Шизофрения
Шрифт:
– Это площадь около...
– Я знаю где это, - перебил я Шолота.
Само собой, привокзальная площадь была мне знакома. Я вообще хорошо знаю город.
Тем временем, камера замерла, приближая изображение противоположного конца площади. Там, между двух скамеек, слегка приплясывая, играл на многоствольной флейте индеец. Ну, не настоящий, конечно. Я слыхал, будто это наши тувинцы, наряжаясь индейцами играют на городских улицах.
Звук отсутствовал, однако, судя по количеству зрителей, играл парень хорошо. За их спинами было его толком не разглядеть. Лишь в какой-то момент, когда народ расступился, я, наконец, увидел
– Мой брат, - сказал тот, забирая айфон.
– Близнец. Ваш объект.
Не стану утверждать, что меня это удивило. Заказы на родственников - не редкость. Настораживало другое. Один из братьев готов заплатить неприлично большие деньги, чтобы убрать второго, который зарабатывает на жизнь, играя на улицах.
Впрочем, выяснять мотивы клиентов - непрофессионально, да и небезопасно, тоже. Поэтому я попросту спросил:
– Инструкции?
– Он играет там ежедневно. Ровно в полдень Вы устроите взрыв.
Я лишь слегка покачал головой и начал подниматься.
– Сядьте!
– произнёс Шолот негромко, но столь властно, что мне показалось, будто он крикнул.
Взгляд его, не карих, даже, а по-настоящему чёрных глаз мне не понравился. Ох, как не понравился! Было в нём что-то такое... Угроза? Нет, пожалуй. Власть! Огромная власть! Этот человек привык повелевать, а не уговаривать.
Я сел.
– Что Вас не устраивает?
– Я не работаю на террористов. Хлопотно и слишком опасно. Теракты, как правило не остаются безнаказанными.
– Понимаю, - кивнул Шолот.
– Но, это не теракт.
– Вот как?..
– Обычный заказ. Заказчик, ведь, вправе выбрать способ исполнения?
– Если это не угрожает исполнителю.
– Вам это не угрожает. Напротив, спецслужбы станут отрабатывать террористические организации. И совершенно напрасно.
– Погибнут посторонние люди, - не унимался я.
Шолот позволил себе едва заметную улыбку.
– Вас это смущает?
– Я не убиваю бесплатно.
– Хорошо. Я удвою гонорар. Треть от вновь оговоренной суммы поступит на указанный Вами счёт сегодня вечером.
Я почувствовал, как вспотели ладони. Кого, чёрт возьми, мне нужно исполнить?! Столько платят, разве что, за президентов! Или... Или он вовсе не собирался платить!
Сомнения свои я вновь не стал высказывать. Сказал вместо этого:
– Мне потребуется некоторое время, чтобы достать... необходимое оборудование.
– Не потребуется.
Шолот пододвинул ко мне бумажный пакет, из тех, в какие упаковывают фастфуд на вынос.
– Здесь всё необходимое.
Я едва ни присвистнул. Тот, кто вот так запросто таскает с собой взрывное устройство, либо непуганый идиот, либо профессионал. Идиотом мой наниматель не выглядел.
Я слегка поморщился.
– Не слишком люблю работать с оборудованием заказчика.
– Полно! Это избавит Вас от затруднений.
Я пригляделся к пакету. Содержимое очевидно не отличалось ни значительными размерами, ни весом. Тринитротолуол в таком объёме, даже усиленный поражающими элементами, вряд ли способен однозначно обеспечить желаемый эффект.
Я высказал своё мнение.
– Не стоит беспокоиться, - отозвался Шолот.
– Результат будет достигнут. Всё что Вам нужно - правильно разместить устройство. Там, рядом со скамейками, находятся урны. Знаете, такие с пепельницами.
Да уж! Раз он так уверен в результате, то "адская машинка" скорее всего содержит октол. А то и вовсе CL-20. А что, не удивлюсь. Судя по всему, Шолоту по карману такая игрушка. Во что же я вляпался?!
– Что ж, буду с Вами откровенен, - решился я прояснить ситуацию.
– Где гарантии, что устройство не сработает в момент активации таймера?
– Разумный вопрос. Разумная предосторожность. Гарантии - здравый смысл. Во-первых - если бы я задумал избавиться от Вас, то выбрал бы менее затейливый способ. А, во-вторых - таймер уже активирован. Сработка произойдёт двадцать второго сентября. Ровно в полдень.[1] Вам нужно сделать закладку примерно за тридцать минут до срока. Выберите момент между выступлениями, подойдите, положите пакет и сразу уходите. Сразу! Не вздумайте слушать песни моего брата! Это важно, запомните это!
Я удержался чтобы не поморщиться. Причуды заказчика меня волновали меньше всего. Если я возьму заказ, то исполню его так, как посчитаю целесообразным. Спорить я, впрочем, не стал, да и волновало меня другое.
– Моя работа не выглядит сложной. За что Вы готовы платить такие деньги. Меня это настораживает.
Шолот снова улыбнулся.
– Для родного брата никаких денег не жалко. К тому же, не стану скрывать, у меня на Вас некоторые виды на будущее.
"А вот это вряд ли!" - подумал я тогда. Полученный гонорар позволял мне закончит карьеру. Я собирался под видом польского эмигранта купить придорожную забегаловку в Панаме и отсидеться там пару лет. Затем продать, приобрести небольшую яхту и навсегда исчезнуть. Деньги, вложенные в ценные бумаги, не сделают меня богатым, но позволят не зависеть от общества. А от общения с отдельными его представителями навсегда избавит Мировой океан. Заветная мечта воплощалась в жизнь. Всего-то исполнить один заказ. Да, пугающе странный, но всего один.
Я согласился.
За оставшиеся два дня осмотрелся на месте и устроил тайник со сменной одеждой. С отходом проблем не возникало
Нет ничего проще, чем затеряться в оживлённом городском районе. Общество индивидуальностей - это сказка на ночь. Основа нашей цивилизации - посредственность. Серенькая. Самовыражение приветствуется, но лишь в качестве оттенков однотонной серости.
Можно достичь успеха - стать офисным планктоном, съездить в Турцию и взять в кредит иномарку.
Можно реализовать себя в творчестве - покакать через форточку и выложить ролик на You Tube.
Можно демонстрировать свою независимость - заходить в магазин с велосипедом и сидеть на ступенях эскалатора.
Можно не быть равнодушным - подкармливать голодных бездомных собачек. Или людишек. Кому что больше нравится.
А вот пытаться сделать так, чтобы не было ни бездомных, ни голодных нельзя. Нищета - основа благосостояния, но что важнее - основа душевного равновесия посредственностей. Их успех заметен лишь на фоне нищеты. На фоне чёрного серое кажется белым. Кажется.
Человек-невидимка стал прозрачным. Ха! Тоже мне - невидимка! Да если бы он ходил по улицам Лондона голым, то, пожалуй, привлёк бы к себе меньше внимания. Он же возомнил себя независимым от толпы, а толпа этого не прощает. Растворись, стань сереньким. Толпа безлика. Стань безликим и станешь невидимым. И невредимым.