Символ любви

Д'Алессандро Джеки

— Нет, не думаю. Перед отъездом я был у него. Брат ужасно обрадовался, узнав о моей поездке, — во всяком случае, мне так показалось.

— И больше вы никому не говорили о ваших планах?

— Никому. А вы?

— Только Виктории. У Грегори было время, чтобы договориться с теми, кто напал на вас.

Стивен вздохнул:

— Боже мой, Джастин… Я всегда был невысокого мнения о брате, но мне и в голову не приходило, что Грегори способен на убийство.

— Полагаю, что сейчас следует обсудить, как обезопасить

вас, — проговорил граф.

Стивен помолчал, собираясь с мыслями. Наконец заговорил:

— Полагаю, что мой враг, кто бы он ни был, надеется, что меня нет в живых.

— Да, конечно, — кивнул Джастин. — И он будет ошеломлен, когда вы появитесь в Лондоне.

— Согласен. Но я думаю, что мне сейчас не стоит появляться в столице. Думаю, будет лучше, если я останусь здесь до полного выздоровления. Пока же вы можете заняться тайным расследованием. Понаблюдайте за действиями Грегори. И за Лоуренсом.

— Считайте, что это уже сделано, — проговорил Джастин. — Но вряд ли вы сможете оставаться здесь слишком долго.

— Да, верно. Назначим какой-то срок… Скажем, две-три недели. А вы тем временем что-нибудь разузнаете. Если же вы так ничего и не узнаете о моем враге, то я появлюсь в Лондоне, и, возможно, ошеломленный преступник сам себя выдаст.

— Надеюсь, — сказал граф. — Но. если он не растеряется и предпримет еще одну попытку убить вас?

— Мы знаем, кого следует опасаться, так что будем готовы, — заявил Стивен. — Если ничего другого не получится, устроим ловушку — используем меня как приманку.

— Мне это совсем не нравится, — проворчал Джастин.
–

Слишком уж рискованно.

— Мне и самому это не по душе, — сказал Стивен. — Но другого выхода нет. Если нам повезет, преступник выдаст себя в течение нескольких недель. А если нет, то у меня будет достаточно времени, чтобы поправиться до возвращения в Лондон.

— Можно сделать еще кое-что… — в задумчивости проговорил Джастин. — Возможно, убийца, не обнаружив ваш труп, начнет беспокоиться. Я спрошу у мисс Олбрайт, где именно она нашла вас, и пошлю туда кого-нибудь, чтобы проследить, не бродит ли кто-нибудь в тех местах в поисках вашего тела.

— Превосходный план. Хотя, может быть, уже поздно. Ведь я пролежал здесь целую неделю.

Джастин нахмурился.

— Да, верно. Если убийца заподозрит, что вы живы, он начнет вас разыскивать. — Граф пристально посмотрел на друга. — И он может отыскать вас здесь.

Стивен задумался.

— Возможно, вы правы, — сказал он наконец. — Но все-таки надеюсь, что он не найдет меня. Судя по тому, что говорит мисс Олбрайт, мы находимся часах в двух езды от того места, где было совершено нападение. Если наш приятель начнет нервничать, он наверняка допустит какую-нибудь ошибку.

— Что вы станете делать, если окажется, что вас преследует Грегори?

Стивен пожал плечами.

— Вы

прекрасно, знаете какие у меня отношения с братом. Если Грегори действительно пытается меня убить, пусть отправляется к дьяволу. Там ему и место.

Они повернули к дому и довольно долго шли молча. Наконец Джастин спросил:

— Вы сказали мисс Олбрайт, что вы домашний учитель?

— Да. Они считают, что родственников у меня нет и что меня зовут Стивен Барретсон.

Джастин рассмеялся:

— Домашний учитель? Не представляю вас в этой роли, Стивен пристально посмотрел на друга:

— Полагаю, это довольно удачная выдумка.

— О да, чрезвычайно удачная, — усмехнулся Джастин. — Скажите, а кто такая мисс Олбрайт? Почему ее родители разрешают дочери разъезжать ночью по лесным дорогам? А человек, открывший мне дверь… Надеюсь, этот грубиян — не отец ей?

— Нет. Ее родители умерли.

Граф в изумлении уставился на друга:

— Умерли? Но кто же о ней заботится? Стивен рассмеялся:

— Кто заботится? Никто. Зато она заботится о младших братьях и сестрах. Кроме того, в доме живут ее глухая тетка и трое слуг. Причем один из них не в состоянии найти собственные очки, другой — тот грубиян, о котором вы говорили, а третий — повар-француз, который обожает разбрасывать по кухне горшки и сковородки.

Джастин неожиданно улыбнулся:

— Стивен, вы шутите? Маркиз покачал головой:

— Я говорю совершенно серьезно. Эти Олбрайты — удивительное семейство. Детям разрешается бегать где угодно без присмотра. Самая младшая — шестилетняя Келли. Еще есть четырнадцатилетний Эндрю и одиннадцатилетний Натан — оба просто дьяволята. Правда, восемнадцатилетняя Памела — вежливая и воспитанная девушка.

Джастин рассмеялся:

— Действительно, странный дом. А что вы думаете о вашей спасительнице? Мне кажется, она очень привлекательна.

Стивен пожал плечами:

— Вы так считаете?

— Разумеется, — кивнул Джастин. — У нее прекрасная фигура и чудесные глаза. Разве вы со мной не согласны?

— Я как-то не обратил внимания, — солгал Стивен.

— Не обратили внимания? — удивился граф. — Но у нее не только чудесные глаза — у нее замечательные локоны. А губки… У нее такие…

— Джастин, довольно, — перебил Стивен. Мысль о том, что Джастин обратил внимание на фигуру Хейли и ее губы, почему-то вызывала у него раздражение. — Вспомните, с кем вы разговариваете. Ведь я — брат вашей жены. Полагаю, Виктории не понравились бы ваши слова.

Джастин изобразил удивление:

— Но я не имел в виду ничего дурного. Вы провели целую неделю в обществе мисс Олбрайт и не удосужились заметить то, что большинство мужчин, в том числе и состоящие в счастливом браке, заметили бы сразу же. Скажите, неужели вы действительно не оценили ее очевидных достоинств?