Симбиоты
Шрифт:
Все сильнее сдавливая шею, он приблизил свою морду к моему искаженному судорогой лицу, явно наслаждаясь зрелищем того, как жизнь покидает мое тело.
– Неужели это конец? – мелькнула в голове слабая мысль, – все так просто? А ведь так хочется жить…
С хрустом раскалывая черепную коробку, пуля пробила голову обезьяны, забрызгав лицо ошметками крови и мозгов. Тяжело завалившись на бок, мутант рухнул рядом со мной.
С хрипом вдыхая, ставший таким вкусным, воздух, я пытался понять – что же произошло? Оказывается, город не так пуст, как кажется. Звука выстрела я не слышал, скорее всего
– Толян, – я хрипло позвал друга, – ты как?
Приподнявшись, я посмотрел на товарища. Гигант мирно лежал в отключке, на пол лица с пугающей скоростью раздувалась огромная гематома. Прикинув направление выстрела, я осмотрел крыши. Несколько человек, в армейской химзащите и с оружием, быстрыми перебежками приближались к нам.
– Э не… военных мы уже проходили… вставай Толян! – перебежав на четвереньках, тормошил я друга, – валить надо!
Не видя его реакции, я в панике огляделся. Один я далеко не утащу двухсоткилограммового мутанта. Поймают. Взгляд наткнулся на выход вентиляционной шахты. Вцепившись в решетку, я резким движением вырвал ее с креплений и залез внутрь. Поставив решетку на место, я наблюдал за приближающимися бойцами. Одеты в специальные прорезиненные костюмы защитного цвета, на спинах небольшие рюкзаки и легкие АКСУ в руках. У них явно неподалеку база, в их ситуации с таким снаряжением далеко не уйдешь. Шумно дыша в противогазы, они остановились около Толяна.
– Где второй? – раздался искаженный динамиком голос одного из бойцов, – обыскать здесь все!
Сжавшись, я висел на краю вентиляционного канала, готовый в любой момент отпустить руки и рухнуть в шахту. Пока четверо бойцов разбежались по крыше, остальные двое склонились над Толяном.
– Это тот самый, Новороссийский, – покопавшись в планшете, сказал старший, – за него хорошо дадут. Регенерация, увеличение массы – все что нужно, гляди какой здоровый.
– Может себе оставим тогда? – спросил второй доставая медицинскую сумку из-под плаща, – такой самим пригодится.
– А долг ты чем собрался выплачивать? – повысил голос старший, – Забыл уже?
– Да я только предложил, – отмахнулся его собеседник, – как думаешь, на такого восемь кубиков хватит?
– Не меньше – это точно, – старший в этот момент застегнул на руках и ногах Толяна стальные браслеты. Поднявшись, он осмотрелся по кругу и достал рацию.
– Ну что там?
– Чисто, – ответил молодой голос, – как испарился, никаких следов…
– Витя, – зарычал в рацию старший, – одеть противогаз, немедленно! Думаешь я через рацию не слышу? Возвращайтесь, будем готовить этого к транспортировке.
Сноровисто упаковав Толяна в мягкие носилки, четверо бойцов натужно подняли его вверх.
– Тяжелый гад! – тяжело дыша, сказал один из них.
– Не шуми, малой. Мартышки еще не успокоились, – заткнул его старший, – нам только их сейчас не хватало…
Весь отряд не спеша двинулся к дальнему краю крыши. Я аккуратно вылез и, короткими перебежками, двинулся следом…
Глава 4
Приобретенный в результате мутации слух оказался отличным помощником, двигаясь
– Гнездо, ответь, – бурчал в рацию старший, – есть что новое?
– Нет, – голос как будто раздвоился в голове. Осмотревшись по сторонам, я нырнул под прикрытие в изобилии торчащих из крыши труб вентиляции. Совсем рядом, на водонапорной башне сидел снайпер, мне повезло, что он, не обращая внимания на группу, сканировал периметр.
– Спускайся, тебя заменит Витя, – скомандовал главарь, – сначала отвезем этого к нам.
– Может сразу к генералу? – встрял один из подчиненных, – Чего зря его таскать?
– Вот ты баран, Валера, – усмехнулся старший, – надо узнать, что за тип с ним был. Если тоже симбиот, то нужно узнать, что в нем особенного – возможно неплохо заработаем. Может он вообще невидимка или хамелеон, вон как с крыши испарился…
– А почему опять я? – возмутился молодой, – Как нужно на вышку, так сразу Витя!
– Будешь маску снимать – вообще там поселишься, – сухо осадил его командир, – на тебя кучу медикаментов перевели, теперь отрабатывай.
Пристегнув веревки к носилкам, команда отточенными движениями спустила носилки вниз и сами, зацепившись “десантерами” заскользили по веревкам. На крыше остался только молодой, перестегивающий систему узлов под самосброс.
– Не затягивай там, – раздался голос из рации на плече бойца, – что бы через двадцать минут был на башне.
– Понял, – уныло буркнул молодой и продолжил вяло возиться с карабинами.
Внизу на улице раздались звуки хлопающих дверей автомобиля и удаляющийся шум мотора.
– Вот теперь поговорим, – угрюмо буркнул я себе под нос, разминая мышцы.
Как напряженная пружина, которой наконец-то дали свободу, я вихрем полетел в сторону противника, не обращая внимания на хруст обломков шифера и кирпича под ногами. Услышав мое приближение, боец обернулся, вскидывая автомат.
– Слишком медленно, пацан! – мелькнула в голове довольная мысль и я, подпрыгнув, врезался в его в грудь всем телом. Удар получился сильным, вышибая воздух из легких паренька, импульс отшвырнул его тело к бортику крыши. Подняв его автомат, я заорал:
– Руки! Руки в гору!
Не обращая на меня внимания, боец, надрывно кашляя, стащил с лица маску. Неестественное, бледное лицо, лишенное всяческой растительности, нет ни бровей, ни ресниц. Задыхаясь, он жадно хватал ртом воздух держась руками за грудь.
Злоба начала сменяться жалостью к этому изувеченному лучевой болезнью пареньку. Опустив автомат, я присел на корточки напротив него.
– Ты как? – спросил я, глядя на хрупкое, почти девчачье лицо, искаженное судорогой.
Не в силах что-то сказать, он кивнул, продолжая отхаркивать сгустки коричневой слизи. Наконец перестав кашлять, он поднялся на четвереньки тяжело дыша.
– Вот это удар… Как будто машина сбила, – в промежутках между жадными вдохами выдавил он, – ты кто?
– Это я должен у тебя спросить, кто ты? – нахмурился я, – и твои товарищи, которые увезли моего друга.