Шок тьмы
Шрифт:
— И что?
— Хотя бы сними с её пути погоню. Признай свою эту… власть над своей девушкой публично, пусть комиссии отзовёт своих ищеек!
— Я подам прошение, а Ристиль не явится на Совет. И что тогда?
— У людей, — язвительно сообщила фея солнечного света, — принято рисковать ради любви. Ты человека полюбил или кого? Уговоришь потом, сначала договорись с Советом.
— Как я могу ручаться за человека, которого не могу контролировать? — обиженно спросил демон.
— Если ты ей не доверяешь, как ты можешь говорить о любви? — парировала фея.
— Я
— А как иначе? — вздохнула фея.
Лдокл подвинул фее стул. Достав бумагу, перо и чернильницу, быстро набросал черновик прошения.
Соль одобрила текст и принялась составлять свой.
Склонившись над столом, она не видела, что демон мстительно и гневно уставился на камин. И как выражение злого раздумья сменилось неприкрытым торжеством. Демоны тьмы не умеют прощать и не отступают перед врагом. Особенно если этот враг — жалкая, тявкающая тварь.
Мысли Лдокла вернулись к девушке, ради которой стоило обставить свою месть как можно более… милосердно. Злоба сошла с красивого лица, сменившись нежностью.
«Любовь» — какое необычное слово для демона… Если бы не фея, он никогда бы его не произнёс вслух.
Он всё сделает как надо, всё пройдёт и всего добьётся.
Всего!
Не знаю, сколько времени прошло в запертых гостевых покоях. В них не было окон. Мы успели стащить туда всё необходимое, то есть мои вещи и бумаги, прежде чем разъярённый демон ринулся на поиски. Он думал, я сплю, но я чувствовала дыхание Тьмы, которая жадно обшаривала комнату, ища, за что зацепиться. Цепляться было не за что, в комнате светились все поверхности. Эта была моя идея, и собака не сразу смогла прочитать в моём разуме, что нужно делать. Но когда поняла… нет, мы еле успели закончить все приготовления. К сожалению, оказалось, что подсматривать за происходящим в кабинете собака не может. То ли все её силы уходили на свечение, то ли Лдокл закрыл камин.
Я ждала угроз, уговоров, нападения…
Ничего не было! Я, как полная идиотка сидела взаперти в горящей комнате, куда волшебным образом доставлялись еда, питьё и дрова. А демон и в ус себе не дул.
Тьма и бездна, и чего я добилась этим поступком?!
Я не знаю, сколько прошло времени, когда моя собака клацнула зубами, будто ловя муху, а потом выплюнула на ковёр запечатанный свиток.
Я не торопилась поднять загадочное послание, решив сначала узнать, в чём дело. С трудом поймала взгляд псины… в них плескалось пламя. Вот рука, по запястье прикрытая чёрной шёлковой тканью, на секунду замерла над огнём. Разжалась, выпуская свиток.
Холодный голос:
— Передай хозяйке.
Я сорвала печать. Буквы прыгали у меня перед глазами…
— Приглашаем… смертную… на Совет… для церемонии принятия… Форма одежды — парадная…
Там было что-то ещё, но мой взгляд сразу зацепился за главное. Какая церемония? Какое принятие? Не об этом ли говорил Лдокл, что подаст прошение?
Но ведь… ведь он же не
Мысли путались, а собака выплюнула следующую бумагу.
«Ристиль! Прости, я был неправ. Прекрати упрямиться, завтра утром — Совет. Не подведи, ты должна там быть со мной. Тебе позволят использовать нашу магию. Выходи из комнаты, поговорим».
— Бред какой-то.
Я подошла к камину, повела руками. То, что не получалось уже… много часов, получилось мгновенно. Я сразу увидела кабинет.
— Ристиль! — Лдокл вскочил на ноги и тут же снова опустился на пол перед камином, чтобы лучше видеть (прежде он наклонялся). — Ристиль, наконец-то!
— О чём ты хотел поговорить? — как могла холодно спросила я. В груди словно что-то оборвалось при виде демона. А потом стало светло и радостно, как никогда в жизни. Светло — при появлении демона Тьмы! Бред! — Что это? — Я потрясла обоими документами.
— Это? — небрежно спросил Лдокл. — Ты стала плохо видеть от непрерывного света? Я подал прошение Совету, оно принято. Тебе осталось только явиться туда — со мной, — продемонстрировав покорность и готовность подчиняться. Не волнуйся, — заметил он протестующее движение, — это и в самом деле только формальность.
— Ты… да ты…
Не знаю, в чём я собиралась обвинить демона, потому что он наклонился вперёд и проникновенно проговорил:
— Ристиль, пожалуйста! Не сердись, пойдём со мной! Тебя примет объединённый Совет демонов и фей — и больше тебе никогда не придётся прятаться! Ты будешь свободна, ты сможешь жить где хочешь, делать что хочешь — и никто не посмеет прийти за тобой, если ты сама не захочешь! Поверь мне, пожалуйста!
Я отшатнулась. Собака зарычала.
— Ты… ты уверен, в том, что говоришь? Зачем тебе это нужно? Не проще ли выманить меня из комнаты и больше ничего не делать? Я ведь… — Я нервно сглотнула, с трудом выдавливая из себя слова. — Я ведь не вернусь… Уйду жить своей жизнью.
Демон побледнел.
— Я готов рискнуть. Я не могу быть спокоен, если ты несчастна. Может, со временем…
— Нет! Никакого «со временем»! — вскрикнула я. Не знаю, что я хотела опровергнуть — возможность ли возвращения или ожидание…
Не отрывая взгляда от завораживающих чёрных глаз, я шагнула прямо вперёд. Торжествующе взревело пламя; победно зашипела Тьма. Собака заскулила у меня за спиной, а я…
Я перешагнула разделяющее нас расстояние, через два камина пройдя в кабинет.
По-моему, демон не ждал, что я чуть только на голову ему не свалюсь. Он еле успел вскочить при моём появлении, чтобы заключить меня в объятья.
Ни на одном лице я не видела столько любви и восторга, как у демона в этот момент.
Глава 41
Очень сложно сохранять хладнокровие, когда самый красивый в мире мужчина, обезумев от восторга, покрывает твоё лицо поцелуями.
Это философское открытие пришло мне в голову, наверное, на третьем часу бессодержательного разговора.