Симфония кукол
Шрифт:
– Вы у нас следователь, – съязвила женщина, наблюдая за позеленевшим лицом Федора. – Мое дело собрать и предоставить улики. Делать выводы и находить ответы – это ваша работа. Осторожно!
Она попыталась предупредить Федора, что за спиной у него мангал, но следователь споткнулся и упал на него. Уголь высыпался на песок. Федор грохнулся в сантиметре от изуродованного лица дальнобойщика, встретился взглядом с помутневшими глазами трупа, и его вырвало.
– Господи, понабирают же, – пробормотала женщина, доставая новый пакет для улик.
Федор
Он вытер рот рукавом и обратился к начальнику:
– В городе завелся психопат.
– Федор, помолчи!
Полковник все еще стоял перед весами и, как завороженный, смотрел на огромные шестеренки. Он сжал губы и наморщил лоб, глядя на разбросанные куски рук и ног. Казалось, его не трогает вид изуродованных тел, – его беспокоил сам факт жуткого происшествия на подконтрольной ему территории.
– Первым делом нужно определить, что их связывает с предыдущими жертвами.
– Помолчи, я сказал! Это уже совсем не шутки.
Федор хотел ответить, что он и не собирался шутить, что он догадывался, что он даже предупреждал.
– Анкетные данные покойников полные?
– Работаем, – ответил один из оперативников.
– Работнички, мать вашу, – пробурчал начальник. – Так, все. Я звоню в Москву.
– Что? Зачем? – возмутился Федор.
Только показалось, что он наконец-то столкнулся с настоящим серьезным делом, как оно ускользает. Он почувствовал, как у него из-под ног выдергивают почву.
– Что-что?
– Не надо. Зачем в Москву?
– Затем! – Полковник крикнул и тут же замолчал. – Пусть работают специалисты, – продолжил он тихим голосом. – Пусть присылают своего эксперта или еще кого-то.
– Но…
– Мне такое тут не надо.
– Но…
– Не нокай мне, конюх. Никаких но! Я звоню. А ты давай иди, разбирайся. Готовь отчеты.
– Послушайте.
– Хватит. Один раз уже тебя послушал. Доверился. И что теперь? Молчи, говорю! Ты уже все сказал, теперь жди. И успокойся. Хотя чего тебе переживать. Это же моя голова полетит.
– Можно? Я хотя бы…
– Не можно! Все, утомил.
– Есть.
– Тянуть некуда. Вот пусть их специалисты приезжают и сами разбираются – ритуальные это убийства или серийные маньяки, мясники или еще какие наркоманы. Пусть расследуют.
– Есть.
– У меня нет подходящих кадров. Ни подходящих, ни каких-либо других. Может, ты сам поедешь осматривать найденных сегодня разлагающихся? Я видел, как тебя стошнило.
Начальник наконец отвернулся от весов, достал телефон и направился к выходу.
Федор пошел следом.
– Не ходи за мной. Предоставим дело опытным людям.
– А нам как? – Федор хотел спросить «а как же я», но скромно перефразировал.
– Как как, задом об косяк!
Начальник остановился на ступеньках, обернулся и навис над Федором, уставившись в глаза подчиненному, который
– Ты не стал проводить расследование. – Он подчеркнул интонацией «ты». – У тебя была возможность. – Он выделил голосом «у тебя». – А мне теперь разгребай.
Федор молча слушал. Ждал, когда полковник выговорится и даст возможность ответить.
– Или хочешь сказать, что это я виноват? А, Федор? – Он не дождался ответа, развернулся и пошел к машине.
– Нет, подождите. Я хочу сказать, что могу…
– Появится информация, любая, любые подробности, сразу ко мне с докладом. А пока все. Свободен… Алло, да. Продиктуй мне номер телефона управления Следственного комитета, нужно срочно связаться с Москвой.
Полковник сел в машину, взял ручку, раскрыл записную книжку и развернул на чистой странице.
– Чего ждешь? Свободен, говорю. – Начальник захлопнул дверцу, чтобы отгородиться от назойливого старшего лейтенанта.
– Есть. – Федор достал недокуренную сигарету, у которой оставалось меньше половины, и прикурил.
«Голова его полетит. Урод». Федор затянулся и посмотрел на полковника, мило беседующего по телефону. Проверил карманы, достал ключи. «Даже не попытался начать расследование. Глухарь в архив – и умываем ручки… Урод. А теперь из меня крайнего делает».
Он спустился к подвалу, собирался войти внутрь, но передумал и пошел наверх прогуляться, побрякивая связкой ключей. Прогуляться пешком, чтобы подышать свежим воздухом и переварить события последнего часа. Он еще не привык к безразличию своего руководства и к беспроигрышной системе расследования: главное – прикрыть свой зад. Он всем сердцем желал проявить себя.
«У меня нет достойных кадров».
Федора задели, обидели уже ставшие привычными слова полковника о беспомощности местных служащих. Он шел, пиная носком ботинка камень, и размышлял об упущенной возможности. Нужно было собраться с мыслями и решить, что делать дальше. Со своей службой, с начальством и со всеми этими убийствами.
«А теперь пусть ему специалистов выпишут, у него, понимаете ли, нет подходящих кадров… Урод. Самый настоящий. Урод».
Федор посмотрел на небо. Красивое звездное небо, ни облачка. Таких звезд в городе не увидишь. «Хоть в этом можно не сомневаться, – подумал он и затоптал окурок. – А еще в том, что я изначально был прав – водители стали жертвами серийного маньяка».
Глава 8
– Рами, постарайся разговаривать с ним помягче.
– Ты же знаешь, я сама вежливость.
Никита покачал головой:
– Знаю, потому и предупреждаю. Этот человек… Он, как тут выразиться? Чересчур ранимый.
– Не нуди, разберемся.
Рамуте нажала на звонок, за дверью послышались шаги.
– Если что, его зовут Валентин.
– Угу, Валя, значит.
– Нет, он настаивает на том, чтобы его называли…
Дверь приоткрылась. Сквозь образовавшуюся щель выглянуло заспанное лицо.