Школьная любовь
Шрифт:
Нет, родители Маринки не были жадными или жестокими людьми, их можно было понять, они хотели жить по-другому, хотели избавиться от бедности, они скрывали ее, как будто стыдились. И все-таки странные они были люди… Ведь вокруг них жили семьи с разным достатком.
Ритин отец погиб, и ее мама воспитывала двоих детей, но Ритка никогда не комплексовала. Родители Илоны, по-моему, вообще были равнодушны к деньгам. Так же к ним относилась сама Илона.
Но люди бывают разные, и живут они по-разному, и думают
Родители Маринки не могли смириться и решили изменить жизнь. Это их право. Но теперь Маринке предстояло провести целый год в таких стрессовых условиях, что никакая смена школы рядом не стояла.
Она храбрилась, как могла, и, как могла, оправдывала родителей.
Маринка поникла. Мы все почувствовали себя неловко. Илона, сбив с Маринки спесь, тут же сжалилась над ней и больше не задавала вопросов. Разговор свернулся. Чай допили молча и быстро. Маринка поспешно вскочила из-за стола.
– Ну, мне пора, – заявила она, – Рита, спасибо за чай. Извини, что напрягли.
– Перестань, – отмахнулась та, – ты чего, как неродная?
Маринка нервничала и пыталась оправдываться:
– Много дел… Надо все собрать, помочь…
– А как же ваша дача? – вспомнила я.
– Мы ее уже продали, – не глядя на меня, ответила Маринка.
Когда гости выскочили из квартиры вслед за своей предводительницей, Рита только плечами пожала.
– Странные какие-то, – сказала она, – зачем приходили? Минералку свою забыли в холодильнике…
Она вышла на балкон, чтоб позвать Владьку, но тот почему-то не вернулся.
Мы снова собрались на кухне, уселись вокруг стола, Рита машинально собрала чашки с недопитым чаем, поставила в раковину.
– Зря я так, – вздохнула Илона, – ей и без того несладко.
– Да, – согласилась я, – не позавидуешь, да еще эта история со Стасом…
– Да при чем здесь Стас… – поморщилась Илона.
– Как при чем? – удивилась я. – Ведь она его любила…
– А, это вы о той истории, – кивнула Рита, – я помню, очень романтическая.
– Нет же! Какая там романтика! Трагедия, а не романтика. Он же погиб зимой! – я уставилась на Илону, потому что она посмотрела на меня с сожалением. А Рита, как всегда, с ироничной улыбкой.
– Ты что, еще ничего не поняла? – спросила Илона.
– Ты о чем? – опешила я.
– Не было никакого Стаса, – вдруг выдала Илона. А когда я на несколько минут замерла с открытым ртом, добавила: – Я думала, ты догадалась, когда мы жгли письма, там, в школьном дворе.
В моем сознании что-то сместилось, щелкнуло, как будто кто-то нажал нужную кнопку, и части картинки-пазла встали наконец на место. Отсутствие конвертов, редкие встречи, потом этот уход в армию…
Но главное – почерк! Почерк отца пресловутого Стаса, похожий на почерк
Да еще текст! Словно я где-то уже читала все это! Но зачем?!
– Зачем? – повторила я вслух.
– У нее все должно быть безупречно! – отозвалась Илона. – Она не могла встречаться с обычным парнем, таким, как Тоха. Королеве нужен король, ну на худой конец звезда экрана. Маринке понадобился Брэд Питт. За неимением, пришлось придумать Стаса. И здесь она не была оригинальна, у нее папу Славой зовут.
Я обхватила голову руками. Рита сочувственно вздохнула.
– Она хотела, чтоб ты ей завидовала, – продолжала объяснять Илона, – а ты не стала завидовать, ты всячески восторгалась и поддерживала ее любовь, которой на самом деле не было. Маринке стало скучно, и она убила несостоятельного Стаса, которого, как ты теперь понимаешь, не было и быть не могло.
Я верила и не верила. Все это было слишком сложно. Мне бы и в голову не пришло придумывать настолько сложную игру, и ради чего?
Я помотала головой:
– Не может быть! То есть я допускаю, что Маринка придумала своего Стаса…
– Диана, ну нельзя же быть такой наивной! – возмутилась Илона. – Вся эта история и была придумана в расчете на твою наивность. Маринка хорошо тебя изучила. Но все-таки судила по себе, да еще и соблазн!
– Но как ты догадалась? – спросила я.
– Не только Илона, я тоже, – добавила Рита.
– И ты?
– А чему ты удивляешься? – пожала плечами Илона. – Она вынуждена была рассказать свою историю мне и Рите, чтоб выглядело правдоподобнее. К тому же Маринка страшно ревновала.
– Это я понимаю…
– Вот именно! Она к тебе привыкла, ты была ее тенью, и чем дальше, тем больше ей хотелось полного подчинения. А тут вдруг, бац! Подружка-то, оказывается, имеет свое мнение, у нее могут появиться друзья на стороне и другие интересы.
Мне стало не по себе.
– Выходит, она меня использовала?
Илона махнула рукой:
– Ты ее не суди слишком строго. Так получилось. Если бы я не вмешалась, ничего бы не было. Так и бегала бы ты с ней.
– И Стас бы не возник?
– Думаю – нет.
Значит, вот как… Выходит, Маринка занималась моей дрессировкой. Она делала из меня серую мышь, причем совершенно намеренно. В глаза называла лучшей подругой, а за глаза рассказывала парням, что я в них влюблена, что я дурочка, не умею одеваться… Потом она стала говорить мне это в глаза, чтоб убедить окончательно. И она убедила бы! Я же помню приглашение на вечеринку, где все заранее предвкушали покуражиться над влюбленной дурочкой! Я должна была согласиться с тем, что мне ничего не светит!