Шутник
Шрифт:
Тема сделал шаг по направлению к Седому и угрожающе зашевелил густыми бровями под низким лбом. Бык на его пузе осклабился.
— Суки! — прошипел Севка в пространство, поднялся и медленно пошел к выходу.
— Я вам, Всеволод Николаевич, рекомендую встретиться с моим клиентом. Не помешает договориться, как вы будете снимать свою кандидатуру в его пользу.
Слова Кеши стали последним ударом по самообладанию несостоявшегося депутата.
Он пригнулся, сжал кулаки и прыгнул…
Но прыгнул не на Швебельмана, а к Владу, понимая, что именно ему обязан внезапным крушением своих планов. Поэтому вложил в удар всю ненависть и страх, копившиеся в нем последние два дня.
Все это Влад прочитал в безумном взгляде, несущегося на него бульдозера. По венам прошла волна адреналина, разгоняя тактовую частоту организма. Время стало вязким, словно горячая карамель. И в этой тягучей жиже медленно двигался разъяренный Седой. Вот он не спеша отвел локоть назад, размахнулся и направил свой розовый кулак в лицо бывшему однокласснику. Влад вскрыл сундук памяти, где хранились юношеские уроки самообороны. Нужно уклониться от удара, повернуть корпус на девяносто градусов и экономно-эффектным движение поставить согнутый локоть на пути физиономии противника. Наблюдая за неторопливым движением Севки, Влад взвесил все за и против этого плана, подумал и отодвинул его в сторону. Красивый прием показался ему незаслуженной честью для неудавшегося политика, поэтому он встретил губернаторского зятя увесистым пинком в пах.
Седой отлетел назад, в гостеприимные объятья Темы, согнулся, открыл рот, выпучил глаза и стал до смешного похож на огромную красную рыбину, выброшенную на горячие камни.
— Прости, брат, недоглядел! — Тема виновато посмотрел на Влада и выволок Севку из комнаты.
— Я с ним! — бросил Рома, направляясь следом. — Пойду, пацанов отцеплю. Замерзли, небось, совсем.
— А знаешь, Влад, — сказал Кеша в наступившей тишине, — Ты за последнее время сильно изменился. Что-то мне это не нравится. Не дай бог начнешь надбавку за героизм требовать! Не дам!
Только сейчас Влад заметил: Алиса, все время сидевшая перед своим врагом с гордо поднятой головой, теперь согнулась пополам. Ее волосы, тяжелым пологом опустились на на ноги и носы лодочек. Рядом суетилась обеспокоенная Ленка.
— Что случилось с нашей принцессой? — всплеснул руками сердобольный Кеша. — Нам с Вами еще много чего нужно обсудить. Например, за сколько я смогу получить эту чудесную запись? Может, поговорим об этом в каком-нибудь ресторанчике? Приглашаю.
Алиса подняла на Влада вопросительный взгляд. Тот кивнул ей и добавил.
— Договаривайся. Только, когда этот жмот назовет цену, смело удваивай. А лучше — утраивай. Не ошибешься!
— От сукин сын! От кровосос! — воскликнул Кеша, возмущенно хлопая себя по бедрам, — Чему ты девушку учишь!
Влад не стал дослушивать его гневную тираду. Он тихо покинул комнату, спустился по лестнице, потрепал по голому животу сонную Таксу, развалившуюся на желтом диване, с удивлением обнаружил, что это сука, и вышел на улицу. На крыльце его нагнала Алиса.
— Слава… Влад. Я хотела… Хотела сказать спасибо. За все, — она замерла, словно ждала ответа, и, не дождавшись, добавила. — Может, ты позвонишь мне? Как-нибудь?
— Обязательно! — улыбнулся Влад, понимая, что никогда не позвонит.
Как только
— Как ты мог! На кого же ты меня… Я тут один… Совсем один, мля…
— Ладно-ладно. Разошелся. Ешь, жердяй.
Постепенно кошачье нытье сменилось кошачьим чавканьем. Спустя минут пятнадцать Кот, преисполненный сытого счастья, взгромоздил свое довольное тело на кровать и боднул хозяйскую руку.
— Простил?
— Куда же деваться!
— Мир?
— Мир.
Диалог с Котом был последним, что запомнил Влад из этого бесконечного дня перед тем, как провалился в омут тяжелого сна.
Всю ночь его переутомленное сознание терзали странные образы. То он сидел над гробом с мертвым Левой, который вдруг морщился, приоткрывал правый глаз и глумливо подмигивал. То бежал по заснеженному полю за уходящей вдаль Алисой, нагонял, хватал за руку и понимал, что это вовсе и не Алиса даже, а длинноволосая Люся. Смотрит исподлобья, хмурит брови и ругает его за нечищеные ботинки. То сидел с отцом Севки Седых в шикарном ресторане и спорил о проблемах воспитания сыновей. Ему почти удавалось убедить старика, что мальчиков нужно отдавать на карате, а не в бассейн, когда худой официант принес счет, и Влад с ужасом понял — ему не хватит денег, чтобы расплатиться…
Весь этот театр абсурда пытал Влада до самого утра. В мешанине слов и картинок вертелось что-то важное. Дразнило, порхало ночным мотыльком, чирикало птичкой в багажнике и никак не давало себя разглядеть.
Влад проснулся совершенно больным.
Натянул спортивный костюм.
Выполз на кухню.
Сделал чаю.
Вытащил из коричневой жижи использованный пакетик и положил на стол — гриппозная ломота в теле не давала донести его до мусорного ведра. И тогда, разглядывая бурый комок на веревочке, он наконец-то понял, что мешало ему спать всю ночь.
Конверт!
Коричневый, с рисунком под пергамент, конверт, в котором лежала флэшка с записью изнасилования. Точно такой же он видел в квартире Левы. И даже успел закапать его своей кровью. Только на том, другом, конверте был обратный адрес. Адрес, который должен помочь ему разобраться во всей этой дикой истории с письмами с того света.
ГЛАВА 6. Музей магии
Люсина дверь, обитая черным дерматином, встретила Влада свежим порезом в форме буквы «Z». Кто-то из местных подростков открыл для себя легенду про Зорро. Заляпанный звонок истерично задребезжал, и Влад вновь прислушался к звукам в прихожей. На этот раз из квартиры донеслось сонное шарканье, невнятное бормотание и лязг отпираемого замка. В образовавшейся щели показалась заспанная мордаха в круглых очках под каштановой челкой.
— Привет, тебе кого?
— Люсю.
— Я ее знаю?
— Не знаю.
Мордаха ненадолго задумалась, соображая, что бы еще спросить, а затем пропала, и через пару секунд дверь распахнулась настежь.
— Заходи, — разрешила юная обладательница челки и очков, а так же салатовых шорт и канареечной футболки. — Так, что за Люсю ты ищешь?
— Она здесь жила. Еще позавчера. Люся. С косой, — Влад показал на себе, где заканчивалась Люсина коса.
— Ого! — с искренней завистью отреагировала девушка, — Мне бы такую! А то вот — все, что есть.