Сильмариллион

Толкин Джон Рональд Руэл

Рассказывается в Акаллабет, что в то время нуменорцы, спасшиеся от гибели, бежали на восток. Вел их Элендиль Статный, и с ним сыновья его, Исильдур и Анарион. Были они родичами короля и потомками Эльроса, но не желали внимать Саурону и отказались воевать с Западными Владыками. Собрав на свои корабли всех, кто остался верен валарам, покинули они берега Нуменора прежде, чем он погиб. Могучи были те люди, и крепки их корабли, но буря оказалась сильнее, и водяные горы вздымали их к облакам, и, словно морские птицы, опустились они на земли Средиземья.

Элендиля волны принесли к берегам Линдона, и там был он дружески принят Гиль-Галадом. Затем Элендиль переправился через реку Синюю

и у подножия Эред Луин основал свое королевство, и подданые его селились по всему Эриадору, на берегах Синей и Берендуина; столицей же королевства был город Аннуминас, что на озере Нэнуиал. Жили нуменорцы и в Форносте, что на Северном Нагорье, и в Кардолане, и на холмах Рудаура; возвели они башни на Эмин Бэрайде и Амон Суле, и, хотя ныне в тех краях лишь могильники да руины, башни Эмин Бэрайда все еще глядят на море.

Исильдура и Анариона буря отнесла к югу, и после долгих скитаний привели они корабли в устье Великой Реки — Андуина, что бежит из Рованиона к западному морю, впадая в залив Бельфалас; там основали они королевство, позднее названное Гондор; а северное королевство звалось Арнор. Давным-давно, во дни своего могущества, нуменорские мореходы возвели в устье Андуина укрепленную гавань, невзирая на близость Черного Края, где владычествовал Саурон. Позднее в ту гавань приплывали лишь Верные нуменорцы, и потому край этот населяли большей частью родичи Друзей Эльфов и подданые Элендиля; потому они радостно встретили его сыновей. Столицей южных владений был Осгилиаф, рассекаемый надвое Великой Рекой; нуменорцы построили через нее большой мост, на котором стояли башни и дивного вида дома, и длинные лодьи подымались от моря к причалам города. По обе стороны от реки были возведены и иные твердыни: Минас Ифиль, Крепость Восходящей Луны — восточнее, на отроге Гор Тьмы, как угроза Мордору; и Минас Анор. Крепость Заходящего Солнца — на западе, у подножья горы Миндоллуин, как щит от диких жителей равнин. В Минас Ифиле жил Исильдур, в Минас Аноре — Анарион; королевство они поделили между собою, и троны их стояли рядом в Высоком Чертоге Осгилиафа. Нуменорцы в Гондоре жили большей частью в этих городах, но возвели также в том краю за годы своего могущества много дивных и мощных твердынь — у Аргонафа, близ Агларонда и Эреха; а в каменном кольце Ангреноста, что зовется людьми Исенгард, под их руками поднялась к небу незыблемая игла Ортханка.

Множество дивных сокровищ и небывалых творений привезли из Нуменора Изгнанники; но главнейшей драгоценностью были Семь Камней и Белое Древо. Древо то было проращено из плода Нимлота Дивного, что когда-то рос в королевских хоромах, в Армэнэлосе, и был сожжен Сауроном. Нимлот же, в свою очередь, происходил от Тирионского Древа, которое было подобием Древнейшего Древа, Тэлпериона Белого, взращенного Йаванной в землях валаров. Древо, память об эльдарах и свете Валинора, было посажено в Минас Ифиле, перед дворцом Исильдура, ибо это он спас плод от гибели; Камни же были разделены.

Три Камня взял Элендиль, и по два — его сыновья. Камни Элендиля помещены были в башне на Эмин Бэрайд, на Амон Суле и в Аннуминасе. Камни же сыновей его находились в Минас Ифиле и Минас Аноре, а также в Ортханке и Осгилиафе. Были эти Камни такого свойства, что всякий, кто глядел в них, мог видеть нечто, отдаленное в пространстве и во времени. Большей частью Камень открывал то, что близко было другому, родственному Камню, ибо все они были связаны меж собой; однако тот, кто был могуч волей и духом, мог научиться направлять свой взор туда, куда желалось ему. Так узнавали нуменорцы о том, что хотели сокрыть их враги, и ничто не могло от них укрыться во дни их могущества.

