Сид и император
Шрифт:
Все к лучшему.
«Эндотелий представляет собой слой клеток, выстилающих внутреннюю поверхность кровеносных и лимфатических сосудов и сердца…»
Сердца… Кто бы исцелил мое сердце? Нет ответа. Пусть просто перестанет чувствовать, мне хватит и этого. Мне так хочется наконец обрести спокойствие.
«…разрушение эндотелия активирует внутренний тромбогенез… активация тромбоцитов и образование фибринового тромба…»
Бла-бла-бла. Умрет он, вот что это значит. Особенно, если процесс зайдет слишком далеко.
В
«Специфические факторы внутреннего тромбоза…»
Так… А если? Я воспроизвела описанный процесс у себя в ладони и поспешно принялась устранять образовавшийся сгусток крови.
«Ты просто идиотка, Твиг!»
А что еще оставалось делать? Лорейн был категорически против крыс. И вообще любых домашних животных. У него была аллергия на шерсть. Я бы могла вылечить его, но не хотела привлекать излишнее внимание. Оставалось экспериментировать на себе самой.
Я отложила книгу, отпила глоточек кофе и поморщилась. Он окончательно остыл, пока я читала. Надо было заниматься чем-то одним. Сосед давно выпил свой утренний кофе и начал привычное превращение в очаровательную красотку. Общая кухня-гостиная давала мало шансов на уединение.
— Твигги, может, все-таки покрасишь волосы? — снова предложил мне Лорейн, накручивая рыжий локон на плойку.
— Нет. Но спасибо за предложение, — ответила я.
Лорейн засмеялся, и я поняла, что снова сказала что-то не то. Кажется, опять эти проблемы при переводе. В общей сложности я провела здесь уже два года, но до сих пор случались разные казусы.
— Твиг, ты пугаешь посетителей, — сказал приятель. — Это настоящая антиреклама моего бизнеса. Седина! Она тотальная!
Он произнес «тотальная» так, словно это преступление.
— Что поделаешь… Природа берет свое.
Лорейн опять рассмеялся.
— Твиг! Откуда ты такая взялась? — еще один локон закрутился спиралькой. — Неужели тебе не хочется измениться? Ты как будто хочешь стать менее заметной.
Хм… А ведь он прав! Я удалилась от мира, и даже седину использовала для того, чтобы создать барьер между мной и окружающими людьми. Если бы не это, никто бы не дал мне моего возраста. Что плохого в том, чтобы привести себя в порядок?
В конце концов приятелю удалось уломать меня на оттеночное средство. На том и порешили.
В конце рабочего дня он повесил на дверь табличку «Закрыто» и занялся мной всерьез. Роуз, напарница Лорейна, к тому времени уже ушла, и нам никто не мешал. Когда приятель закончил, я должна была некоторое время посидеть с намотанным на голову полотенцем и шапочкой, чтобы нанесенный питательный бальзам быстрее подействовал.
— Ну, вот и все. Я поставил таймер на пятнадцать минут,
Я сидела и наблюдала за людьми на улице. Их редкий поток был интереснее того, что показывали по местному тиви. Откровенно говоря, на Тета были зрелища поинтереснее. А здесь любили передачи про семейные разборки. Люди ради популярности выворачивали свою личную жизнь наизнанку и выставляли ее на всеобщее обозрение.
Что касается прохожих, я сама могла придумать их историю. Понять, кто они. Разгадать их загадку и решить ребус. Давным-давно учитель Ли научил меня доверять первому впечатлению, и он был прав.
Один из прохожих привлек мое внимание. Обычный мужчина лет сорока, белобрысый, загорелый до красноты и крепко сбитый. С ним что-то было не так. Оружие? Да, несомненно. Но здесь многие носили огнестрелы, это не было чем-то необычным. Просто он был сильно напряжен. Линия шеи и плеч выдавала это. Словно раздумывая, он ненадолго остановился на перекрестке. Потом он закурил и снова осмотрелся. Кажется, он кого-то ждал и наконец дождался.
У кафе припарковалась небольшая машина. Из нее вылезла не менее серьезная и собранная невысокая темноволосая женщина. И тоже с оружием. Ее жакет характерно оттопыривался сбоку. Хм… кажется, это называлось «скрытое ношение». Непонятно.
Женщина подошла к мужчине, они коротко переговорили и двинулись в сторону кафе, которое находилось на углу. Я не понимала, почему меня вдруг взволновала эта сцена.
Спустя некоторое время в кафе наметилось оживление. Изнутри выскочил официант, но далеко не ушел. Он упал, а на спине у него как будто расцвел цветок. Плеснули красной краской и добавили цвета. В него стреляли! Витрина гасила звук, но все равно я услышала характерный хлопок и подскочила в кресле.
— Лорейн! — позвала я.
— Что? — откликнулся тот. — Время вышло?
«И это тоже». Я машинально отметила это, бросив взгляд на часы.
— Лорейн, в кафе что-то происходит. Стреляли в официанта.
Парикмахер тут же выскочил и осторожно выглянул за дверь. Кажется, он был потрясен не меньше меня.
— Дерьмо! Там же Роуз с друзьями, — сказал он.
— Да знаю я. Что будем делать? — спросила я его.
— Твигги, ничего не предпринимай. Я сейчас вызову полицию, — ответил он и снова скрылся в подсобке.
Я услышала, как он с кем-то разговаривает по телефону, скорее всего, с полицией.
«Проклятье!»
Не хватало только стать свидетелем. Они сразу поймут, что мои документы ненастоящие. С другой стороны, Лорейн никогда не станет так подставляться и подставлять меня. Мы с ним в одной упряжке с того момента, как он помог мне добыть документы. Тот, кто их изготовил, уверял, что они могут выдержать проверку. Но мне не хотелось проверять это на практике.
Я провела здесь полгода и надеялась и дальше ничем не привлекать чужого внимания. Но теперь мои надежды могли разрушиться в один миг.