Симптомы Бессмертия

Виноградов Максим

Она пискнула и отключилась. Так-то лучше. А то распустились! Все за них приходится самому делать!

Закончив с болтовней, пересек гостиную.

В дальнем конце комнаты, под лестничным пролетом схоронился неприметный сейф. Не слишком важный и не супер защищенный, но все же. Внутри — самые разные безделушки, что могут пригодится в любой заварухе. Начиная от запасной одежды и заканчивая оружием.

Набрал код, замок податливо щелкнул. Жалобно скрипнув, отворилась дверца. Я смотрел внутрь, прикидывая, что из барахла может понадобиться. План действий сформировался

не полностью, но в одном я был уверен точно — безответной подобную наглость оставлять нельзя!

Месть. Горящая внутри ярость жаждала мести.

Глава №12

— Ты уверен, что это Макафи?

Джонсон рулил и болтал одновременно. Получалось неплохо. Качественное аккуратное вождение, не привлекающее лишнего внимания. И диалог, отвлекающий от лишних забот.

— Уверен, — мотнул головой, не отрываясь от приготовлений, — Такой кадиллак на весь город едва ли не единственный. К тому же — я им метку оставил. Удостоверимся.

Джон недоверчиво хмыкнул. Не сильно-то его тянуло на разборки с мафией. Тут как ни готовься, всегда есть вероятность влипнуть в большие неприятности. А уж тем более, если как мы сейчас — наобум. Но ничего, вольная импровизация хороша внезапностью. Симметричного ответа эти придурки точно не ожидают.

— Вот она, — Джонсон плавно припарковался у обочины.

Хлопнула дверь, Вера втиснулась на заднее сиденье. Обошлась без приветствий, хоть и признаков особого недовольства не выказывала. Собрана, сосредоточена. Лицо слегка нахмурено. Кулаки сжаты в предвкушении драки.

— Переодевайся, — бросил назад сумку с одеждой, — Пока введу в курс дела.

Рассказывал про нападение, мельком поглядывая через плечо. Вера завозилась, стягивая повседневное облачение. Сиденье жалобно взвыло под напором атлетки.

Она сбросила куртку, футболку стащила через голову. Под футболкой не оказалось ничего. Точнее только тело — поджарое, мускулистое, накаченное. Глаза невольно скосились на грудь, где только задорно торчащие соски выдавали гендерную принадлежность.

Натянув черную водолазку, Вера схватилась за брюки. Я опасался худшего, но трусики она все же соизволила надеть, так что конфуза не случилось. Вытянув ноги, перевитые жгутами мышц, девушка натянула спортивные штаны.

— Итого: заходим, избиваем, исчезаем, — подытожил нехитрый план, — Без криков, без паники и, желательно, без жертв.

— Как мы узнаем, что они в баре? — буркнула Вера, натягивая черную же шапочку.

— Это территория Макафи, они постоянно там торчат. Посмотрим, если машина на стоянке — значит и люди на месте. Заодно проверим, тот ли автомобиль.

— Огнестрел?

— Не хотелось бы. Джонсон возьмет, но только на крайний случай.

Портер кивнула, натягивая на пудовые кулачищи перчатки. Это мне в ней и нравилось — суровость, немногословность, решительность. Как у мужика.

— Идем инкогнито? — уточнила она.

— Конечно. Нас не должны узнать ни в коем случае. Джонсон, тормозни загодя. Отыщем местечко поукромнее.

Он так и сделал: автомобиль нырнул в темный

переулок, а потом втиснулся в совсем уж узкий неприметный лаз, едва не задевая бортами стены.

— Далековато? — переспросила Вера.

— Ничего, пройдем дворами, — Джонсон уже выбирался наружу, — Зато хрен найдешь! И опознать тачку не получится.

Холодный воздух отрезвляюще ударил в лицо. В предвкушении заварухи началась адреналиновая трясучка, переходящая в откровенный мандраж. Теперь план уже не казался таким уж замечательным. Но другого выхода нет — или пан, или пропал.

Джон вел через мрачные дворики, почти целиком погруженные во тьму. В его руках чуть заметно поблескивал внушительный пулевик — наш козырь на случай, если что-то пойдет не так. Вера вооружилась двумя кастетами, плотно облегающими запястье. Я же предпочитал нечто более внушительное — на поясе болталась резиновая дубинка. Тяжелая, надежная, не раз испытанная в переделках. С металлическим сердечником, залитым свинцом.

Выход на освещенную улицу маячил, словно портал в другой мир. Ослепительно яркая арка на фоне бесконечной серой полутьмы. Джонсон кратко мотнул головой — место назначения в шаговом доступе. По сути, осталось перейти дорогу.

Вот теперь стало по настоящему страшно. Стиснул зубы, чтобы не выдать себя их перестуком. Ничего, как дойдет до дела — мандраж как рукой снимет. Это все от предвкушения. Последствия излишне богатой фантазии.

— Маски! — шикнул на товарищей, опуская собственную шапочку на лицо.

Мы вышли из тьмы — три фигуры, с ног до головы укутанные в черное. Скорым шагом преодолели проезжую часть. Пара случайных прохожих проводили настороженными — что за маскарад? — взглядами.

Вывеска бара светилась синевато-зеленым оттенком. Перед входом никого. В небольшом закутке две машины, одна из которых — хорошо знакомый кадиллак.

В два шага переместился туда, взгляд ощупал задок автомобиля. Мотнул головой, указывая на явно недавние повреждения: левый фонарь расколот вдребезги. Следов от пули не видно, да их и не определишь при поверхностном осмотре, так что доказательство так себе. Но мы не в суде. Для меня все достаточно очевидно. Джонсон кивнул, принимая мою правоту. А Вера, кажется, и вовсе не интересовалась подоплекой — ей лишь бы подраться.

Поднял руку, указывая на бар. Соратники понимали все без слов — за годы совместной работы взаимодействие дошло до автоматизма. Режим молчания в подобных случаях включался сам собой.

Дубинка переместилась в правую руку, левая решительно толкнула входную дверь.

Звякнул колокольчик, я влетел внутрь, набирая скорость. За спиной мелькнули две тени — товарищи не отставали.

Мягкое освещение, приглушенная музыка. Прямо от входа — высокая барная стойка, где расслабленно попивали пивко два здоровяка. Не раздумывая, дубиной по черепу — минус один. И на противоходе — удар второму.

Вера черной стрелой пронеслась над стойкой. Бармен, если и хотел что-то предпринять — не успел. Здоровенный кулак, усиленный сталью, впечатался ему в подреберье. Бедолага охнул, будто прощаясь с жизнью.