СИН СИН МИН

Раджниш Бхагаван Шри

Все противоположности совместны в существовании. Внутри вы разделены — вовне они разделены. Когда вы падаете к вашему источнику и становитесь едины, все существование внезапно падает на одну линию и становится единым. Когда вы едины, появляется брахма, появляется изначальное, потому что одному может явиться только одно, двум — два, многим — многое. А вы множественны — вы есть толпа, даже не два. У вас много, много душ внутри.

Гурджиев обычно говорил,

что есть дом, где никто не знает, кто хозяин. Там много людей, каждый является гостем, но поскольку никто не знает, кто хозяин, каждый думает, что хозяин — он, поэтому каждый, кто стал могущественным в данный момент, играет роль хозяина.

Когда гнев становится могущественным, он становится хозяином. Когда ревность становится могущественной, она становится хозяином.

Но это нескончаемая борьба, ибо гостей много и каждый хочет быть хозяином, владельцем. А никто не знает, кто владелец: он либо уехал в длительное путешествие и не вернулся, либо глубоко спит.

Ваша душа крепко спит, отсюда и настояние всех Иисусов, Кришн, Будд: «Проснитесь!». Иисус употребляет слово «проснитесь» много, много раз: проснитесь, наблюдайте, будьте бдительны. Будда говорит: станьте более сознательными.

Смысл один: если вы станете сознательными, хозяин появится. В тот же момент — и в этом его красота — когда появляется хозяин, гости исчезают. В тот момент, когда хозяин входит, слуги просто падают ниц и становятся слугами — они не заявляют, что они хозяева.

Поэтому реальная проблема не в том, чтобы бороться с гневом, ревностью, ненавистью. Настоящая проблема в том, чтобы пребывать в хозяине, сделать его сознательным. Если он сознателен, все устраивается верно. Но эта сознательность возможна, только если вы припадаете к источнику.

Ум вынужден оставаться разделенным, он не может стать единым — такова сама природа ума. Попытайтесь понять его природу, тогда эти сутры Сосана станут ясными, очевидными.

Природа ума такова, что он смотрит на вещь так, что в нее должна быть привнесена противоположность. Без противоположности ум не может понять. Если я говорю: «Что такое свет?» — как ум поймет? Немедленно должна быть привнесена тьма.

Если вы обратитесь к словарю, то поймете, что словарь — это порочный круг. Если вы ищете определение, словарь говорит: это то, что не есть тьма. Чтобы определить свет, должна быть привлечена тьма. Что за нонсенс. А когда вы обратитесь к определению тьмы, вы будете удивлены — тогда должен быть привлечен свет. «Что такое тьма?» — на это говорится: «То, что не есть свет».

Вы не определили ничего, ибо оба остались неопределимым и через одно неопределимое как можете вы определить другое, которое не определено? Вся игра словаря такова, что вы никогда не смотрите в целом.

Если вы спрашиваете лингвистов, что такое разум, они говорят: не материя. А если вы спрашиваете, что такое материя, они говорят: не разум. Ничто не определено. Как может один неопределенный термин определить другой? Если я спрашиваю вас, где вы живете,

вы говорите: я являюсь соседом А. Если я спрашиваю вас, где живет этот А, вы говорите: он мой сосед. Как мне найти место, где вы живете? Ведь ни А, ни вы не определены: А живет около В, а В живет около А. Но ведь так и происходит: ум не может понять что-либо, если не привнесена противоположность, потому что ум становится способным видеть через контраст. Жизнь не может быть понята, если нет смерти; и невозможно ощутить счастье, если нет несчастья. Как вы ощутите здоровье, если вы никогда не знали болезни? Возможно, вы здоровы, но вы не можете это почувствовать. Быть здоровым можно без болезни, но ум не может отметить этого — ум не может познать это. Вам надо заболеть.

Для ума, чтобы быть святым, человеку надо сначала быть грешником, чтобы быть здоровым, вам надо быть больным; чтобы любить, вам, надо ненавидеть. Если вы любите и нет ненависти, вы будете неспособны знать: ваш ум не сможет это отметить каким-либо образом. И никто не сможет узнать этого.

В этом проблема с Буддой или Иисусом: Будда полон любви, но мы не можем обнаружить его любовь — у него нет контрастного фона, нет ненависти. Мы никогда не видели ненависти в его глазах, мы никогда не видели гнева в его глазах, как же мы можем узнать, что он любит? Его любовь становится необъяснимой.

Для ума нечто является объяснимым, если привносится противоположность; вы фальсифицируете существование, потому что в существовании нет ничего похожего на противоположность.

Ум двигается через противоположность, а существование едино. Существование есть адвайта, существование является не-дуальным — там нет проблемы. Где граница дня: где день останавливается, где промежуток? Там нет границы: день просто растворяется в ночь, он расплывается в ночь; ночь опять растворяется в день. Жизнь едина, существование едино — ум дуален.

Поэтому если вы продолжаете делать выбор, вы никогда не придете к источнику: тогда вы будете цепляться за жизнь и будете бояться смерти; тогда вы будете цепляться за любовь и будете бояться ненависти; тогда вы будете цепляться за хорошее и будете бояться плохого; тогда вы будете цепляться за Бога и бояться Дьявола.

Жизнь едина — Бог, Дьявол — едина. Нет деления, где кончается Бог и где начинается Дьявол — его не может быть. В жизни Рама и Равана едины, но для ума они — враги, они борются. Для ума все есть конфликт — это война. Если вы выбираете, тогда вы остаетесь частью игры. А как не выбирать — это целое искусство религии: как окунуться в невыбираемость.

Но помните: не выбирайте невыбираемость, иначе слушая меня или Сосана, или Кришнамурти, вы станете очарованы словом «невыбираемость». Ваш ум скажет: «Это очень хорошо. Тогда возможен экстаз, тебя ожидает много блаженства, если ты станешь невыбирающим. Тогда дверь таинств жизни откроется».

Ум чувствует алчность. Ум говорит: «Отлично, итак, я выбираю невыбираемость». Дверь закрыта, только табличка изменилась, но вы стали жертвой старого трюка.