Схимник
Шрифт:
– Пойдем, – сказал я.
Мы поднялись и, поддерживая друг друга, пошли туда, где должна была быть скала со странным названием – Последнее Пристанище.
Тут Данила встал и расправил свои широкие плечи.
«Давай прогуляемся, – сказал он. – Дорасскажу по дороге».
Мы шли по городской окраине в направлении леса. Поднялись на холм, обогнули старую, полуразрушенную церковь и вышли на смотровую площадку позади нее. Отсюда открывался
Я увидел эту скалу сразу, как только мы подошли к бухте. Словно высокая сторожевая башня из белого камня, она парила над поверхностью озера. И силы вернулись ко мне, ноги сами понесли вперед. С каждым шагом я чувствовал, что приближаюсь к разгадке величайшей тайны, к чему-то необыкновенно важному и значительному, Даши едва поспевал за мной.
– А где он может быть? – я недоуменно посмотрел на своего спутника.
Скала Последнее Пристанище не имела никаких расщелин или полостей. Я обошел ее вокруг по земле несколько раз, но все без толку. Вершина просматривалась, и было видно, что она пуста. Тогда я вошел в холодную воду и проплыл вдоль скалы со стороны озера. Ничего.
– Даши, Схимник что-то еще тебе говорил. А ну давай, вспоминай, – я настаивал, юноша должен был знать что-то еще.
– Да нет, ничего он больше не говорил… – Даши стоял под скалой растерянный и потрясенный.
– Туг должен быть какой-то фокус… Вспоминай! Может быть, что-то странное? Что-то, что ты тогда не понял?
– Нет, вроде бы, ничего. Хотя, – тут он задумался. – Он говорил что-то про воду…
– Про воду? Что?! – мне показалось, что разгадка близко.
– «Он придет в воду»… Или нет, << он уйдет от огня»… Нет, «найдет камень»…
– Черт, Даши, соображай же! – я схватил его за плечи. – Надо вспомнить! Вспоминай – когда он это говорил?!
– Это было во время второй нашей встречи, – Даши напрягался и морщил лоб. – Схимник был на взводе, что-то тараторил без умолку. Говорил про Антихриста, что все пропало, ничего не спасти…
– Ну, ну! Даши! – я тряс его так, что, казалось, выбью из него душу.
– «Он уйдет от огня, поймет»… Нет, не «поймет». «Он уйдет от огня, познает небо». Да! «Познает небо, даст воде тело, чтобы открыть камень». Да! Точно!
– Подожди, —я сосредоточился, чтобы ничего не упустить. – Значит, так: «Он уйдет от
огня, познает небо, даст воде тело и откроет камень». Правильно?
– Да, да! – улыбался Даши.
– Но что это значит? «Он уйдет от огня…» – я задумался, машинально повторяя слова этого не то заклинания, не то пророчества. – Даши, есть идеи?
– Ну, уйти от огня… Может быть, это пожар?
– Пожар! Да! «Познает небо, даст воде тело»… – тут мой взгляд скользнул по скале. – Да!
Я отпустил Даши и стал быстро взбираться вверх.
– Данила, ты что? Ты что задумал?! – кричал Даши снизу.
Но он уже и сам все понял. Таинственный ребус складывался:
– Данила, не делай этого! Здесь не меньше пятнадцати метров! Не делай этого, ты разобьешься! – кричал Даши.
А во мне не было страха. Я прошел весь свой путь, дошел до самого его конца и сейчас сделаю то, о чем просил Схимник. Свет согревал меня изнутри. Я сделал два шага назад, потом вперед, оттолкнулся и полетел.
Секунды полета, удар о воду. Нестерпимая боль в плечах, Темнота.
– Данила, Данила! – Даши беспомощно бегал по берегу и звал меня. – Данила!
Я слышал его голос, как если бы он кричал мне в длинную трубу с другого ее конца. Вода удерживала меня на поверхности, я стал перебирать руками и медленно приблизился к берегу. Голова кружилась, кожу жгло, плечи сковало от боли.
Чуда не произошло. А я ждал чуда. Мне казалось, что стоит выполнить все указания, и тогда загадка решится. Ничего не решилось. Я не был разочарован, я похоронил надежду. Что ж, все правильно. Это может только Мессия.
– Мне надо было сильнее оттолкнуться… – я, держась за грудную клетку, снова стал карабкаться вверх.
– Данила, ты что?! Не смей делать этого! Не смей! – Даши пытался остановить меня.
Но я забрался на вершину скалы во второй раз. Посмотрел вниз. На сей раз голова у меня закружилась. Тело сопротивлялось, не слушалось, не хотело прыгать. Н o я взял себя в руки, повторяя как заклинание: «Он уйдет от огня, познает небо, даст воде тело и откроет камень».
Я отошел от края скалы, насколько это было возможно, разбежался и прыгнул.
– Нет, Данила! Нет! – услышал я в последнюю секунду крики Даши.
Удар о воду оглушил меня. Бурление. Темнота.
– Данила! – кричал Даши, пытаясь привести меня в чувство.
– Ничего не получается, Даши. Ничего…
– Я неправильно сказал! Прости меня, прости! Я неправильно сказал!
– Что?..
– Схимник… «Камень»… Неправильно, – Даши плакал и запинался. – «Возьмет камень, чтобы открыть землю».
– Ничего не понял…
– «Он уйдет от огня, познает небо, даст воде тело, возьмет камень и откроет землю»! – оттарабанил юный монах, глотая слезы.
– «Возьмет камень и откроет землю»? – я еще раз посмотрел на скалу, это не укладывалось у меня в голове. – Какую землю, Даши?!
– Не знаю, не знаю… – голос юного монаха стал пропадать.
На мгновение я отключился и увидел Агвана. Он стоял передо мной – смешной, лысый, в монашеской одежде, которая, как и обычно, была ему велика. Он улыбался во весь рот, его глаза лучились светом, он протянул ко мне руки и сказал: «Ты пойдешь дальше, ты дойдешь до того места, которое укажут тебе знаки, ты найдешь Схимника и сделаешь то, что он тебе скажет».