Шкурка саламандры
Шрифт:
– Скоро обед, Северус, - позвал его мистер Керн, - пойдем мыть руки.
– Да, сэр. Я все переписал. Мне взять это с собой?
– Перечитывай перед сном, так лучше запомнишь. Потом начнешь учить таблицу соответствия ингредиентов. Она очень большая.
– Хорошо, сэр.
Северус занес пергаментный свиток в свою комнату. Еще раз рассмотрел учебники, оставшиеся от матери. Ни одной пометки. Книга Либациуса Бораго за шестой курс была девственно чистой. Нет, он знал, что сам делал в ней пометки, но так обычно выглядели учебники тех студентов, которые
Да, он обязательно помедитирует перед сном, чтобы вытащить память маленького Северуса. Уж очень много непонятного происходит вокруг него.
А пока его ждал обед.
После обеда Северус читал Мирабель, заодно показывая ей буквы. Она знала некоторые и весело смеялась, когда угадывала. Миссис Керн вязала и благосклонно на них посматривала. Мистер Керн отлучился по делам. К ужину он вернулся, принес мороженое и сверток, в котором была одежда для мальчика и новенькие теплые ботинки.
– Спасибо, сэр, - искренне поблагодарил Северус. – Большое спасибо.
Он сам убрал все в шкаф и в комод. Белье, несколько рубах, брюки – две пары обычных и теплые. Носки. Мантии. Вещи совершенно точно были не маггловские. А ведь сам Северус помнил, что ничего подобного в детстве не носил.
Медитация дала немного. Все-таки личность взрослого человека легко вытеснила ту, что была в этом теле раньше. Да и двойной шок – сперва смерть от зубов Нагини, а потом нападение пустодомки, – не мог не сказаться. Но возникало ощущение, что маленький Северус был совершенно неразвитым. Это пугало.
Северус лежал в кровати и вспоминал картинки, которые возникали у него в голове. Там не было почти ничего. Ребенок недоедал, у него не было игрушек. У отца он вызывал отвращение. Мама…
Северус тяжело вздохнул, он всегда считал, что они с мамой были вдвоем против отца и непонятного и жестокого мира магглов. Ничего подобного, они были каждый сам по себе. Он слышал о том, что бывает так, что женщина, родив ребенка, не чувствует ничего кроме усталости и раздражения. Некоторые даже убивали своих детей. А другие всего лишь тянули ненавистную лямку, всю глубже и глубже погружаясь в беспросветность и отчаянье. Похоже, что это и был случай Эйлин Принц. Мальчик, разумеется, не знал, как познакомились и поженились его родители, что их держало вместе. Разве не могла Эйлин уйти от нелюбимого мужа? Или ей было все равно? Так бывает? Но тогда получалось, что все, что Северус знал и умел, он получил не от матери. Но от кого? От Кернов? Это они сумели вырастить из маленького зверька пусть нелюдимого, но смышленого мальчишку? Сколько же им пришлось с ним возиться? Почему они его вообще взяли? Пожалели?
Было так жалко себя, маленького и заброшенного, ненужного самым близким людям, угрюмого заморыша, что Северус чуть не заплакал. Но одернул себя – все же он не настолько ребенок. Шмыгнув носом, он решил, что гораздо полезнее сейчас поразмышлять - что же все-таки случилось? Почему он забыл добрых стариков Кернов? Он узнает, он обязательно узнает. Хотя бы для того, чтобы
Конечно, что-то могло быть в письмах, которые ему передали вместе с учебниками и волшебной палочкой Эйлин. Но читать их не хотелось. Эта Эйлин была для него совершенно чужой, хоть и родила. В мыслях он уже звал ее исключительно по имени, а не мамой. Может быть, потом он посмотрит, прочитает. Но не сейчас. Сейчас было слишком тяжело.
Впрочем, были еще и Эвансы. Северус даже сел в кровати. Если он познакомился с Лили, когда жил у Кернов, то и Лили могла знать их. Или нет? С одной стороны – взрослые волшебники могли быть не против помощи магглорожденной девочке. А с другой – у них вполне могли иметься предрассудки.
Насколько помнил он, они с Лили познакомились приблизительно за год до поступления в Хогвартс. Но можно ли сейчас доверять своей памяти? Тот Северус, место которого он занял, точно не рискнул бы подойти к незнакомым девочкам. Может быть, знакомство произошло как-то по-другому? А вдруг в этой реальности никаких Эвансов вообще не было?
Северус максимально сосредоточился. Нет, Лили точно была. Они же вместе в Хогвартсе учились. В конце концов, кто-то же родил Поттера?! И помнил ее не только он.
Ему нужно срочно удостовериться, что Лили есть. Потому что иначе он точно сойдет с ума. Нет, он не будет подходить к ней, знакомиться и что-то рассказывать. Он просто увидит ее, выдохнет облегченно, что от его прошлой жизни хоть что-то осталось, и будет жить дальше. Конечно, ему не удастся надолго уйти, но ведь он умел аппарировать. При перемещении этим способом важна была не в магическая сила, а концентрация. А сконцентрироваться он точно сможет. Да, решено. Завтра же он выберет момент, быстренько смотается по хорошо известному и памятному адресу, а потом будет думать и жить дальше.
И приняв это важное решение, Северус снова лег. И вскоре уже спал.
========== Глава 3 ==========
Автор не считает постоянно редактируемые статьи на Поттермор каноном. Так что родителями Джеймса Поттера остаются Чарльз и Дорея.
Выбрать момент, чтобы аппарировать поближе в дому Эвансов, было легко. Мирабель помогала бабушке на кухне. Мистер Керн отправился по делам. Северус на всякий случай выбрался за пределы участка, сосредоточился на кустах у детской площадки и аппарировал.
Ему повезло - не расщепился. Да и площадка уже была. До него только потом дошло, что на этом месте могло находиться что угодно. Те же мусорные баки, например. Но случилось самое настоящее чудо: все получилось, его никто не заметил, и две девочки качались на качелях. Северус замер, внимательно глядя на них.
Петунью Эванс он узнал сразу же. А вот вторая… Точно ли это Лили? Может быть, просто другая девочка, а Лили осталась дома? Рыжие волосы и веснушки на месте, но вот все остальное…