Синдбад-Наме
Шрифт:
Но слуга оказался счастливее хозяина, а любимая оказалась менее верной, чем любящий ее:
Добро пожаловать, гонец! Вводи верблюда поскорей, Ведь для меня лицо твое лица пославшего милей.Слуга потребовал, чтобы прежде чем *сборщик свидания получит подать для своего *дивана, расплатились с ним за его службу привратника. Женщина ответила:
— Я и тебе спою те же песни и дам вознаграждение.
Юноша поклонился и прочел такие стихи:
Благородно— Цель любви и смысл страсти, — продолжал он, — внимательно читать каждую тайну, начертанную на страницах сердца любимого. Именно об этом говорится в изречении: «Сердца — зерцала для сердец».
Пускай тела разлучены — что значат расстоянья, Когда друг другу шлют сердца издалека посланья. Весь мир — и запад и восток — открыт для душ влюбленных, Повсюду в мире место есть для нового свиданья!— Тот, кому недоступны тайны любви, не человек, а грубое животное. Зато там, где обитает чистота человеческой природы, вино приобретает цвет того сосуда, в который оно налито.
*Прозрачно стекло, прозрачно вино,— И схожее вновь соединено. Ты видишь только вино, а не чашу, Ты видишь чашу, а не вино.Язык влюбленных выдает их переживания, тайна одного становится тайной другого, все секреты делаются общими.
Я буду с тобою всегда, мой друг, и здесь, и в дальней стране. Я тайны свои подарю тебе, а ты свои тайны — мне.Когда сливаются воедино вино и души, когда соединяются утренняя пора и утреннее вино, тогда начало любви бывает сладостным, а конец— позорным. Воин, видя, что слуга задерживается в убежище наслаждения и на пастбище вожделения, стал беспокоиться. Он опоясался мечом и отправился к дому возлюбленной. По дороге он говорил сам себе:
Клянусь Аллахом, если ты, как месяц, скроешься за тучу, То и тогда меня клинок не отвратит от луноликой.Остановившись у ворот, он дернул колокольчик, давая о себе знать. Тут слуга воскликнул:
— Ах! *«Многие желания кончаются смертью». О женщина! Ты захотела погубить нас обоих и навлекла эту судьбу и на себя и на меня. Что ж мне делать? Кто поможет мне в беде?
— Не бойся и не теряйся, — ответила ему любовница. — Войди в этот чуланчик и спрячься в темноте.
С этими словами она открыла дверь и вышла навстречу воину. Тот вошел в дом и спросил:
— Почему ты так задержалась? Зачем заставила меня ждать так долго? Я отправил к тебе рано поутру гонца, вручив ему письмо, а сам ожидал
— О смысл моей жизни! — ответила любовница. — О краса веселья! Что ж, хотя басни о записке и гонце и чистейшая ложь, их приятно слышать! Если бы твой гонец действительно прибыл, я оказала бы ему почести, как рабыня. Я уже собиралась, не требуя услуг и не прося посланца, прийти к тебе и обрести счастье свидания с тобой. Но в тебе оказалось столько великодушия и доброты, что ты сам пришел ко мне!
Величие ты проявил опять, Любимого мне разрешив обнять.— Входи же! Как бы ни была тесна комнатка, свиданию и объятиям ведь это не мешает!
И они тут же вошли в альков и легли в постель. Но не успели они перейти от поцелуев и объятий к шароварам, не успела еще зима разлуки обернуться весной единения, как подоспел хозяин дома и дернул за колокольчик у двери.
— Идет твой муж! — встревоженно вскричал любовник. — Он затеет драку со мной, схватит меня за шиворот и разразится скандал. Если об этом прослышит правитель, он разругает меня в пух и прах. Спрятала бы ты меня в этот чуланчик!
Любовница испугалась — ведь в чуланчике был слуга — и сказала:
— Не бойся! Вытащи меч из ножен, распахни будто в ярости и гневе дверь дома и, выйдя из дома, начни угрожать и мне, и мужу. Ни на кого не обращай внимания и ступай своей дорогой.
Воин так и поступил. Он обнажил меч, выбежал из дому, грудь нараспашку, и стал кричать:
— Немедленно этому будет положен конец! И каждый будет наказан по заслугам! У трона султана мне не понадобятся ни * хаджиб, ни привратник!
И он, выкрикивая подобные несуразные угрозы, ушел прочь. Муж же, видя его ярость и гнев и слыша его угрозы, подумал:
— Может, он перепутал дом, собираясь напасть на какого-нибудь мусульманина? Да защитит нас Аллах от этого дерзкого шайтана и наглого насильника!
И он в растерянности вошел в дом и обратился к жене:
— Что за шум? Что случилось? Кто этот человек и кому он угрожает?
Жена подбежала к мужу и воскликнула:
— О муж! Преклонись перед богом в молитвах и восхвали его! Поклянись, что ты раздашь милостыню нищим, раз всевышний бог отвратил от нас такую беду.
— В чем дело? — спросил муж. — Радость спасения велика, но что страшного могло случиться?
— Я сидела ни о чем не ведая, — начала жена, — и вдруг в дом вбежал юноша, скрываясь от кого-то, испуганный и дрожащий. Его лицо побледнело от ужаса, страх перед наказанием похитил его разум и рассудок. Он стал заклинать и униженно просить спрятать его в доме. Он умолял: «Купи мою душу и пожертвуй ею ради спасения своей души! За мной следует жестокий насильник, бессердечный убийца, он хочет лишить меня жизни». Гонимый испугом и страхом, ужасом и боязнью, он вбежал в чулан, прикрылся всякой рухлядью, и в ту же минуту в дом, словно пламя, ворвался тот насильник с мечом в руке. Он рычал, как лев, как барс, ревел, как дракон, как крокодил. Мне показалось, что это бесстрашный *3аххак нападает на *Джамшида или же *Бахрам сражается с *Анахитой. Он накинулся на меня: «Куда исчез этот юноша? Куда ты его спрятала?»