Шторм на Ладоге
Шрифт:
На поле с топотом и сопением стали вбегать другие участники забега, красные и запыхавшиеся. На ходу выпутываясь из лямок и бросая рюкзаки в траву, парни валились, как подкошенные.
– Девчонки, пристрелите меня, я труп, - Стэнли Макдугалл плюхнулся между Кристель и Марджи, которые уже сидели, прислонившись к своим рюкзакам, и потягивали кока-колу из баночек.
– А на фига тогда пули тратить?
– шутливо толкнула его в грудь Марджи, - ты уж определись - то ли тебя пристрелить, то ли ты труп!
–
Стэн откупорил банку, одним глотком выдул половину ее содержимого и благодарно улыбнулся:
– Ты настоящий друг, кэп Пинкстон!
Трудно было представить менее похожих друг на друга женщин, чем 31-летние миловидные капитаны ВВС, пилоты бомбардировщика. И тем не менее, это были лучшие подруги. Они дружили с детства, вместе учились в летном колледже, начинали служить, налетали много миль и прошли три боевые кампании. Кристель не желала себе другого напарника. Марджи не представляла себе полетов с другим командиром. Железные Орлицы, так прозвали девушек, были настоящей легендой ВВС Среднеатлантического района.
Кристель была скорее похожа на кинозвезду, чем на пилота - высокая, изящная, светловолосая, с большими зелеными глазами. Но свои густые золотистые волосы она неизменно стягивала в тугой пучок, а на красивом лице - ни капли косметики, и не по-женски суровое выражение.
Марджи, круглолицая синеглазая шатенка, стриглась по-мужски коротко, прятала контуры фигуры под камуфляжем или широкими штанами и майками и вела себя, как парень; ее часто принимали за юношу. Девушка была очень мускулистой, легко могла вытолкнуть увязший в грязи джип или выжать 150-фунтовую штангу.
Кристель отличалась спокойным замкнутым характером. Марджи - прямолинейная, резкая, задиристая. Но это не мешало их дружбе. Они были идеальными напарницами. Казалось, что кроме штурвала, авиакарт и физподготовки для Орлиц ничего не существует...
*
– Уже знаешь, чем займешься в выходной?
– Марджи, склонившись над столом, собирала миниатюрную модель вертолета "Апач". Сейчас ей предстояло закрепить крошечный пропеллер. В гостиной их квартиры в офицерском корпусе уже стояло немало таких поделок; все больше военная техника. Еще больше моделей Марджи раздарила друзьям.
Кристель отложила простой карандаш и стала штриховать рисунок цветными карандашами прежде, чем ответить.
– Думаю, что знаю, - ответила она.
– А ты просидишь за столом над очередной моделью истребителя? Кстати, сегодня твоя очередь стирать пыль с коллекции того, что мы еще не раздарили.
– Завидуешь моему таланту моделиста?
– парировала Марджи.
– Что ты рисуешь?
– она отложила вертолет и с наслаждением потянулась, подойдя к подруге.
– Можно глянуть?
– Можно, - Кристель отошла.
– А я пока приготовлю кофе, чтобы успокоить твои нервы после того, что ты увидишь...
– Это тебе сейчас "скорая" понадобится!
– заорала
– Что это за рожа? И почему под ней стоит мое имя?!
– Проблемы со зрением, напарница?
– рассмеялась Кристель из кухни.
– Если ты уже себя не узнаешь, дело плохо!
– Сейчас ты себя не узнаешь!
– Марджи кинулась в атаку.
– Когда-нибудь я обижусь на твои шаржи.
– А это не шарж, - Кристель ловко ушла в сторону, - видела бы ты свою физиономию сегодня на последней миле!
– Не видела, - легко согласилась Марджи, - придется верить тебе на слово, - она не умела долго обижаться. Опершись на край стола, девушка перелистывала альбом.
– Кстати, портретист из тебя неважный. Мне больше нравятся твои пейзажи, я тебе об этом говорила?
– Всего сто раз после Рождества.
– И сто раз ты меня прослушала... Слушай, не показывай Стэну этот рисунок. Он расстроится от того, каким ты его видишь. Или ты рисовала Джонни Деппа?
– Марджи перевернула страничку.
– О, наконец-то удачный портрет!
– она рассматривала изображение мужчины средних лет на развороте.
Смутившись, Кристель хотела захлопнуть альбом, но тут из кухни донесся запах подгоревшего кофе. Девушка ахнула и бросилась обратно.
– Все серьезнее, чем я думала?
– покачала головой Марджи и закурила.
– Раньше у Кристель никогда не убегал кофе. И кажется, я поняла, какие у нее планы на выходной...
*
Звонок телефона раздался, когда Марджи вытиралась после душа. Завернувшись в полотенце и шлепая босыми ногами, девушка выбежала из ванной. Только один человек ухитрялся звонить ей в самый неподходящий момент. И она не ошиблась.
– Привет, Мэй, - бархатный голос Телмара безотказно действовал на всех женщин, кроме капитана Беркли, которая так же равнодушно относилась к внешней привлекательности обаятельного спортивного парня с лондонским акцентом, бывшего центра нападения сборной морпеха по американскому футболу.
– Откуда я вытащил тебя на сей раз?
– Из душа, - спокойно ответила Марджи. После 20 лет дружбы (пятый класс, летний лагерь, перевернувшаяся на порогах байдарка, воспитатель, забивший "косячок" перед походом) она спокойно относилась к мелким оплошностям Телмара. Парень, с которым они в 11 лет выбрались из такой опасной истории имел право на снисхождение. Да и потом, Телмар был ее вторым настоящим другом, после Кристель...
– Увидеть бы!
– зачмокал губами Телмар.
– Перетопчешься, - Марджи надежнее прикрыла полотенцем грудь, как будто парень и впрямь мог ее увидеть.
– Жестокая! Лишить человека последней надежды!
– заржал Телмар.
– Слушай, я тут кое-что придумал на выходные. Не хочешь впрыснуть в кровь адреналина? Что скажешь о полете на дельтапланах над рекой?
– Скажу, что это здорово, - Марджи оживилась в предвкушении увлекательного отдыха.
– Где и во сколько встречаемся?