Симбионт 2
Шрифт:
— Борислав никогда не был замечен в любовных похождениях на стороне, — спокойно ответил Оленёв, на что Басаврюк обратил внимание. Сказала не жена, а Глава семьи. Значит, уверен в добродетельности сына. — Долгов не имел. В карты никогда не играл, я ему вовремя мозги вправил, когда он их впервые в руки взял. С тех пор только бильярд…
— Который тоже может засосать в долговую яму, — заметил Басаврюк.
— Борислав — член городского клуба бильярдистов. Платил взносы, играл в различных турнирах. Речи и не шло о нелегальных заработках.
— Но ведь была причина, по которой ваш сын пропал?
— Это всё Дружинины! —
Она всхлипнула и закрыла лицо ладонями.
— Мария, помолчи! — сдвинув брови к переносице, сурово проговорил старший Оленёв. — Уже не стоит истерить.
Басаврюк кивнул и взял в руку блюдце с чашкой, наполненной ароматным чаем.
— Столько времени прошло… почему вы не провели поиск по аурному следу? — задал он логичный вопрос, недоумевая о столь странном поведении родственников Борислава.
— Поиск аурного следа — это магическое мероприятие, требующее разрешения Магической Палаты, — пояснил Василий Алексеевич. — Мы сразу же обратились туда, но от нас потребовали заключение из Департамента полиции, что Борислав Оленёв числится пропавшим, иначе это не повод проводить ритуал поиска. Будь у нас чародей, я бы плюнул на все ограничения и запреты. Полиция тоже не хотела брать на себя очевидный «висяк». Вот и потеряли время.
— Почему не обратились к Дружининым? Вы же считаетесь их вассалами?
— Потому и не обратились, что нас посчитали предателями! — не выдержав, рявкнул Оленёв. — Да, я ходил к Александру Егоровичу. Готов был на коленях ползать перед ним, но барин не соизволил принять. Вы же должны знать, Тимофей Матвеевич, что свежий аурный след нужно брать в течение двух недель после исчезновения человека. Только когда я встретился с господином Бражниковым — нашим градоначальником — дело сдвинулось с мёртвой точки.
— В любом случае аурный след остаётся долго, — заметил секретарь и попробовал ароматный напиток. Неплохо, чувствуется вкус куркумы. Надо сливки добавить. Когда чай приобрёл насыщенный кремовый оттенок, Басаврюк едва не цокнул языком от наслаждения.
— Да в том и дело, что аура сына была полностью стёрта! — Глава махнул в отчаянии рукой. — Здесь, в доме и в округе она прослеживалась, а вот дальше — пустота!
— Полагаете, ауру уничтожили?
— У меня нет иных версий.
Басаврюк снова кивнул и глотнул чаю. Картина по-прежнему не прояснялась, но кое-какие детали для аналитики уже можно накидать.
— А лично вы сами что думаете? — поинтересовался секретарь.
— Дружинины могли отомстить Бориславу, — уверенно ответил Оленёв. — Сын незадолго до исчезновения жаловался, что Николай обвиняет его в сливе каких-то бумаг, компрометирующих корпорацию Дружининых.
— Ваш сын служил Дружининым?
— Да весь наш Род являлся Слугами Александра Егоровича, — вздохнул Глава. — Но после «предательства» сына нас лишили служения… А Борислав состоял в должности старшего инспектора, контролировавшего речные перевозки из Оренбурга до Магнитогорска. Вы не представляете, насколько тяжёлая на этом
— И что же такого Борислав сделал, что его заподозрили в утечке важной информации? — скрывая иронию, спросил Басаврюк. — Мне кажется, его должность не подразумевала некие манипуляции с секретностью.
— Да в том-то и дело, что его кто-то подставил! — с горечью воскликнул Оленёв. — Николай Дружинин стал за ним присматривать, словно врага разглядел. А потом внезапно исчез. Через некоторое время пропал и Борька.
— Вырисовываются два варианта, — кивнул секретарь и аккуратно поставил блюдце с пустой чашкой на столик. Потом откинулся на спинку кресла, скрестил руки на животе. — Первый: его убили, как и Николая. Но я в такой вариант не верю. Глупо подставлять человека, скрывая свои тёмные делишки, а потом его устранить. Второй для меня кажется наиболее убедительным. Его где-то держат до сих пор, умело заблокировав ауру. Версия, что в его похищении замешаны Дружинины, становится более убедительной.
— Но зачем? — воскликнула молодая женщина. — Если Борис виноват, пусть ему открыто предъявят обвинение, а не мучают в заточении!
— Ну… — Басаврюк постучал пальцами по подлокотнику. Мысль, внезапно пришедшая в голову, ему понравилась. Но озвучивать её здесь он не собирался. — Возможно, ваш муж действительно оказался замешан в какой-то неприятной истории, и Дружинин хочет выяснить, кто стоит или стоял за спиной Борислава.
— Но вы же нам поможете? — с надеждой спросила то ли ещё супруга, то ли уже вдова.
— Постараюсь дать ход делу, — уклонился от прямого ответа эмиссар Шуйского. — Я на днях уезжаю в Уральск, там пробуду некоторое время. Хочу сразу предупредить, что решение вопроса может затянуться из-за моей командировки. Пока здесь, поговорю с графом Татищевым. Надеюсь, ему удастся через градоначальника надавить на полицию, чтобы та активизировала поиски. Это всё, что я пока могу сделать в силу своих полномочий.
Он поднялся с кресла.
— Спасибо вам, Тимофей Матвеевич! — вскочил следом старший Оленёв и даже схватил Басаврюка за обе руки, потряс их в порыве благодарности. — Вы вдохнули надежду в наши сердца!
Басаврюк едва не поморщился. Не любил он напыщенных и эмоциональных фраз. Понимал, что Глава говорит искренне, и всё же… мог бы обойтись одним «спасибо». А если гость ничего сделать не сможет? Конечно, во всех бедах будет виноват господин Галкин. Обещал же!
Распрощавшись с Оленёвыми, Басаврюк вышел из дома и с такой же неторопливостью пошагал к воротам. Калитку он открыл нажатием кнопки, приделанной с внутренней стороны. Узбек, дождавшийся его, пристроился следом.
Сев в машину, секретарь приказал ехать в Лесную Дачу. Надо обдумать мысль, которую он цепко держал в голове. Борислав, несомненно, уже мёртв. Прошло столько времени, что глупо надеяться на иной исход. Аурный след отсечён или уже полностью стёрт из астрала. Теперь вопрос: а для чего ещё нужен пленник, если он действительно находился у Дружининых? Вариантов хватает: как заложник или источник важной информации, а также для шантажа или обмена. Но есть ещё один вариант: корм для Ока Ра. Если Борислава «скормили» Алтарю, то когда? Не в тот ли миг, когда в подвале канцлера Шуйского шёл призыв сущности? И не повлияло ли это обстоятельство на ритуал?