Говорят, что башни Эмин Бэрайда возведены

были не Изганниками, но самим Гиль-Галадом — для друга его Элендиля; и Всевидящий Камень Эмин Бэрайда помещен был в Элостирионе — высочайшей из башен. Часто, когда тоска овладевала Элендилем, он отправлялся туда и долго вглядывался в бесконечные морские просторы; и многие верят, что иногда мог он даже узреть вдали башни Аваллонэ, что на Эрессэа — там обитал и обитает ныне Верховный Камень. Камни эти были подарены эльдарами отцу Элендиля — Амандилю, дабы поддержать Верных Нуменорцев в тяжкие для них дни, когда эльфы не могли уже больше приплывать в край, затемненный Сауроном. Камни звались палантиры, что означает "видящие издалека", но те из них, что были когда-то привезены в Средиземье, сгинули бесследно.

Так Изгнанники основали свои королевства Арнор и Гондор; но прошли годы — и стало ясно, что их враг, Саурон, вернулся в Средиземье. Говорят, что он тайно пробрался в давнее свое владение, Мордор, что за стеной Эфель Дуафа — Гор Тьмы; а был тот край у восточных границ Гондора. В Мордоре, в долине Горгороф возведена была огромная и мощная твердыня, Барад-Дур, Черный Замок; там была и Огненная Гора, что эльфы прозвали Ородруин. Недаром же Саурон в незапамятные времена поселился там — он использовал огонь, извергавшийся из сердца земли, для своего чародейского ремесла; и там, посреди Мордора, выковал он Кольцо Всевластья. Ныне же бродил он во тьме, покуда не сотворил себе нового облика; и была та личина ужасна, ибо прежнее благородное обличье навеки покинуло его, когда он низвергся в бездну во время гибели Нуменора. Вновь надел Саурон Единое Кольцо и облекся в мощь; и немногие, даже самые могучие люди и эльфы могли вынести пышущий злобой взгляд Ока Саурона.

Саурон готовился к войне с эльдарами и дунаданами, и Огненная Гора пробудилась вновь. Узрев же издалека дым Ородруина и поняв, что Саурон вернулся, нуменорцы нарекли эту гору Амон Амарт — Роковая Гора. И собрал Саурон несметное войско подвластных ему, что жили на юге и на востоке; было среди них немало высокорожденных нуменорцев. Ибо когда еще Саурон пребывал в Нуменоре, многие жители того края обратились ко злу. Потому те, кто уплывал тогда на восток и закладывал на побережье крепости и города, все почти склонялись перед его волей и с той же охотой служили ему в Средиземье. Опасаясь, однако, мощи Гиль-Галада, те высокородные изменники и могучие лиходеи поселялись далеко на юге; но были среди них двое, Хэрумор и Фуинур, повелевавшие харадримцами, многочисленным и свирепым племенем, что жило в пустынных землях к югу от Мордора, за устьем Андуина.

И вот когда Саурон решил, что час его настал, он повел бесчисленное войско на новое королевство — Гондор, и захватил Минас Ифиль, и уничтожил Белое Древо, посаженное Исильдуром. Но сам Исильдур избегнул смерти и, увозя с собою семя Белого Древа, с женою и сыновьями спустился на корабле по Андуину, и поплыл искать помощи у Элендиля. Анарион между тем защищал Осгилиаф от Врага и даже на время отбросил его к горам; но Саурон вновь собирал силы, и Анарион знал, что, если не придет помощь, королевство его долго не продержится.

Элендиль и Гиль-Галад вместе долго держали совет, ибо понимали, что Саурон наберет небывалую силу и разгромит своих врагов поодиночке, если только они не объединятся против него. А потому заключили они Союз, что зовется Последним, и двинулись на восток, в Средиземье, собирая многочисленное войско людей и эльфов; ненадолго остановились они в Имладрисе. Говорят, что никогда прежде не видели в Средиземье более прекрасного и лучше вооруженного войска и что больших сил не собирали с тех пор, как воинство валаров двинулось на Тангородрим.