Симбионты
Шрифт:
– Подтверждено, Один-один, – добавил другой голос. – Это Килрой, Один-два, я тоже внутри. Противник сдается.
– Принято. Окружить их и охранять. Один-пять, Один-шесть, войти внутрь и оказать поддержку.
– Понял, Один-один. Мы в пути. Переходя снова на японский канал, Катя загрузила команду ИИ задействовать программу перевода с нихонго. Резкие, лающие команды на японском перешли на англик.
– … отойти назад и держать ваших заключенных.
– Имперский командующий, – рявкнула Катя, – ваше положение безнадежно. Прекратите огонь и прикажите вашим подразделениям
Послышался резкий шум, затем канал снова заглушили помехи. На кого бы она там ни наткнулась, он был еще не готов сдаваться, но очевидно, что он терял контроль над сражением.
«Танто», легкий, подвижный имперский страйдер, вышел на открытое пространство и замер на месте, пушки направлены вверх, корпус отливал серо-коричневым цветом, естественный цвет металла – демонстрация желания сдаться. Полдюжины солдат в черной боевой броне сгрудились рядом, руки в перчатках подняты над головой.
– Эй, полковник? Это Килрой. Похоже, внутри основного здания драка. Думаю, радиочастоты изнутри заглушены.
– Держи оборону до тех пор, пока не подойдет подкрепление. «Клинок Два-один», это Один-один. Вы слышите?
– Два-один принял, – отозвался капитан Мэнтон Крэйн, из Второго Отделения. – Продолжайте.
– Приведи своих людей сюда, Мэнни. Смотри за беглецами и оказывающими сопротивление.
– Понял.
С окончанием обстрела снарядами и ракетами пелена дыма над базой Дожинко начала подниматься. Пока Катя стояла там, на покрытом обломками тротуаре, лучи ослепительного белого света пробились к ней через пепел, озаряя мрак. В считанные секунды солнечные лучи залили землю, и база стала видна в утреннем свете, частично затененная остатками дыма.
То здесь то там из базового комплекса выходило сдаваться все больше и больше империалов с поднятыми руками, в броне или защитных костюмах. Время от времени Катя улавливала шипение лазера или глухой удар разорвавшегося снаряда или гранаты. Некоторые оказались фанатичными защитниками, предпочитая умереть, нежели сдаться.
– Эй, полковник? Сабри здесь.
– Давай, Хари.
– У меня здесь пленный. Утверждает, что он глава гражданского персонала базы и хочет поговорить с вами.
– Приведи его.
Моментом позже страйдер Сабри показался из входа в базовый машинный отсек. В некотором смысле более гуманоидная машина, чем другие уорстрайдеры, «Скаут» РЛН-90 грубо напоминал коренастый безголовый костюм средней брони в три с половиной метра высотой, правая рука, на которой обычно монтировалась высокоскоростная пушка или лазер 100-MB, была заблокирована в округлых плечах. Страйдер Сабри имел автоматическую пушку и держал почерневшее от пламени дуло этого оружия направленным в затылок своего пленника.
Человек был одет в яркий защитный костюм желтого цвета, тесно прилегающая материя которого не защищала от огня, и золотистый шлем, подключенный к Портативной Системе Жизненного Обеспечения.
Катя проверила концентрацию нано-Р и увидела, что она составляет примерно 0,2, – достаточно для того, чтобы не защищенный броней человек не подвергался опасности в этой зоне, по крайней мере,
– Вы командующий силами Конфедерации? – спросил человек на ломаном англике. Электроника его шлема транслировала голос через наружные динамики в костюме. – Пожалуйста, помогите нам! Они там сошли с ума!
– Помочь вам? Как? Кто сошел с ума?
– Чуза Косака, командующий морскими пехотинцами. Он убивает тех, кто пытается сдаться.
– А вы?..
– Доктор Мицукуни Озаки. Я глава… как вы это говорите? Отдела Генго-гаку…
Катя повторила фразу через языковую программу.
– Лингвистики?
– Точно. Отдела лингвистики Имперской Алианской Миссии. Морпехам приказано убить всех гражданских!..
– У вас есть интерфейс подключения? Озаки поднял левую руку, показывая перекрестие контактных цепей, вмонтированное в ладони на его перчатке. Катя сосредоточилась, и панель в левой ноге «Бога Войны» на полтора метра от земли, открылась. Это был один из интерфейсовых входов в машину, использовавшийся для загрузки новых программ, но его можно было использовать для того, чтобы перевести информацию напрямую от оборудованного цефлинками персонала в систему уорстрайдера.
– Покажите мне, – сказала она, делая шаг вперед.
Человек замер и сделал быстрый шаг назад, почти наткнувшись на дуло пушки Сабри; Катя поняла, что ее движение испугало его. «Бог Войны» стоял, возвышаясь над маленьким человеком, и даже при отсутствии левой руки он, должно быть, представлял пугающее зрелище. Ранение могло даже усилить кошмарный вид страйдера, Катя на минуту забыла, как она должна выглядеть с точки зрения лингвиста.
– Все будет в порядке, доктор Озаки, – сказала она. – Выйдите со мной на интерфейс.
– Аригато гожаймасу, – сказал человек, перейдя на нихонго. – Спасибо! – Он шагнул вперед и положил свою ладонь на интерфейс.
– Полковник, – неуверенно сказал Сабри. – Вы думаете, это хорошая мысль?
Существовала, конечно, опасность саботажа. Озаки, зная это или нет, мог быть привит убивающим ИИ ВИР-усом, но не было времени для чего, либо иного. Катя открыла свое собственное подключение и почувствовала, как затекала информация, поступая из ОЗУ цефлинка человека.
Трехмерная карта имперской базы возникла в ее сознании, вращаясь по мере того, как Катя изучала ее. Раскладка походила на ту, которую привез Дэв после захвата «Касуги Мару», хотя теперь некоторые помещения, казалось, имели другие функции. Одна комната, барак или спальная зона на втором этаже была освещена.
– Вот где они закрыли большинство гражданских, – объяснил Озаки. – Нескольким из нас удалось скрыться. Но они собираются убить остальных!
– Посмотрим, что можно сделать, доктор, – ответила Катя. Это было нелегко. Уорстрайдеры годились для боя на открытой местности, а не внутри здания, каким бы большим и просторным оно не было. – Хари? Его в безопасное место. – Осмотрев основное здание, она сравнила постройку с диаграммой. Зона барака должна была располагаться там….
– Каллахан! Лэнгли! – рявкнула Катя, обращаясь к двум ближайшим «Скороходам». – За мной!