Сигнал бедствия
Шрифт:
Совсем рядом колыхался полог вигвама. Оттуда доносилась музыка, древняя и гипнотизирующая. 'Не иначе, из хипповой традиции' - рассудил Серж.
– Серж, куда ты делся?
– услышал Рожин взволнованный голос Харви.
'А нет меня, я - в домике' - мысленно ответил дальнобойщик, отодвинул полог и заглянул в вигвам, но увидел только несколько тусклых огоньков и пляшущие по стенам тени. В нос ударил одуряющий вкусный запах.
Неожиданно его шею обвили гибкие, как змеи, будто бескостные руки, на лицо упали шелковистые волосы, в губы впились
– Привет, дорогой!
– Мы знакомы?
– слегка обалдел Рожин.
– Нет, и это хорошо!
– в глазах девушки мелькнула смешинка, - Я люблю новые встречи.
– Серж, - представился Рожин, еще не придя в себя.
– Зря ты это сказал, - не одобрила незнакомка, - Побыл бы еще некоторое время незнакомцем.
– Теперь уже поздно. А ты - кто?
– Я - любовь. Еще меня зовут Мадлен, но это лишнее. Я наполняю мир любовью, то есть собой. Если я стану всем миром, а мир станет мной, зачем мне другие имена?
Ласковые руки опять обвили Рожина, но теперь вокруг талии. Девушка Мадлен положила голову на грудь Сержа.
Рожин улыбнулся.
– Но мир огромен, а ты такая маленькая. Не боишься, что растворишься в бесконечном пространстве?
– Нет, дорогой, - ничуть не смутившись, ответила Мадлен, - Чем больше любовь отдаешь, тем больше ее в тебе остается. Это - не игра с нулевой суммой.
– Какие мы слова знаем!
– развеселился Серж.
– Я не знаю, это Патти подсказал, - Мадлен рассмеялась в ответ.
Серж огляделся. Глаза немного адаптировались к недостатку света. Рожин разглядел круглое миловидное личико с большими глазами, обрамленное множеством длинных косичек. Верхние косицы переплетались с двух сторон от пробора, собираясь наверху в смешную и трогательную корону.
– Почему в темноте сидишь?
– Я тут обед стряпаю. Это блюдо не любит яркий свет.
– Так неудобно же - не видно ничего!
Мадлен пожала плечами.
– А я люблю все, что можно делать без света. Хочешь попробовать?
'Попробовать что?' - не успел озадачиться Рожин. Его рот закрыла маленькая ладонь с двумя коричневыми шариками на ней. Серж взял подарок зубами, как бы невзначай прихватив губами теплую кожу. Шарики обожгли язык, Рожин с трудом удержал угощение во рту и почувствовал необычный приятный вкус и сладость.
– Мм, что это?
– Пирожные из хлебного зерна с земляникой и имельдберри.
Серж улыбнулся.
– Выходит, кроме всепроникающей любви есть другие таланты?
Мадлен замотала головой.
– Нет, тот же самый. Кормить других людей - разновидность секса.
Серж разинул рот.
– Так это сейчас...
– Очень горячий поцелуй, - Мадлен расплылась в милой улыбке.
Рожин опять почувствовал, что куда-то улетает...
***
–
– донеслось будто из другого мира.
Рожин стряхнул морок.
– Извини, у меня дела, - неловко пробормотал девушке и быстро выскочил за занавеску.
В глаза ударил яркий свет. Серж прикрыл глаза рукой. Перед входом, сунув руки в карманы, стоял Харви.
– Продолжим экскурсию?
– поинтересовался Серж.
– Да ты, вроде, уже и без гида прекрасно обходишься, - с неудовольствием заметил Харви, и ни слова не говоря, пошел.
'Ха!' - подумал Рожин. И последовал за ним.
– Тоже головой слегка поехал?
– без сочувствия поинтересовался Харви, не оборачиваясь, - У нее в храме постоянно сома курится. Как она сама еще не свихнулась - не знаю. И вся ее стряпня получается с небольшим содержанием сомы. Это нормально, по-твоему?
Рожин помолчал, переваривая. Выдержав паузу, спросил спину впереди:
– И многих она тут... эээ... окормляет?
Харви глянул через плечо.
– Ты про Мадлен? Всех желающих. Она у нас навроде штатной поварихи. А что?
Рожин запнулся. Хлопнул глазами.
– А. Ну да, логично. А куда мы идем?
– Я - к Имельде, - пробурчал Харви, - У меня к ней дело. Зачем тебе туда - не знаю.
– А тебе зачем?
– О твоем приезде сообщить. Элис - в некотором смысле ее протеже. Был.
– Далеко идти?
– Уже пришли.
Серж и Харви стояли на полянке с одним храмом, разрисованным причудливыми узорами. Чем больше Рожин смотрел на раскраску храма, тем меньше понимал - восхищает она его или раздражает.
– Имельда, познакомься, - пробурчал Харви, глядя на сине-зеленый куст с большими зелено-синими цветами, - это Рожен, астропилот. Знакомьтесь, мьсе Рожен, это Имельда, творец.
– Где?
– не понял Серж. Никого кроме них двоих он не видел.
– Надо слиться с миром. Чтобы спастись и спасти мир. Иначе - распад, разрушение гибель, - протяжно пропел кустарник.
– Ой...
– Серж отшатнулся.
Растения колыхнулись. Только теперь Рожин заметил силуэт. Девушку, раскрашенную под куст. Еще через мгновение Серж понял, что ничего, кроме краски и наушника в одном ухе, на девушке нет.
...Имельда медленно танцевала под слышную только ей музыку. Выглядело это странно и завораживающе. Рожин не мог оторвать взгляд от фигуры девушки - гибкой и с приятными формами. В очередном танцевальном движении художница развела руки, так что ее груди - не одетые и не голые под слоем краски, заманчиво колыхнулись, отчего у повидавшего виды Сержа слегка замерло сердце.
– Чтобы стать свободными, надо сбросить с себя одежды цивилизации, - распевно вещала Имельда, - Это не так сложно. Посмотрите на нас, Серж! Мы наряжаемся в муравьиную паутину, живем в брошенных муравьиных домиках, берем хлебное зерно из лесных закладок. Едим плоды с деревьев и овощи, которые выращивает Харви. Зачем нам цивилизация?