Сила рода
Шрифт:
Последний вариант я отмёл практически сразу.
Уж кем-кем, а дураком я себя не считал. Да, моё самомнение говорило, что оказавшись в Пограничье, я всех уделаю одной левой, ведь я же, мать его, российский студент-второкурсник! А это, считай, где-то между спецназовцем и морским котиком.
Но здравый смысл подсказывал – попав на войну в незнакомый мир, мне не выжить. Ну не сравнится пусть и тренированный, но двадцатилетний пацан с каким-нибудь профессиональным воином.
Без вариантов.
Становиться
Потеря 95 % жизненного опыта – это слишком. Кем я в таком случае стану? Сыном князя, в чьей голове сидит навязчивая идея, которая и привела меня сюда? И какие пять процентов я смогу сохранить?
Если подумать, получалось вроде как неплохо – если с детства знать, куда идти, да ещё и обладать нужными ресурсами, а князь, думаю, далеко не бедняк, то к двадцати годам можно многого достичь.
Но есть одно большое «но».
Это будет уже не Михаил Иванов.
В итоге я больше всего времени потратил, решая, стоит ли 35 % моего жизненного опыта семи лет?
К тому же было безумно жалко последние три года, которые я только и делал, что занимался собой. Ставил удар, бросковую технику, набирал правильный вес, тренировал выносливость…
Эх, как же рад был отец, который на старости лет тряхнул стариной и снова пошёл на своё любимое дзюдо!
Ну, да я отвлёкся…
Неужели мне придётся отказаться от плодов трёхлетних усилий?
Не знаю, сколько бы я ещё тянул с выбором, но в какой-то момент стало холодать, и я решился.
Момент стирания моего опыта я поймал как-то интуитивно и с перепугу туда каким-то образом влез.
В моём воображении та, кто брала плату за скинутые семь лет, представлялась зубастой чёрной дырой, которой не терпелось откусить треть меня любимого. Моей памяти, моих эмоций, моего мироощущения.
Я же виделся себе эдаким облачком, состоящим из миллионов крохотных пузырьков, в каждом из которых хранились мои воспоминания.
Пасть жадно тянулась ко мне, и я неосознанно бросил в неё подготовкой к ЕГЭ.
Бессчётные часы, просиженные над пробниками, зубрёжка правил русского языка, многочисленные диктанты и изложения.
Пасть довольно чавкнула и потянулась дальше.
Следом полетели знания тригонометрии и ни разу не пригодившиеся мне логарифмы.
Пасть, как бы я ни надеялся, что она подавится матаном, шумно сглотнула и жадно поплыла ко мне.
Запаниковав, я швырнул в неё свои детские обиды, понял, что зря, но отыгрывать было поздно. Бросил детские комплексы, грубо вырвав их из поплывшего «облачка».
Хотел было отдать университетские годы, но в последний момент мысленно дал себе подзатыльник и оторвал от облачка третий класс. А следом и пятый.
И тут же понял, что это было плохой идеей.
Нельзя без урона для
А пасть была всё ближе…
Мне нужно было отдать ей ещё чуть-чуть, но я всё никак не мог сделать выбор…
Когда же она чуть было не откусила последние полгода, в течение которых я ежедневно ходил на айкидо, я и кинул в пасть первое попавшееся. И им оказались отношения с женским полом.
– Нееет! – мысленно завопил я, но было поздно.
Приятные воспоминания о долгих прогулках с Аней… Вечерние чаепития в Викиной общаге… Первый секс с Ксюшей, который случился на какой-то вписке…
Не сказать, чтобы я был ловеласом и бабником, но с десятого класса успел подружить с несколькими девчонками. А с Ксюшой очень даже, хе-хе, плотно.
И эти бесценные воспоминания сейчас вытекали из меня в ненасытную тёмную пасть.
Я с ненавистью смотрел перед собой и чувствовал, как из вполне себе уверенного парня превращаюсь в сопливого пацана, который боится девчонок, как огня.
Но нет худа без добра, сожрав положенные 35 % моего жизненного опыта, пасть сыто рыгнула и растаяла на глазах.
Я же полетел вниз – прямиком в своё тело, которое неожиданно для меня кулем повалилось вниз – на хорошо утоптанную землю.
В последний момент я выставил перед собой руки, но они оказались непривычно короткими, и земля больно ударила меня в ладошки.
Ну а следующие пару минут я сидел на земле, дрожа от холода и неверяще рассматривая своё нагое тело.
Одно дело – читать всякие уведомления и представлять себя в виртуальной игре, другое – действительно оказаться в теле тринадцатилетнего подростка…
Затем ко мне подошёл хмурый мужик и протянул медальон на стальной цепочке.
Ну а дальше была мигрень, короткий инструктаж от Агапыча и тонкое одеяльце, в которое я закутался с головой. Кружка обжигающе горячего чая. Стопка постельного белья, вторая стопка с одеждой и крохотная каморка, в которой я провалялся несколько часов до подъёма.
Сна не было ни в одном глазу. Мозг лихорадочно соображал, что делать дальше и каким образом я попал в другой мир. Ведь во снах мне обязательно нужен был накопитель…
Ну а потом пришёл Агапыч и принялся громогласно стучать в дверцы каморок, объявляя таким нехитрым способом подъём.
Пришлось наскоро одеться, попутно полюбовавшись синим гимнастическим мундиром, с вышитым на рукаве гербом, да идти за Агапычем и остальными пацанами куда-то в соседнее крыло.
Длительное ожидание у дверей аудитории, последующая стычка с Громовым и его дружками, и мой первый урок в гимназии в этом мире.