Штурм “Импресс”

Эхерн Джерри

— Спасибо.

— Петр, ты останешься и продолжишь прослушивание. Мы с Анной пойдем поговорить с мистером Стаковски.

— Он во втором вагоне. Но не забывайте, товарищ майор, в первом албанцы.

Вольс кивнул и направился к выходу. Он первым вышел в коридор, придержал дверь, пропуская Анну, и прикрыл ее за собой. Проходя мимо, оглянулся на дверь купе так называемого швейцарского бизнесмена, оттянул свитер, чтобы надежно укрыть находящийся под ним “Вальтер П-5”. Пройдя через соседний вагон, они оказались в следующем. Вместо купе там были только сиденья. Большинство немногочисленных пассажиров спокойно дремало.

Анна направилась дальше.

— Это второй вагон, Эфраим, — сказала она, остановившись на площадке между вагонами. Вольс вздрогнул от пронизывающего порыва ветра, почти завидуя Анне в ее нелепом пальто.

— Войдешь первая. Проходи мимо него и садись. Я зайду вслед за тобой.

— Будь осторожен. Скорее всего, он вооружен.

— Я всегда осторожен. Но он всего лишь сборщик информации, а не полевой агент. Пора.

Анна исчезла внутри вагона. Эфраим Вольс обхватил себя руками, пытаясь согреться. Потом посмотрел на часы. До остановки в Дураццо оставалось меньше часа. Он испытывал искушения узнать все, что возможно, от Стаковски, а затем проследить за его посыльным, выбирая подходящие место и время, чтобы вернуть украденный вирус. Людей для подобной задачи у него было вполне достаточно.

— К черту, — бросил он по-английски, устав от ожидания на ветру, и, толкнув дверь, шагнул внутрь в почти удушливую теплоту вагона.

Стаковски сидел в одиночестве, не снимая плаща и опустив обе руки в карманы.

Анна выбрала место рядом с какой-то старухой и, судя по движениям губ, оживленно с ней болтала. Василия нигде не было видно, но по логике ему следовало находиться в противоположном конце вагона. Снаружи. Бедняга.

Вольс решил прибегнуть к мягкому убеждению. Не опуская рук в карманы, он прошел по коридору и остановился перед Стаковски. Американец сидел, не отрывая глаз от пола. Вольс улыбнулся и произнес:

— Дэвид! Подумать только!

Стаковски посмотрел на него снизу вверх.

— Вольс...

— Мы встречались всего несколько раз. Вот уж не думал, что вы меня помните. Можно к вам присоединиться? Я еду с друзьями. — Он сел напротив Стаковски и, пошарив в кармане брюк, извлек сигареты и зажигалку.

Американец не сводил с него испуганных глаз.

— У меня этого нет.

Вольс выдохнул дым и еще раз улыбнулся.

— С вашей стороны было не слишком разумно упоминать об этом. Что если я по чистой случайности оказался с друзьями в этом поезде и понятия не имею о маленькой ампуле, которую вы получили от Врончека? Согласитесь, шпион из Вилтона получился никудышный. Но нахальства ему хватало. Что и позволило вам получить определенный перевес. А теперь послушайте меня, Дэвид. Вы расскажите мне все, что вам известно, о швейцарском бизнесмене, которому вы передали эту штуковину, а я не далее чем через час позволю вам сойти с поезда. Большего я вам обещать не могу. Я и так рискую нажить себе неприятности. Но чего не сделаешь ради старого знакомого.

— Идите к черту! — отозвался Стаковски дрожащим голосом.

— Завидую вашему мужеству! Но, между нами говоря, я далеко не такой атеист, каким мне следовало бы быть. Я верю в Бога, в рай, а в силу своей работы надеюсь, что чертей и ада, который они населяют, все же не существует. Хотя сознательно рискую попасть в него после смерти. Но перед вами, Дэвид, вопрос стоит несколько по-другому. Готовы ли вы пережить ад еще до

смерти? Потому что мы в состоянии его вам обеспечить. Я не имею в виду себя лично, поскольку не занимаюсь выколачиванием информации. Но, поверьте, некоторые из моих сотрудников склонны весьма грубо обращаться с несговорчивыми противниками. Рассказывайте и считайте, что отсчет вашего часа начался. А если вас все-таки поймают, я постараюсь нажать на нужные рычаги, чтобы вас как можно скорее на кого-нибудь поменяли. Наши простофили то и дело попадаются в ваших краях. Что скажете?

Стаковски молчал.

Вольс рассмеялся.

— Проклятие! С вами трудно договориться. Ладно! Вы победили! — Он оставил сигарету во рту и протянул Стаковски обе руки.

— Что?

— Я подскажу вам, где найти судно — этим вечером. Или, в крайнем случае, утром. Оно доставит вас в Сан-Марино, куда вы с самого начала и направлялись. Но уж вы пообещайте никому не рассказывать о моей сговорчивости. Не то плакала моя надбавка за риск! — И он еще раз рассмеялся. Стаковски неуверенно улыбнулся. — Итак, Дэвид?

— Что вы сделаете с Алиярдом?

— Его фамилия Алиярд?

— Томас Алиярд.

— Что ж, мы, разумеется, постараемся раздуть эту историю, но его уже в ближайшее время на кого-нибудь поменяют. Вместо вас. Так мы с вами договорились?

Дэвид Стаковски растерянно посмотрел на него.

— Вы и в самом деле мне это обещаете?

— Совершенно определенно. Более того. В этом поезде едут люди из албанской тайной полиции. Поверьте, я мог бы порассказать вам немало ужасов о их некомпетентности. В отличие от них, мы с вами все здравомыслящие люди. Вы, я, этот парень — Томас Алиярд?

— Да.

— ЦРУ?

— Да.

— Хм. Понимаете, — произнес Вольс, переходя на доверительный шепот и слегка наклоняясь вперед, — мои люди будут обращаться с этой ампулой в высшей степени осторожно. Так же, как и ваши обращались бы на их месте. Насколько мне известно, это весьма скверная штуковина. Страшно подумать, что с ней могут учинить эти албанские остолопы. Им ничего не стоит откупорить ампулу и истребить всех находящихся в этом поезде, а заодно и на несколько миль вокруг. Уфф, — Вольс совершенно искренне вздрогнул.

— Что вы хотите узнать?

— Молодчина. — Вольс кивнул. — Стало быть, договорились. — Он решил для начала спросить о чем-нибудь простом и легко поддающемся проверке. — Под каким именем едет этот самый Алиярд?

— Томас Рейнольдс. Швейцарец, как я уже говорил.

— И что он из себя представляет? Я имею в виду, насколько сговорчивым он может оказаться? Он вооружен?

Лицо Стаковски осунулось.

— Я дал ему оружие. То, которое подобрал у Ворончека вместе с ампулой. Вообще я терпеть не могу оружия. Но тогда был слишком напуган.

— Нисколько вас не виню. Так что с этим оружием?

— Я отдал его Алиярду. Он не хотел брать, но я его уговорил.

— Что за оружие?

— Не знаю. Какой-то автоматический пистолет.

— Хорошо. Как он намерен покинуть страну?

— Мне он сказал дождаться, пока все утихнет, прежде чем пытаться пересечь границу. — Вольс не стал задавать наводящих вопросов, позволяя Стаковски выговориться. — Он не вдавался в подробности, но, уверен, кто-то переправит его через Адриатику.

— Вполне вероятно. Он не называл никаких имен? Чего-либо более определенного?