Шторм-вор
Шрифт:
Он познакомился с ней давным-давно. Она была просто идеальной жертвой для уличного вора, и Турпан стал присматриваться к ней. Моа бродила по гетто, глядя на трущобы широко раскрытыми глазами. Она выглядела страшно потерянной и беспомощной, эта беспомощность была прямо-таки написана у нее на лице. Моа просто улыбнулась слепая удача, что Турпан встретился ей прежде, чем на нее обратил внимание кто-нибудь более жестокий. Он представился, она спросила дорогу куда-то, он уже забыл, куда именно. Турпан вызвался ее проводить. Ему хотелось понять, есть ли у нее что-нибудь стоящее или она просто еще одна бездомная и одинокая
К тому времени, как они добрались до места, Турпан знал о своей новой знакомой две вещи: во-первых, она еще беднее, чем он, и брать у нее нечего; во-вторых, она не проживет в гетто и дня, ей перережут горло или еще что похуже случится. Сам Турпан избегал насилия, но в окрестностях нашлось бы много таких, кто сначала убил бы девчонку, а потом стал шарить у нее по карманам.
Моа впала в отчаяние, обнаружив, что человек, которого она разыскивала, – ее дядя, как после узнал Турпан, – давно пропал, а его хижина сгорела. И хотя жизненный опыт давно отучил Турпана помогать людям, вор предложил девушке переночевать в своей берлоге, пока она не придумает, что делать дальше. Она согласилась, хотя и побаивалась нового знакомого.
С тех пор Моа так и жила у него, и он не гнал ее. Он познакомил ее с Аньей-Джаканой, атаманшей воров, и Моа с Турпаном стали напарниками. Их пара была одной из самых успешных воровских артелей в гетто. Этим они зарабатывали на жизнь…
Они нашли лестницу, ведущую с галереи вниз, и спустились по ней. Турпан осмотрел комнату в поисках ловушек: силков в виде паутины из проволоки, взведенных арбалетов, метательных кинжалов, которые устремятся в полет, если задеть что-нибудь, и тому подобного. Специальностью Турпана было разряжать и обходить такие механизмы. Моцги не отличаются умом, и все же осторожность никогда не помешает.
Он ничего не заметил, однако приказал Моа ждать на лестнице, так, на всякий случай. Юноша двинулся к отвратительному обелиску из костей, ступая легко, остерегаясь вделанных в пол пластин, реагирующих на давление. В иных обстоятельствах Турпан полз бы на четвереньках, нащупывая такие пластины, но он не верил, что моцги достаточно хитроумны, чтобы прибегнуть к подобным трюкам. Кроме того, у него все равно не было на это времени. Ему хотелось убраться отсюда как можно скорее.
Турпан без приключений добрался до бронзовой шкатулки и осмотрел ее на предмет скрытых подвохов. Ничего.
«Все слишком просто, – подумал он. – Она даже не заперта».
Он открыл шкатулку и заглянул внутрь.
Там оказались в основном батарейки – крохотные цилиндры, светящиеся желто-зеленым светом. Некоторые из них немного потускнели, но все равно стоили хороших денег. На батарейки всегда есть спрос. Еще в шкатулке лежало несколько связок платиновых пластин и три бархатных мешочка с разнообразными монетами – по большей части монеты представляли собой треугольнички из отполированного камня различных цветов. Тут же лежала какая-то мелочевка, незнакомые запчасти к механизмам – и некая загадочная штуковина.
Вещица сразу же бросилась Турпану в глаза. Остальное было своеобразной валютой, имеющей хождение в Орокосе, а тут было нечто совсем другое. Турпан с первого взгляда понял, что это технология Функционального века, но все остальное оставалось тайной. Вещица представляла собой янтарный диск
– Все в порядке? – громким шепотом спросила Моа с другого конца комнаты.
Она видела по его глазам, что он колеблется.
Турпан кивнул и начал перекладывать в свою сумку содержимое шкатулки, но мысли его были заняты другим. В его голове вихрем проносились различные предположения. «Это плод науки Угасших. Настоящий, подлинный артефакт Функционального века. Он должен стоить целое состояние», – думал он.
Никогда прежде ему не попадалось ничего подобного. Даже моцги, скорее всего, не имеют представления о том, что это за штука и для чего она. Но самый главный вопрос совсем в другом: знает ли о ней Анья-Джакана?
Атаманша воров поручила это дело Турпану и Моа. Когда они вернутся, она, как всегда, отберет для себя часть сокровищ, оставив исполнителям оговоренную долю. Таков обычай. Если она увидит эту вещь, то сразу отнимет.
Но ведь не факт, что Анья-Джакана знает о ее существовании. Атаманша не может знать наперечет содержимое каждого сейфа и каждого сундука в Орокосе. Есть шанс, что до нее просто дошли слухи о том, где моцги прячут свою добычу. Не более того.
Турпан уже опустошил шкатулку, только изделие Угасших осталось одиноко лежать на дне. Несколько мгновений Турпан колебался, разглядывая его. «Стоит ли так рисковать?» – спросил он себя. Потом схватил загадочный предмет, сунул в карман и отошел от шкатулки.
Он услышал щелчок пластины под ногой за мгновение до того, как раздался сигнал тревоги.
Это была примитивная система – по сути дела, всего лишь немного переделанный часовой механизм. Но оглушительный звон, который поднялся, мог разбудить и мертвого. Моа испуганно взвизгнула.
Турпан поймал ее взгляд.
– Бежим, – сказал он.
И они побежали.
1. 4
В туннеле эхом отдавался звук падающих капель и журчание струек ржавой дождевой воды, стекающих с потолка в мелкий, грязный поток. Пол был завален щебнем и обломками старых балок, а также паукообразными механизмами, остовами и обломками машин Функционального века. Сам туннель был реликтом того времени: его стены были сделаны из какого-то гладкого темного металла, который невозможно поцарапать, а вдоль него шли огромные ребра. Но бессчетные дни и ночи сделали свое дело, и туннель в конце концов покоробился и просел. Ничто не может существовать вечно. Особенно в Орокосе.
Сначала была тишина, если не считать звуков, издаваемых водой. Затем раздался резкий топот бегущих ног. Он приближался.
Решетка высоко наверху с одной стороны туннеля со скрипом открылась, и в нее проскользнул сначала Турпан, потом Моа. Решетка с визгом закрылась за девушкой, воры прыгнули вниз и с плеском приземлились в воду. Турпан схватил напарницу за руку и потащил за собой. Они побежали дальше.
Они неслись, лавируя между грудами битого камня и покореженного металла, подныривая под просевшие потолочные балки. Вскоре они достигли места, где туннель раздваивался. Турпан остановился, выбирая.