Синее пламя
Шрифт:
Дэйт выхватил кинжал, приставил его к шее женщины, сильно прижав натянувшуюся под кадыком кожу. Смотрел он только на пляшущее на фитиле ярко-синее пламя.
– Стой! – резко приказала герцогиня, вскакивая с места. – Стой, мастер Дэйт!
Локоть, уже было начавший опускаться, застыл, и полотно клинка лишь оставило бледную розовую полоску на коже.
– Объясни. Огонь горит синим. Дай ей сказать!
Последние слова были обращены к Дэйту, и он, державший женщину в тисках, недовольно ворча, чуть отвел клинок от шеи.
– Не только когда
– Да. Но ты не заблудившаяся, а здесь не Летос! – Герцог держал руку на оружии.
– Я асторэ.
Повисла гнетущая тишина, и Рукавичка, понимая, что ей не верят, продолжила:
– Кто-то из моих предков был им. Когда я ослепла и Вэйрэн указал мне путь, я поняла, какая кровь течет во мне. Такая же, как и в нем.
– Асторэ или шаутт, какая разница? – Дэйт очень хотел перерезать ей горло.
– Они сражались друг с другом, – напомнил ему герцог. – Асторэ знают, как убивать демонов.
– Демоны – это бывшие асторэ. Одного поля ягоды, которых убивали таувины. Она не человек!
– Я человек, мастер Дэйт, – возразила Рукавичка. – Я родилась человеком, воспитывалась людьми и остаюсь им. А сила предков, что живет во мне… я не просила о ней. Таувинов, чтобы справляться с шауттами, давно нет. А асторэ перед вами. И я могу и умею изгонять зло.
– А если ты все же шаутт и лжешь нам?
Она ответила ровно, хотя ее лицо стало еще белее, чем прежде:
– Тогда, ваша милость, этот кинжал не остановит меня. И у меня уже несколько минут была возможность убить вас всех. Но я не шаутт. И вам придется поверить в это. Или убить меня. Но тогда я не смогу спасти ни вас, ни вашего ребенка, когда зло вернется сюда на крыльях лунного света и подковах теней.
Герцог развел руками, вновь сказал жене, все еще ошеломленный увиденным:
– Твой выбор, Захира.
Герцогиня несколько мгновений смотрела на гостью, затем задула пламя на свече.
– Мастер Дэйт, отведи ее в комнаты, смежные с комнатами моего сына. Поставь охрану. Позаботься, чтобы слуги не беспокоили ее ночью и она никуда не выходила. И чтобы огонь не горел рядом с ней в то время, когда поблизости люди. Скажи кастеляну, чтобы снабдил ее всем необходимым.
– Благодарю, моя госпожа, – тихо сказала Рукавичка. – Вы не пожалеете.
– Я уже жалею. Ступай с миром.
Глава седьмая
Чужие
В первые месяцы после Катаклизма для кого-то пламя стало спасением, а кому-то принесло смерть. Слишком многие приходят на огонь, но не все из них хорошие люди. Убийцы, мародеры, каннибалы. Я успел повидать многих. Люди отчаялись и превратились в животных. Подумать только, всего лишь десять лет назад наш мир казался незыблем. До чего же мы докатились?
– Бесполезно, – сдался Тэо. – У меня просто не хватает сил.
Его лицо блестело от пота и заострилось, стало совершенно незнакомым,
Огромные камни, завалившие дверной проем, не сдвинулись даже на толщину волоса.
– Вижу. – Голос у Шерон охрип, так долго она тщетно пыталась докричаться до Мильвио и Лавиани. – Вижу.
Девушка села у огня, пытаясь успокоиться и собраться с мыслями.
– Слушай, – Тэо присел рядом, – мы не сможем пробраться к ним. Никто не сможет. Случилось по крайней мере три обвала. Но это не значит, что все потеряно. Из зала был и другой выход. Наверняка они найдут новую дорогу.
Глаза у Шерон остались сухими.
– Пол под Лавиани провалился, Тэо. А она, при всех ее способностях, не такая ловкая, как ты. И не умеет летать.
Акробат не опустил взгляд:
– Сойка скользкая как угорь. И бывала в переделках похлеще этой. Уверен, что с ней все в порядке, если только провал сразу не ведет на ту сторону. Дай, пожалуйста, воды.
Он пил долго, затем вытер мокрые губы рукавом и предложил:
– Возле лестницы, по которой мы сюда спустились, был ход в западную часть башни. Вдруг там найдется второй путь в зал с фресками. Надо проверить.
– Да! – Шерон порывисто встала. – Так и поступим. Мы не можем уйти и оставить их, пока не испробуем все варианты.
– Тсс! – Тэо поднял руку, хмурясь. – Слышишь?
– Шаги! Шаги на лестнице! – В ее голосе послышалось облегчение. – Они сами нас нашли!
Указывающая застыла, когда в зале появились трое в засыпанной снегом одежде. Шарфы закрывали нижнюю половину их лиц.
– Ну и метет, – произнес один из гостей, оказавшийся женщиной, вооруженной коротким роговым луком. – Мир вашему очагу.
– И вам мир, – спокойно сказал им Тэо, выходя вперед и закрывая девушку.
Женщина сняла шарф, шапку. У нее были короткие соломенные волосы, неаккуратно подстриженные, липнущие к некрасивому бледному лицу. Она была чуть старше Шерон и отличалась от нее, как луна отличается от солнца.
– Я Мардж. – По выговору она казалась уроженкой Давора, слишком протяжные гласные и яркое «а». – Простите, если помешали вам и если вдруг напугали. Мы заблудились в ущельях, потеряв несколько дней. Пришлось бросить лошадей. А теперь еще буран застал нас в пути. Надеюсь, мы не очень вас стесним.
– Нисколько. – Шерон думала о костре, который разожгла. Решая, как придется выкручиваться.
– Странное у вас пламя. – Мужчина, вооруженный топором, через ремень переброшенным за спину, вышел вперед. У него были впалые щеки, казавшиеся темно-синими из-за проступающей щетины. – Что это?
– Камни Ут. Купил у одного торговца, который привез их из Черной земли. Хорошо заменяют дрова, пока не прогорят, – беззаботно ответил Тэо, сочиняя на ходу.
– Никогда не слышал. – Воин с некоторой опаской протянул к огню руки в шерстяных перчатках с обрезанными пальцами, греясь. – А я уж подумал, какая-то темная магия.