Схрон
Шрифт:
– Но и «хирурги» не являются его владельцами.
– Трансгресс слишком универсальная и мощная система, чтобы принадлежать какому-то одному Игроку, – продолжал Ивашура. – Она может служить либо всем одинаково, либо…
Все внимательно, с верой и ожиданием разглядывали внезапно замолчавшего Игоря Васильевича. Лишь Вероника смотрела на него иначе, понимающе, с какой-то буквально материнской нежностью и любовью.
– Договаривай, Игорь.
– Странно, что мы не подумали об этом раньше, – с удивительным даже для себя спокойствием продолжал Ивашура. – Любая игра предполагает соблюдение
– Судьи, – буркнул Полуянов.
– Вот им и принадлежит трансгресс!
– Браво, Игорь Васильевич! – раздался из коридора чей-то добродушный голос, и в зал вошел бровей Мимо собственной персоной – двухметровый гигант, похожий на закованного в латы рыцаря с накинутым на плечи плащом из металлических пластин. – Позвольте представиться: один из Судей, как только что изволил выразиться ваш приятель.
– Значит, вы не зря стали все чаще попадаться нам на глаза, – проговорил Жданов. – Мы нарушили какие-то правила Игры?
– Не вы, мой друг, не вы – Игроки.
– Тогда почему вы преследуете нас, вмешиваетесь именно в наши действия?
– Потому что судьям нужны исполнители их решений, а вы – вы лично и другие ваши «двойники», Павлы Ждановы изо всех Ветвей Древа, как показали события, уже достигли уровня исполнителей. Когда Игра заходит в тупик или начинает скатываться к бессмысленным гекатомбам, агрессивному несогласию с законами, прямому уничтожению соперника, в нее вмешиваемся мы.
– Но мы же… тоже игроки, только более низкого уровня…
– Это не помешает вашей миссии.
– И что от нас требуется?
– Да, в общем-то, ничего особенного. Каждому просто надлежит вернуться к прямому исполнению обязанностей. Игра, в которой вы приняли посильное участие не по вашей воле, закончена. Ну, или заканчивается. Вы можете возвращаться.
– Не верю, – твердо сказал Ивашура. – Мы намерены продолжить свой путь.
– Это ваше право. – Тон, с каким были сказаны (мысленно переданы, конечно) слова, был сродни пожиманию плеч. – Только нам будет искренне жаль, если вы погибнете. Придется искать новых исполнителей, а это в какой-то степени задержит нас. И куда же вы направляетесь, если не секрет?
– К «хронохирургам», – вставила Вероника, потому что мужчины молчали. – Спустимся по трансгрессу к «корням» Древа Времен и…
– А зачем спускаться? – опять «пожал плечами» бровей. – Трансгресс и есть Корень, то есть древнейшая корневая система Древа, используемая Судьями в качестве универсальной судейской системы контроля. Она же используется «хронохирургами» в качестве их временного пристанища, так что искать их не требуется. Заходите и контактируйте. Кстати, советую задуматься над тем, почему «хирурги», живущие в Корне Древа, оставили вас в живых. Прощайте, разбуженные слишком внезапно. И да поможет вам Воля Творца.
– Стойте, – угрюмо бросил Жданов. – Вы охотно шли нам навстречу, когда мы этого не просили, извольте ответить на пару вопросов.
– Я весь внимание.
– Почему трансгресс – временное пристанище для «хирургов»?
– Для ответа на этот вопрос необходимо разобраться, что такое время, на что нам не хватит… гм… гм… времени.
– А вы объясните попроще и покороче.
– Извольте.
– Понятно. Дальше.
– «Хронохирурги» – Игроки…
– Дальше, – бросил Белый.
– Спокойно, Гриша, – укоризненно глянул на него Ивашура.
– «Хронохирурги» всех видов, имеющие, кстати, разные названия в разных Ветвях: «стая», «рой», «грибница», «монарх», «муравьиная куча», «коммуна», «термитник», «файл» и так далее, – Игроки со стажем. Они участвовали до нынешней в сотнях других Игр, а в предпоследней ухитрились изобрести процесс, уничтоживший их собственную Ветвь. Объяснить этот процесс на человеческом языке или даже назвать его я не в состоянии. Скажу только одно: Корень Древа Времен, давший жизнь «хирургам», теперь «горит».
– Как это? – прошептала Вероника.
Бровей не ответил.
– Почему же вы вовремя не остановили Игроков? – спросил скептически настроенный Белый.
– Судьи тоже… э-э, материальные существа…
– У нас говорят – из плоти и крови.
– Нечто в этом роде. Так вот, мнения Судей разделились, и общая Воля не была поддержана. Когда же Игра зашла в тупик, процесс уже пошел.
– Кажется, в нашей земной истории у меня на родине было нечто подобное, – усмехнулся Ивашура. – Процесс пошел, да не в ту сторону.
– Я ответил на все ваши вопросы?
– Остался последний. – Павел подумал. – Нет, еще два. – Он еще немного помолчал. – Или три. Первый: где живут Те, Кто Следит за нами? Второй: как остановить Игру? Третий: каким образом я, если я на самом деле судебный исполнитель, как вы утверждаете, могу заставить Игрока соблюдать правила Игры?
– Те, Кто Следит, живут там же, где и «хронохирурги». Несмотря на всю сложность, трансгресс – кольцо. То есть он сложнейшая система, разумная сама по себе в силу своей сложности, но она же и замыкает Корни и Ветви Древа в измерениях, которым в земном языке нет названия. А вот над тем, как остановить Игру, – подумайте. В принципе вы можете это сделать и без нашей подсказки. Что касается исполнения, то людьми уже созданы атрибуты власти исполнителей, хотя они и назвали их иначе.
– Как же?
– Дриммеры! – хрипло произнес Полуянов.
– Вот именно, друг мой. Теперь я могу быть свободен?
Бровей посмотрел на ошеломленных десантников насмешливо-снисходительно (глаз его не было видно из-под «шлема», но чувства он внушал именно такие) и исчез так же тихо, как появился.
– Ни черта я что-то не соображаю! – сказал Белый, в сердцах сплюнул на пол. – Кто друг, кто враг… кто Игрок, кто Судья…
– А я, выходит, судебный исполнитель, – хладнокровно откликнулся Жданов. – То-то меня так опекали Те, Кто Следит. Хотели, чтобы я им подсудил.