Сильмарильон
Шрифт:
Как-то осенью Горлим пришел туда в вечерних сумерках и, подойдя ближе, заметил свет в окне. Он осторожно заглянул внутрь и увидел там Эйлинель, но лицо ее выглядело печальным и сердитым, и Горлиму почудилось, что он слышит, как она сетует на покинувшего ее мужа. Но едва лишь он вскрикнул, как с порывом ветра свет погас, взвыли волки, и внезапно Горлим ощутил на своих плечах тяжелые руки охотников Саурона.
Так Горлим попал в плен, и, забрав Горлима в свой лагерь, орки мучили его, пытаясь добыть сведения о Барахире и его путях. Но Горлим не сказал
– - Я слышал, что ты согласен на обмен со мной. Какова твоя цена?
И Горлим ответил, что снова хочет найти Эйлинель и получить вместе с ней свободу - он считал, что Эйлинель тоже попала в плен.
Тогда Саурон улыбнулся и сказал:
– - Это небольшая цена за столь великое предательство. Пусть будет так! Говори!
Горлим хотел было отказаться от своих слов, но испуганный взглядом Саурона, сообщил все, что знал.
Тогда Саурон засмеялся и стал издеваться над ним, и открыл ему, что он видел лишь призрак, созданный волшебством, чтобы поймать его в ловушку, а на самом деле Эйлинель была мертва.
– - Тем не менее, я исполню твою просьбу, - сказал Саурон, - и ты пойдешь к Эйлинель и будешь освобожден от службы мне.
И он предал Горлима мучительной смерти.
Таким образом, укрытие Барахира было обнаружено, и Моргот раскинул вокруг него свои сети, и орки, придя в тихий предрассветный час, захватили людей Дор-Финиона врасплох и всех их перебили - за исключением одного. Потому что Берен, сын Барахира, был послан отцом с опасным поручением выследить пути врага - и в час захвата убежища находился далеко отсюда.
Но когда он заснул, застигнутый ночью в лесу, ему приснилось, что стервятники, подобно листьям, густо усеяли голые деревья у озера, и кровь капала с их клювов. И во сне Берена встревожила фигура, приближавшаяся к нему по воде, и это был дух Горлима. И дух заговорил с ним, рассказав о своем предательстве и смерти, и велел ему поторопиться предостеречь отца.
Тут Берен проснулся и поспешил в путь, но когда он подошел ближе к убежищу изгнанников, стервятники поднялись с земли и сели на деревья у Тарн Аэлуина, насмешливо крича.
Тогда Берен похоронил прах своего отца и установил над ним надгробие из валуна, и принес клятву мести. Поэтому он начал преследование орков, убивших его отца и родичей, и обнаружил их лагерь у реки Ривиль выше топей Сереха. Воспользовавшись своим искусством бесшумно двигатся в лесу, он подошел ближе к их костру, оставаясь невидимым.
Там предводитель орков хвастался своими подвигами и показывал руку Барахира, которую он отрубил как свидетельство для Саурона, что их миссия выполнена, и на той руке было кольцо Фелагунда.
Тогда Берен прыгнул из-за скалы и убил их главаря, и, схватив руку с кольцом, скрылся, хранимый судьбой, потому что орки растерялись, и стрелы их летели беспорядочно.
После
В конце концов Моргот назначил за его голову цену, не меньшую, чем за голову Фингона, но орки предпочитали спасаться бегством, едва услышав о приближении Берена. Поэтому против него была послана целая армия под командованием Саурона, а этот привел с собой оборотней злобных тварей с ужасной душой.
Теперь вся страна наполнилась злом, и все чистые существа покинули ее. И Берена так начали теснить, что ему пришлось бежать из Дор-Финиона. Когда пришла снежная зима, он покинул страну и могилу отца, и, поднявшись к вершинам Эред Горгорота, он увидел вдалеке земли Дориата. Берен почувствовал сердцем, что он должен спуститься в Скрытое королевство, где еще не ступала нога смертного человека.
Ужасным было его путешествие на юг. Пропасти Эред Горгорота обрывались отвесно, и дно их скрывали тени, лежавшие там еще до появления Луны.
Дальше простирались далекие земли Нан Дургонтеба, где граничили волшебство Саурона и могущество Мелиан.
Среди великих подвигов Берена это путешествие считалось не самым меньшим, но впоследствии он никому не говорил о нем, чтобы не пробудить вновь ужас в своем сердце. Никто не знал, как ему удалось найти дорогу. И он прошел через лабиринт преград, который Мелиан соорудила вокруг владений Тингола, как она и предсказывала, потому что великая судьба ожидала его.
В песне о Лютиен рассказывается, что Берен приковылял в Дориат поседевший и сгорбленный - так велики были его страдания в пути, но, скитаясь летом в лесах Нелдорета, перед восходом луны он увидел Лютиен, дочь Тингола и Мелиан, когда она танцевала на траве полян возле Эсгалдуина, и тогда вся память о перенесенных страданиях покинула Берена, очарование овладело им, ибо Лютиен была самой прекрасной из всех детей Илюватара. Она носила голубую одежду, и серые ее глаза напоминали вечер при свете звезд. Мантия ее была заткана золотом, и лицо, на котором сиял свет, обрамляли темные волосы.
Но Лютиен исчезла, и Берен потерял дар речи, как околдованный, и долго блуждал в лесах, как зверь, разыскивая ее. В сердце своем он дал ей имя Тинувиэль, Соловей, и еще дочь Сумерек, потому что он не знал другого ее имени.
Как-то в предрассветный час, в канун весны Лютиен танцевала на зеленом холме и внезапно начала петь. И песня Лютиен разрушила оковы зимы, воды заговорили, цветы пробивались сквозь холодную землю там, где ступали ее ноги.
И тогда чары молчания оставили Берена, и он воззвал к ней, крикнув: