Шрифт:
Annotation
Виктор Емский
Шмордонские войны
Представьте себе галактику, в которой обитают люди, похожие на нас. Но странное дело, расселились они по разным углам. В одном углу живут военные дуболомы, в другом жулики, воры и коррупционеры, в третьем торговцы. А между ними снуют цыгане в своих космических кибитках. А сколько всего углов? А почему герои книги так похожи на землян? И откуда взялась земная система
ШМОРДОН
На столичной площади возвышался величественный монумент, представлявший собой композицию, составленную из огромной бомбы с сидящей на ней бронзовой фигурой первого императора. Бомба была отлита из нержавеющей стали, и на ее боку красовался стоящий на задних лапах шмороглот с короной на голове (мифическое чудовище с телом льва и головой бегемота), являвшийся гербом Шмордона. Над фигурой гротескного зверя сверкал выведенный громадными буквами девиз императорской фамилии, который гласил: «Честь Шмордона превыше жизни».
Герб и девиз были покрыты сусальным золотом и потому бросались в глаза всякому, кто находился рядом с памятником или проезжал мимо него в шморовозе.
Еще двести лет назад, почти сразу после постройки, монумент оградили решетками и выставили внутри караул. Это было связано с тем, что подданные императоров стали своими языками лизать герб, считая, что таким способом они смогут унести домой хоть частичку государственного богатства. Что они потом делали с этим богатством, попавшим в желудок, а затем в кишечник, было неизвестно, но надпись приходилось в течение года неоднократно обновлять ввиду ее явной зализанности. Кстати, ограда не помогла.
Сейчас решетки пестрели табличками с информацией о том, что памятник находится под напряжением и оборудован сигнализацией. Оказалось – караул, в первое время выставлявшийся внутри периметра с тем, чтобы не пускать к монументу посторонних, по ночам сам принимал участие в засасывании сусального золота. Теперь гвардейцы, облизываясь, ходили вокруг решетки и мечтательно глядели на стальную бомбу, а надпись оставалась целой долгое время. Но все же иногда случались печальные происшествия, когда по утрам караульных гвардейцев находили мертвыми на пьедестале памятника. Мокрый язык и электрический ток – несовместимые вещи…
Командующий Звездным Флотом Шмордона лорд Надолб, расположившись в служебном адмиральском шморовозе, чувствовал себя тревожно и потому немного нервничал. Он догадывался, зачем его вызвал император.
Рядом с лордом на кожаном диване сидел «по стойке смирно» начальник имперской военной разведки барон Филер, делавший вид, будто спокойно разглядывает мелькавшие в окнах дворцы центральной части столицы, которая называлась Шморой
Барон Филер носил звание бригадира и, будучи подчиненным лорда Надолба, молча соблюдал субординацию, не мешая своему начальнику спокойно мыслить. Он догадывался, зачем командующий приказал ему ехать вместе с ним на аудиенцию. Для этого не надо было иметь много ума или пользоваться агентурными данными. Было и так понятно, что лорд Надолб взял с собой главного военного разведчика для исполнения уготованной ему роли самого обычного козла отпущения. Поскольку об этом знали оба пассажира шморовоза, каждый из них молчал и думал о своем.
Нельзя сказать, что барон Филер был согласен с ожидающей его участью, но деваться ему было некуда. И вот почему.
Бригадир Филер был профессионалом высочайшего класса. Под его управлением военная разведка действовала самым эффективным образом. В любой точке пространства, окружавшего империю Шмордон, роились шпионы, которые информировали барона обо всем на свете. Но эта кипучая деятельность почему-то совсем не затрагивала ближайшего соседа, коим являлась небольшая звездная система, называвшаяся Джаппурией.
Какие бы тактические операции в отношении соседей не проводил Филер, они всегда заканчивались полным крахом. Шпионы либо не возвращались (с удовольствием перейдя на сторону противника), либо вылавливались властями Джаппурии и впоследствии выдавались лишь спустя несколько лет после отсидки в каторжных местах. По возвращению в Шмордон эти разоблаченные шпионы ничего ценного не могли сообщить, так как в период отбывания каторги видели только кайло и гранитные скалы, которые им приходилось долбить от рассвета до заката каждый день.
Если б это происходило только из-за упущений барона, то Филера бы уже давным-давно освободили от занимаемой должности и заставили бы в лучшем случае пилить зубами елки на лесоповале. Но ситуация с постоянно проваливавшейся агентурой существовала уже более двух сотен лет и не зависела от начальников, назначаемых на столь важный пост. Сколько б ни засылалось в Джаппурию шпионов и как бы хорошо они не готовились, исхода было только два – добровольная сдача в плен или провал!
Зная об этой двухвековой тенденции, барон Филер чувствовал себя в относительной безопасности, но все равно нервничал, так как император – совсем не командующий Звездным Флотом и потому «лапшу на уши» ему не повесишь. Слишком опасное для здоровья действие…
Лорд Надолб взглянул на Филера и поинтересовался с издевкой в голосе:
– Как вы думаете, барон, зачем нас вызвал император?
Бригадир, зная о том, что император вызвал лишь командующего, ответил сдержанно:
– Скорее всего, наш посол в Джаппурии облажался в очередной раз. Говорил я вам, господин адмирал, что не следует поддерживать кандидатуру этого торгаша на столь важный пост! Ведь посол автоматически является резидентом нашей разведки…
– Гм, – ответил лорд Надолб и отвернулся от барона к окну.