Штрафники
Шрифт:
Кабаров: - Карту!
Братнов быстро расстелил возле него карту и возбужденно: - Понимаешь, какая штука! Нас обстреляли тут... Как она могла здесь очутиться. Радиус "Малютки" известен... Она не могла добраться сюда ни из Тронхейма, ни из Нарвика, даже из Киркенеса не могла...
– Он взглянул на Кабарова.
Кабаров: -Да-да!.. Значит...
– Возможны варианты. Первый- немцы устроили тайную базу подлодок в нашем тылу. Где-то на Новой земле или еще где-то...
– Это невозможно, Александр
– Но как лодки оказались аж на траверзе Енисея, взорвав там транспорт со станками для Норильска?
– Ты эту мысль придержи при себе, Александр Ильич... Ты под ударом.... У командующего мнение, ночные "Юнкерсы" мины набросали... На минах наш главсевморпуть и подрывается. А твоя идея?! Заплюют, Александр Ильич... Репертуар отработан: "Распространение панических слухов." А то и "изменнические настроения. ..."
– Ты, Иван, что, нашу тюремную грамоту постиг? Ты вроде за решетами не бывал.
– У тебя, Александр Ильич, грамота тюремная... А у меня академическая. Четыре года Военно-Воздушной Академии имени Жуковского. Один мой дружок неосторожно высказался... И сгорел!.. Второго - отбили, но со строгачем..
– И резко, отстраняясь от опасного бражновского варианта жестом: - Второй вариант?
– Есть и второй, Иван.
– спокойно продолжал Братнов. Куда-то сюда, в Баренцево море, пришла немецкая плавбаза.
– Так сказать, матка подводных лодок... Клушка... От нее эти и бегают, лодчонки...
Снова стук в дверь. Дернулся крючок.
– А, опять!..
– с досадой произнес Кабаров. И, услышав за дверью голос Фисюка: - Ну открой!..
Ввалился запыхавшийся Фисюк. Из-за его плеча выглядывал врач. Кабаров молча показал Фисюку на табуретку: мол, подожди, и Братнову: - Второй вариант реальнее..
Фисюк, присевший на край табурета, смотрел то на Кабарова, то на Братнова, пытаясь понять, о чем это они, запершись?
...В штабной землянке - летчики. Возбужденные, они толпятся у карты. Фисюк с указкой.
Гонтарь: ...Ну, это-то понятно, товарищ полковник. Плавбаза. Мне одно неясно...
– И к Братнову: - А почему вы считаете, что она, скорее всего, у Новой Земли?.. В глубоком тылу у нас...
Фисюк (не дав Братнову и рта раскрыть, горячо): - В этом весь и фикус! "Матку" выгодно поставить именно здесь, у Новой Земли, - сразу и против английских караванов и против нашего Северного морского пути. Одним выстрелом двух зайцев... Они с Кабаровым, - он кивнул в сторону Братнова, ночью разыграли целую операцию. За гросс-адмирала Деница. Правильно разыграли...
Подбежал посыльный, протянул какие-то бумаги.
– Ага, готово...
– Фисюк быстро просмотрел бумаги, пытаясь скрыть возбуждение участника непривычного ему огромного дела.. Фисюк, ставя подпись, Братнову: - Вот ситуация... Такое придумали с командиром,
Двинулся к Кабарову, летчики за ним. Фисюк передает бумагу Кабарову. Кабаров в нерешительности.
Фисюк: - Выше головы не прыгнешь, Иван, подписывай за двоих... Кабаров, помедлив, подписывает.
Фисюк: - Да, ребята, это меняет все. Нам предлагают бить яички по одному. А надо найти и взорвать инкубатор. А? Просто, как репа!.. Кабаров взглянул на Фисюка с ухмылкой.
Гонтарь наклонился над Кабаровым:
– Грандиозный ты мужик, командир. Профессор!
Кабаров кивнул в сторину Братнова, и как бы вскользь: - Профессор не я. Он профессор...
Фисюк положил бумагу в конверт. Лизнув конверт, заклеил и отдал его лейтенанту, подготовленному в дорогу:
– Командующему. Лично... Идите!
– И проводив взглядом лейтенанта: Ну, все командир. Ты... что мог, сделал. И даже больше... Теперь лечиться. ... Завтра же поедешь.
Кабаров (приподняв голову): - Об этом уже была речь, товарищ полковник.
– Ну, подожди, Иван... Мы ж договорились. Как план отправим...
Кабаров (резко): - Я остаюсь! Все! Начать подготовку к полету! Значит, о Братнове, как договорились...
– И к Братнову: - Ну, Александр Ильич, чтоб сегодня вам с Гонтарем больше повезло, чем со мной.
...У посадочной полосы нетерпеливо поглядывает на небо лейтенант с пакетом. Тарахтящий звук самолета...
Связной самолетик остановился, не выключая мотора. Из него выскочил какой-то человек в реглане. Его место занял лейтенант с пакетом.
От винта взвихрились пыль, мелкие камушки, сухая трава. Самолет тут же пошел на взлет.
У прибывшего сорвало фуражку, закружило по земле. Он бросился за ней, закрываясь рукой от секущих лицо камушков и пригибаясь.
На него не обратили внимания: летчики, вышедшие из землянки, они глядели вслед улетавшему самолету...
– Ну, все!
– удовлетворенно сказал Фисюк.
– Как говорится, нет худа без добра... Это уж точно...
По аэродрому, отдуваясь, бежал перепачканный старшина. Запыхавшись, вытянулся перед Фисюком и, покосившись на летчиков, незаметно протянул ему отвертку. И полушепотом:
– Исключительно разгильдяй, товарищ полковник!..
– Что?
– Фисюк машинально взял отвертку. На ней было вырезано ножом: "Т. Морозов".
– Фу, черт!
– Фисюк помолчал и неожиданно громко, улыбнувшись: - Ведь что на себя взял парень! А?
– и Цибульке: - Вот ты бы открылся в таком , случись? Я бы ни в жизнь!..
Гонтарь (глядя на отвертку): -Что такое?
Фисюк (усмехнувшись): - Секрет!..
– И строго Цибульке:- Дай два наряда этому "Т. Морозову". Лопуху... Хотя нет. Сам взгрею, своей властью...