить. Попробовала удаленно войти в систему управления жильем. Коммуникатор ее команду проигнорировал. Попробовала еще раз. Ручной гаджет превратился в ненужную безделушку.
– Здесь ничего не работает. – Пояснил Ран, указывая на свой коммуникатор. И для убедительности попробовал активировать прибор. Ровно, с тем же успехом, что и Кира.
– Это как?
– Аномальная зона. В радиусе трех километров от храма нет связи с миром. Собственно говоря, именно по этой причине, нам придется немного прогуляться. Я не уверен, что системы JB в этом месте останутся в рабочем состоянии.
– А если, с нами что-то случиться? – На мгновенье, Кира представила, что может случиться камнепад, землетрясение или песчаная буря. Которые, к слову, на Марсе случались гораздо чаще, чем хотелось бы. А у них с собой ничего нет. Ни защитных палаток, ни запаса воды или еды, на время бедствия, ни системы навигации. Ничего. Если что-то случится, они даже не смогут подать сигнал бедствия. Чувство ничтожности, беззащитности перед природой накрыли с головой. Только в таких местах человек может ощутить, насколько он мал перед лицом стихии.
– Рид и Кис знают, где мы находимся. А Гордону я дополнительно продублировал координаты. Он плохо знает эту местность. Но, в любом случае, тебе не стоит беспокоиться. Здесь не бывает ни бурь, ни землетрясений, ни извержений вулканов. Пожалуй, это самое безопасное место на планете, в плане природных катаклизм.
– А чем это обусловлено? – В девушке проснулся исследователь. Ран снова улыбнулся.
– Никто не знает.
– А пытались выяснить?
– Конечно. В хранилищах РУМ и Совета есть масса файлов по попытке исследовать данную территорию. Но узнать так ничего и не удалось. – Они вошли в тень громадного утеса. По впечатлениям должно было стать прохладнее, но никаких температурных перепадов Кира на себе не ощутила.
– И давно известно об этом месте?
– Эммм…. – Мужчина потер подбородок, - о полетах в космос тогда даже не думали. О полетах в принципе не думали.
– Человечество всегда мечтало летать. – Непонятно почему, сказала Кира.
– Марсиане не люди. Гуманоиды, но не люди.
– После этих слов Кире захотелось треснуть благоверного каким-нибудь булыжником, за то, что испортил такую атмосферу своими предубеждениями. А Ран поспешил пояснить, пока жена не решила перевоплотить свои желания в реальные действия. – На Марсе нет ни одного живого существа, которое могло бы летать. Ну, кроме тех, что были завезены сюда с других планет, и живут в специальных заповедниках.
– Вообще нет? – На этот
– Нет. Наши предки вообще не думали о возможности оторваться от поверхности планеты. Все это пришло потом. С развитием военных технологий.
У Рана промелькнули мысли о том, что Марс действительно удивительное место. Все блага, которые они имеют, в том, или ином объеме, принесли воины. Именно боевые действия стали толчком для развития технологий. Все изначально разрабатывалось для нужд армии. А уже потом внедрялось в мирную жизнь планеты. Большую часть бюджета, когда-то тоже пополнялась за счет боевых действий. Только потом они по-настоящему развили сельское хозяйство, легкую и тяжелую промышленности, реконструировали все системы управления, наладили социальную политику. Все это было далеко от совершенства. Но, как известно, во Вселенной нет ничего идеального. Даже в космосе имеются дыры.
– Так что это за храм? – Прервала его размышления Кира.
– Храм Элкары.
– Богини смерти? – В вопросе девушки Ран не услышал ни тени ужаса, или неприязни. Возможно, это было следствием профессиональной деградации.
Слишком часто молодой женщине приходилось видеть трупы. Смерть перестала для нее быть чем-то из ряда вон выходящим. Кира научилась подходить к этому вопросу философски.
– У нас ее еще принято называть богиней войны, и матерью. По древним преданиям Элкара хранит Марс, благословляет союзы, охраняет семьи воинов, когда те далеко от дома.
Пара вышла на плоскую площадку, и у Киры перехватило дыхание. Ран замолчал. Чтобы дать девушке возможность все внимательно рассмотреть.
Кира
Я не могу назвать себя фанатом древних храмов, или вообще, хоть какой-нибудь старины. В школе, на уроках истории, конечно же, изучала древнее наследие. Но исключительно в тех масштабах, которые позволяли не схлопотать низкий балл. Нам показывали 3D модели древних городов и храмов. Но все это было разрушено в конце двадцать первого века, в угоду амбициям тогдашних политиков. И осталось только на картинках, реалистичность которых вызывала некоторые сомнения. Но здесь, сомнений не было. Картинка с уроков истории ожила. Превратилась в реальность. Невероятную, поражающую своими масштабами реальность. Это был не храм. Ни место древнего культа. Это был, если ни древний город, то вполне себе полноценный жилой район.
В огромной скале были выдолблены ворота. Колонны, объемные рисунки намекали на то, что основные религиозные действия происходили именно в этой скале. Но больше поражало не это. Поражало то, что находилось вокруг храма. Сотни квадратных домиков. Или хижин разместилось прямо у входа в святилище. С первого взгляда было понятно, что это не стихийное строительств, а вполне себе продуманный архитектурный проект. Улицы, которые шире, явно были главными. Те, что уже – второстепенными. В центре комплекса находилась круглая площадь. Явно, когда-то давно, выполнявшая роль рынка. Или торгового цента. Сейчас сложно было определить точно. Мы шли по этим заброшенным улицам, и я не могла избавиться от ощущения, что вот-вот, из-за угла должен выйти булочник с подносом выпечки. И сзади раздастся глухой звук топора, перерубающий кость, какой-нибудь зверушке. Но ничего подобного не происходило. Все было пусто. Никаких признаков жизни. Я не удержалась, и заглянула в один из пустующих домов. И не нашла ничего, кроме красной пыли.
Ран безмолвно шел сзади. Ждал, пока я полностью удовлетворю свои исследовательские порывы, прежде чем поведать историю этого места.
– Что тут произошло?
– Не переживай, жители просто покинули это место. Точнее, самих жителей здесь было не много. В основном служители храма. Эти домики строились для гостей. Чтобы всех прибывших в комплекс можно было расселить с удобствами.
– Так почему все уехали?
– Первое название этого места – «Дом Матери». Сюда мужчина приводил свою Мею для совершения брачного обряда.