Символ Веры

Николаев Игорь Игоревич

– Аригато, - представился главарь встречавших, молодой африканец с ослепительной, белоснежной улыбкой, в которой не хватало примерно четверти зубов.

Неожиданно для всех Гильермо рассмеялся, попытался замолчать, но так и не сумел, в конце концов раскашлявшись и задыхаясь. Хольг напрягся, однако черный командир, похоже, совершенно не обиделся на странную реакцию доминиканца.

– Но можете называть меня Адигартуо, - добродушно разрешил молодой негр со щербатой улыбкой.
– Если выговорите. А пока - прошу.

Он широким жестом пригласил ганзу к четырехосному грузовику, старенькому, но вполне рабочему

на вид.

– Куда едем?
– без особой надежды спросил Хольг.

– Туда, откуда можно вернуться, - исчерпывающе ответил Аригато.
– Если повезет. И пистолеты в сумку сложите, там они вам не понадобятся.

Один из мрачных негров молча и очень демонстративно тряхнул обширной сумой, судя по старому клейму - баулом Орлеанского экспедиционного корпуса.

– Разоружаемся, - вздохнул фюрер, подумав, что как-то быстро и нехорошо закончился дальний путь. Хольг уже прикидывал, как можно поторговаться с захватчиками, благо сразу беглецов не пристрелили, и это внушало некоторые надежды. Однако в конце долгого тряского пути под наглухо закрытым тентом их ждал большой сюрприз.

– Здравствуйте, товарищи, - умеренно дружелюбно и почти весело сказал еще один африканец. В отличие от прочих он был одет достаточно легко, поверх почти тропической формы без знаков различия перекрещивались ремни офицерской портупеи. Явный командир. Высокий, налысо бритый, с тонкой ниточкой усов, подстриженных столь щегольски и аккуратно, что место им было скорее в Париже, на худой конец в городах итальянского юга. Красный шарф в мелкую черную клеточку закутывал командирскую шею, и при одном лишь взгляде на красно-черную повязку Хольг понял, с кем его свела судьба.

– Товарищи?
– вежливо переспросил фюрер, от всей души надеясь ошибиться.
– Мы теперь друзья?

– Нет, - улыбнулся Антуан Торрес по прозвищу Капитан.
– Но у нас так принято. В Народном Антиимпериалистическом Фронте все друг другу братья и товарищи.

Капитан обозрел ганзу и после секундного раздумья двинул сверху вниз сложенными указательным и средним пальцами, словно разделяя контрабандистов на две группы

– Вы мне пока не нужны. Можете отдыхать и быть свободными ... в разумных пределах. Охрана стреляет без предупреждения. Вы же - прошу за мной.

Гильермо и Хольг переглянулись, разом качнули головами и зашагали вслед за Торресом и Аригато. С лица фюрера можно было выжимать лимонный сок для самого кислого коктейля на свете. Гильермо же наоборот, озирался вокруг с нескрываемым и живым любопытством.

– Полевой лагерь?
– осторожно поинтересовался Хольг.

– Да, временная батальонная станция, - на удивление добродушно отозвался Капитан.
– Скоро снимаемся, поэтому вы и здесь.

Торрес не стал развивать тему, тем более, что все и так было понятно. Диспозиция не обещала быстрого расстрела, и Хольг снова задумался над вопросом о торговле.

– Садитесь, - Торрес указал на походные складные стульчики из алюминиевых рамок и брезента.
– Накиньте что-нибудь на его высокопреосвященство, - приказал Капитан ординарцу.
– А то замерзнет.

– Я не высоко...
– начал было возражать Леон, однако Торрес оборвал его небрежным взмахом ладони.

– Неважно. Шинель.

Ветер трепал брезентовый, выцветший тент, пытался сорвать стопку бумаг

с походного столика. Тяжелое пресс-папье из гильзы малокалиберного снаряда не позволяло. Только сейчас Гильермо почувствовал, что и в самом деле замерз. После теплого, даже немного душного грузовика здесь было холодно. Точнее ветрено. При ярком, ощутимо жарком солнце воздух казался ледяным, как будто стекал с векового ледника. Ординарец, на этот раз явный азиат в ватнике, принес длинную теплую шинель и накинул на плечи Боскэ. Гильермо благодарно кивнул и немедленно завернулся в нее поплотнее. Хольг поднял воротник куртки, однако ему шинель никто не предложил.

– Я слышал, вы взяли с собой много черных ... помощников, - заметил фюрер.
– Слухи не лгут.

– Это так, - согласился Капитан.
– Обстрелянный чернокожий офицер плюс опытный китайский рядовой дают в сочетании отличный результат. Но мы здесь не для того, чтобы обсуждать вопросы организации Фронта.

Хольг правильно понял недвусмысленную рекомендацию и замолчал, ожидая расспросов.

Капитан поправил знаменитый красный шарф-куфию, немного подумал, шевеля тонкими, но сильными пальцами с бледными лунками ногтей.

– Итак, куда вы собирались далее?
– спросил он, наконец, без прелюдий.
– Ватикан в другой стороне, странно добираться до него через китайский Хэбэй.

– Мне кажется. вы неправильно ...
– начал Хольг, помолчал и попробовал по-другому.
– Кажется, вы нас не за тех...

– Дружище, - мягко, не показывая зубов, улыбнулся Капитан.
– В тех местах, где я учился воевать, принято отрезать допрашиваемому палец после первого намека на ложь. Впрочем, допустимы вариации - можно отрезать не палец, а сразу кисть. Или что-нибудь другое, менее продублированное природой. Можно не после обмана, а до начала собственно беседы, так сказать профилактически. Мне стоит подумать над старыми традициями?

– Нет, - сдался Хольг.
– Не стоит. Вы знаете, кто мы?

– Да, - коротко вымолвил Торрес.
– Залог победы - знание и разведка. Я знаю обо всем, что происходит в здешних краях, а вы неудачно засветились при посадке.

– Морские перевозки...
– догадался Хольг.
– Оружие для Фронта. Как неудачно мы выбрали корабль...

– Умный белый мальчик, - на сей раз без улыбки отметил Капитан.
– Но я не слышу ответов.

– Его предали, - мрачно сказал Хольг, качнув головой в сторону доминиканца.
– И его покровителя тоже. Мы не знали, к кому обратиться, и я решил, что нам лучше уехать как можно дальше, чтобы запутать все следы. Туда, где много людей, всем на всех наплевать и откуда можно уже не торопясь послать весточку.

– Дашур?
– с прищуром уточнил Торрес.

– Да. Морем до порта и затем спуститься с севера на юг через «Угольный подвал». Ошиблись, видно.

– Не совсем, - с легким одобрением качнул головой Капитан.
– Насколько я могу судить, от своих преследователей вы действительно оторвались. В порту вас встречали только мои люди.

– Отпустите нас, - попросил Хольг, решив не тянуть.
– Он дорого стоит, вы окажетесь в профите.

– А вот здесь, друг мой, сокрыта большая проблема выбора, - развел руками Торрес.
– И чтобы решить ее, потребуется некоторый умственный атлетизм. Почему я собственно и решил посмотреть на вас лично.