Штрафники
Шрифт:
Как же не понять ярости гебистов при таком напоминании?! Как и что кричали они на Лошака, если он сам, лично (его предшественники никогда до этого не опускались!), распорядился изгнать всех читателей, подумать только! ПОСМЕВШИХ ...
А Анастасия давно смеет. Как и ее отчаянный знакомый, долго выступавший под ником "СМЕРТЬ ГБ. Люстрация."
Что же Лошак? Жертва произвола власти ГБ, заслуживающая снисхождения?
"Времена меняются, - отвечает на это Иван Ломко, - и удобная сейчас "либеральная" позиция Лошака не останется незамеченной...."
Не
Двуликие Янусы, продолжает и Архагельский, и другие читатели, всегда опаснее всего для демократии: они как бы единомышленники, а на самом деле провокаторы...
Протест против бесчинств ГБ звучит ныне не только в МН, а повсеместно. Только что в "Новой газете" вышла статья известного Депутата российской Думы Юрия Щекочихина, название которой, без преувеличения, не столько вопрос, сколько наш всеобщий протест - "Мы - Россия или КГБ СССР?"
ПРИЛОЖЕНИЕ
Как уже известно читателю, 26 января 1972 года ЦК КПСС приняло секретное Постановление о выдворении писателя Григория Свирского, заикнувшегося о свободе слова, за пределы Советского Союза.
В изгнании автор написал и опубликовал 10 романов и повестей, переведенных на главные европейские языки.
Они были переизданы в Москве лишь через 20 лет. В Союзе писателей Москвы летом 2000 года состоялся вечер, названный "Возращение Григория Свирского".
Из выступления на этом вечере писателя и философа Юрия Карякина:
"Один из самых сильных ударов по цепям, которым было сковано наше сознание, нанес Григорий Свирский. Он первым освободил нас от страха. После его смелого выступления в Союзе писателей - в присутствии секретаря ЦК КПСС Петра Демичева - мы вдруг поняли: можно! Не убьют."
КНИГИ ГРИГОРИЯ СВИРСКОГО
"ЗАЛОЖНИКИ", автобиографический роман-документ. Впервые опубликован старейшим эмигрантским издательством "Имка-пресс" в Париже. (1974) . Переведенный затем на главные европейские языки и иврит, вызвал "паводок" (сотни и сотни) рецензий и, тем самым, стал, по сути, духовным завершением "Парижского процесса" 1973 г.
– об античеловеческой советской политике стравливания народов и наций, которая и привела, в конечном счете, к распаду СССР.
Приложение: Документы Верховного Парижского Трибунала (1973 г.).
В тексте:
Космополитический погром в Московском Государственном Университете.
Дискриминация населения по национальным и социальным признакам.
Поединок с государственной "черной десяткой". Гитлер, Сталин и семья писателя Григория Свирского.
Штрафник Александр Ильич Скнарев - один из самых лучших людей "стратегического" аэродрома Ваенга. Он стал затем главным героем фильма по сценарию Григория Свирского "Места тут тихие", выпущенного киностудией "Мосфильм" (1967 г.)
Через 20 лет "ЗАЛОЖНИКИ",
Писательское издательство "Пик", 1992. Изд. "Крук". 1996. (В трилогии "ВЕТКА ПАЛЕСТИНЫ, еврейская трагедия с русским акцентом") .
"НА ЛОБНОМ МЕСТЕ. Литература нравственного сопротивления 1946-86 г.г." Первоиздание Лондон, "Overses Publishers", 1979.
"На Лобном месте" стало настольной книгой во всех университетах Европы и Америки, интересующихся судьбой России.
"КРУК", Москва, 1998.
"ПОЛЯРНАЯ ТРАГЕДИЯ", рассказы и повесть "ЗАДНЯЯ ЗЕМЛЯ" - о жертвах и палачах Заполярья, оставшихся в тех же местах, где ранее трудились "для Родины" или сидели за оградой из колючей проволоки. Франкфурт-М, "Посев", 1976. Москва, "Крук", 2000.
"ПРОРЫВ", роман.
– "Эрмитаж", Нью-Йорк, США, 1983; Иерусалим 1994, Москва, "Фабула", 1992. "Крук", 1998. (В составе трилогии "Ветка Палестины".)
История "еврейского прорыва" - прорыва еврейской, а следом и русской репрессированной Сталиным интеллигенции из СССР. Первопроходцы - семья Гуров, отец - еврейский поэт Иосиф Гур, его жена и сын Дов - бывшие узники Воркуты. Первые встречи в Израиле с "мамой Голдой", Бен Гурионом и их несменяемым аппаратом. Еврейское ли государство Израиль?
"ПРОЩАНИЕ С РОССИЕЙ", повесть, "Эрмитаж", Нью-Йорк, США, 1986. Москва, "Крук", 2000.
Старшина военной школы Цыбулька - страх Божий, он же отец родной... Два миллиона двести тысяч (по последним данным) загубленных безо всякой нужды советских солдат-"подснежников" под злосчастным Ржевом. "Пиквикский Клуб" в трех километрах от "передка", в самолетном ящике.
Поиск караванов союзников, идущих в сгоревший Мурманск, и бомбежка "тяжелой воды", спрятанной гитлеровцами в норвежских скалах.
Прощание с друзьями-летчиками Заполярья и инженером 601 полка "русс-фанер", которые спасали автора на войне. Последняя встреча с ними, в глубинной, отчаянно бедной России.
"МАТЬ И МАЧЕХА", рассказы, - "ЭРУДИТ", Торонто, Канада, 1990. Записки стариков-ветеранов войны, покинувших Россию.
Москва. "Крук", 2000. (В книге "На островах имени Джорджа Вашингтона".)
"ЗАПРЕЩЕННЫЙ РОМАН" - "ЭРУДИТ", Торонто, Канада, 1990 - о космополитическом погроме в МГУ сталинских лет. Остановлен советской цензурой и изъят у автора в 1968 году.
"Крук". 2000. (В книге "Полярная трагедия").
"АНДРЕЙКА", документальная повесть. Журнал московских писателей "КОЛЬЦО "А", июль 1998. О мальчике в 15 лет, которого отец и мачеха привезли в Канаду и "забыли" в Торонтском аэропорту.
"ВЕТКА ПАЛЕСТИНЫ, еврейская трагедия с русским акцентом". Трилогия. (Романы "ЗАЛОЖНИКИ", "ПРОРЫВ", "БЕГСТВО"), Иерусалим, 1994; Москва, "КРУК", 1995-1996.
"НА ОСТРОВАХ ДЖОРДЖА ВАШИНГТОНА", маленькая повесть.
– "Слово-Ворд", Нью-Йорк, 1998. Москва. "Крук", 2000. О буднях американского и канадского Университетов, в которых автор читал лекции о русской литературе, о схватках с западными советологами.