Шулер

Андрижески Дж. С.

Я чувствовала тошноту, головокружение, не зная точно, на какой стороне я жила.

Все становится яснее, когда образы вокруг меня мелькают в негативе... затем всюду Пирамида, абсолютно всюду вокруг нас. Её серебристые нити сияют как яркие тросы в облаках розового света. Тусклое серебро смешивается со светами людей, которых я вижу вокруг нас на сонной улице Вашингтона.

Красные глаза окружают меня, тела, сотканные из сетки.

Смех привлекает моё внимание выше.

Под Пирамидой парит лицо, и я узнаю в нем призрачную версию мужчины из закусочной. Его красивое лицо

искажается ветром Барьера, изменяется серебристым светом. В этих вспышках света присутствует симметрия, словно фильм транслируется в проекторе. Смещающиеся ячейки Пирамиды разделяются и перестраиваются, двигаясь на скользящих рельсах.

Это напоминает мне павильон кривых зеркал на карнавале; меня тошнит от движения. Сокрушительный вес серебристого света душит меня.

«Я вижу тебя! Хорошенькая птичка! Ты знаешь, кто несёт тебя на таких быстрых крылышках?»

Мою грудь сдавливает.

Моя мать зовёт меня её птичкой. Она звала меня так с самого детства.

Я вновь чувствую Ревика, его руки вокруг меня, ровный стук в его груди. Никто и никогда не ощущался столь похоже на меня саму.

Раздаётся смех Териана. «Я мог бы рассказать тебе такие истории о твоём новом друге! Знаешь, что ему нравилось делать забавы ради?»

Образы начинают сливаться воедино, в фильм, который начинается, как только я сосредотачиваюсь прямо на нем. Эти образы затягивают меня, и вот я уже не могу не смотреть. Я чувствую там Ревика, и я знаю, что часть моей увлечённости исходит от него. Он и Териан стоят в комнате без окон, похожей на камеру.

На полу распростёрлась молодая девушка со светлыми волосами, нечеловеческими золотыми глазами и красивым лицом. И Ревик наблюдает за ней, его глаза смотрят жёстко, расчётливо.

Там присутствует хищник, но здесь он живёт в серебристом свете...

Сотрясающий контакт пришёлся мне по голове и отбросил её назад.

Я ахнула, застонав, когда боль вернула материальный мир обратно в фокус.

На меня смотрело вспотевшее лицо Ревика. Его глаза все ещё походили на стеклянные осколки, но серебристый свет исчез. Хищник тоже исчез. Вместо этого там жил страх, слабый, но видимый. Внезапно до меня дошло, где мы. Он грубо посадил меня на капот GTX.

Моя спина ударилась о выступающую вентиляцию, и это привело меня в чувство. Удар был таким сильным, что я невольно задалась вопросом, сделал ли он это нарочно.

В любом случае, боль выдернула меня из разума Териана.

Я попыталась сесть, пока Ревик прошёл к задней части машины, ключами открыл багажник и достал чёрную спортивную сумку с чем-то тяжёлым. Он сунул руку в окно с водительской стороны, чтобы отпереть дверцу.

– Элли!
– сказал он, распахнув дверцу.
– Сейчас же.

Я скатилась с капота к пассажирской стороне, пока он наклонялся и изнутри открывал мою дверцу. К тому времени, когда я забралась в салон, он уже открывал чёрную нейлоновую сумку. До меня дошло, что строй машин за нами снова начал сигналить.

Я смотрела, как Ревик запихивает ключ в замок зажигания, держа пистолет у руля.

– Пристегнись!
– сказал

он.

Я неуклюже завозилась с ремнём, когда двигатель GTX взревел, ожидая.

Я не могла нормально справиться с ремнём безопасности в наручниках. Ревик тронул машину с места. Затем мотор машины заглушил голос. Мне потребовалась секунда, чтобы осознать, что он реален. Это не его голос, и не что-то изнутри Барьера.

– Что, во имя сисек Мэри...

Резко повернув голову, я забыла про ремень безопасности и пригнулась, глядя мимо Ревика в окно с водительской стороны. Там стояли два копа. Позади них виднелась черно-белая полицейская машина, криво остановившаяся на склоне рядом с грузовиком рыбака.

Говоривший коп смотрел на пистолет в руке Ревика.

– Яйца у тебя стальные, приятель, - сказал второй коп, доставая оружие из кобуры. Он поднял пистолет, наведя его на лицо Ревика.
– Выбрось его в окно. Очень медленно.

– Спать, - приказал Ревик.
– Сейчас же.

Оба копа свалились на склон, не издав ни звука.

Я резко втянула воздух, шокированная абсолютным безразличием его действия.

Однако у меня не было времени думать об этом. В зеркале заднего вида я увидела движение возле рыбацкого грузовика. Я повернула голову как раз тогда, когда появился ещё один полицейский.

Мой голос вырвался из моего горла.

– Ревик!
– заверещала я.

Третий коп вытащил оружие. Я увидела, как карие глаза сверкнули серебристым перед тем, как он поднял пистолет.

– Видящий!
– завопила я.

– Я знаю, - прорычал Ревик.

Его рука грубо сжала мой затылок, заставляя меня нагнуться к сиденью, ниже окон. В то же мгновение он убрал ногу с тормоза, и машина ринулась вперёд, когда коп выпустил первую пулю.

Звук выстрела, казалось, донёсся с опозданием - через секунду после тихого звякающего звука, с которым пуля пробила заднее стекло со стороны водителя. Я повернула голову, уставившись на дырку в обивке, пока Ревик не толкнул меня ещё ниже на сиденье.

Я скорчилась на коврике, когда услышала, как двигатель GTX с рёвом оживает.

Ревик переключил машину на задний ход, врезавшись в грузовик позади нас. Прицелившись из пистолета, он выстрелил в копа номер три. Звук выстрела заполнил машину, заставив меня вздрогнуть, когда он взорвался над моей головой. Со второго выстрела он попал копу в грудь, отбросив его назад на полицейскую машину так, что рука и плечо мужчины разбили окно с пассажирской стороны.

Появился напарник копа, отчаянно стреляя.

На улице ниже раздались крики.

Я выглянула из-за края окна, глядя, как люди с широко раскрытыми глазами бегут в страхе, и на мгновение я увидела их глазами Ревика, точно стаю птиц, бросившихся врассыпную. Ревик перевёл пистолет на четвёртого копа, едва-едва не попав ему в голову.

Я почувствовала, как он уходит глубже в Барьер, и в этот раз я то ли была слишком близко к нему своим разумом, то ли нечто иное утянуло меня следом за ним.

***

Ревик слышит смех Териана прежде, чем он определяет его среди светящихся тел.