Синее пламя
Шрифт:
Она шагнула влево, ее противник вправо, сохраняя дистанцию. Он уже понял, что подпустить женщину ближе – чревато большими неприятностями. На подшаге [18] он ей проигрывал в скорости. Мильвио старался удерживать ее подальше от себя, благодаря длине бастарда.
Связываться с мечом было себе дороже, парировать тяжеленный клинок ее ножом не имело никакого смысла – в лучшем случае она бы выбила себе запястье. В худшем – проиграла бой.
Внезапно Мильвио оказался рядом, меч, шурша, распорол воздух,
18
Подшаг – мера фехтовального расстояния, используемая в южных школах. Равна ближней дистанции.
Сойка, порядком раздраженная тем, что бой не удалось закончить, поднырнула под нее, пропуская в опасной близости от виска. Врезалась плечом южанину в бок, подставила бедро и, широко взмахнув рукой, точно раскидывая зерно, опрокинула потерявшего равновесие парня на совсем недавно появившиеся из-под земли ростки мать-и-мачехи.
Мильвио оставил меч, схватил обеими руками ее запястье, не давая ножу поразить сердце. Она подивилась, как он силен, постаралась освободиться от хвата, нависая над ним, и тут же оказалась в воздухе, отброшенная прочь.
Приземлилась, сгруппировавшись, пружинисто вскочила на ноги, прыгнула назад. Но проклятый треттинец уже вновь завладел оружием и встретил ее, не вставая с колен.
Точно охотник, сбивающий палкой неловкую, жирную, глупую птицу.
Меч плашмя ударил ее по плечу, и сойка выругалась.
Легла на теплую землю, чувствуя ноющую боль от удара, глубоко вздохнула, глядя на плывущие над ней облака.
– Поздравляю.
– Ты не выглядишь разочарованной, – донесся с края поляны голос Тэо. – Проиграла в первый раз за пять схваток.
– Воспринимаю это как тренировку. Мильвио вон вообще не может отдышаться.
Треттинец хохотнул:
– Ты заставила меня попотеть, сиора. Не ожидал сегодня от тебя такой прыти.
– Многие не ожидают, Фламинго. Стоит признать, что ты неплохой противник. Хотя если бы мы сражались по-настоящему, я бы давно тебя прикончила.
Мильвио вежливо улыбнулся, но спорить не стал. Шерон принесла им котелок набранной в ручье воды, чтобы они напились:
– Что заставляет тебя быть такой уверенной?
– Я бы использовала таланты, девочка. – Лавиани покачала головой так сокрушенно, словно Шерон только что расписалась в собственной беспомощности.
– Всегда есть шанс проиграть. Даже используя магию. – Мильвио сделал несколько скупых глотков.
– Конечно. – Лавиани поднялась с земли, потянулась, довольная днем. – Вся жизнь состоит из случайностей, Фламинго. У меня при себе шесть метательных ножей, и если бы я начала бой с них, то какой был бы шанс, что ты бы увернулся от всех?
– Зависит от твоего
Лавиани оглядела его торс, отметив количество белых шрамов. Их было достаточно.
– Ты словно со стаей взбесившихся кошек дрался, парень.
– Это было давно.
– А вот этот недавний. – Шерон указала на розовую полоску на груди.
– Память о твоей прекрасной стране.
– Ты шутишь?! – огорчилась указывающая. – У нас редко когда случается…
– О, не беспокойся. Твои соотечественники здесь ни при чем. Просто одна неожиданная встреча вылилась в недопонимание.
– Недопонимание… – Лавиани покрутила это слово на языке и так и эдак. – Недопонимание, это когда ты в трактире заказываешь тарелку похлебки, а тебе приносят кружку пива. А тут… желание убить. Впрочем, порез не такой уж и глубокий, хотя выглядел для нежных дамочек, наверное, страшновато.
– Был бы глубже, но меня спасла кольчуга, потерянная на Тропе Любви.
– Я считала, что ты более ловок. И, если честно, ожидала увидеть у тебя на плече золотого карпа.
– Метка мастера клинка знаменитого цеха? Сиора льстит мне.
– Так из-за чего случилось это «недопонимание»? – Шерон все еще беспокоило то, что произошло на Летосе.
– Один приезжий господин хотел убить девушку. А я как раз проходил мимо.
– Ты величайший герой современности, – вздохнула Лавиани. – Наказал мерзавца?
Мильвио вытащил из сумки аккуратно сложенную чистую рубаху из льна, сказал неохотно:
– К сожалению, он не услышал разумных доводов, и пришлось вступать в безобразную драку. Впрочем, это дело прошлое.
– Я же говорю – настоящий герой. Не хвалится собственными подвигами.
Тэо откашлялся и осторожно произнес:
– А скажи, Лавиани. Твоя магия…
– Таланты. У соек это называется талантами, мальчик.
– Хорошо. Твои таланты. Получается, ты их бережешь и используешь очень осторожно. Не в каждом тренировочном бою.
Сойка щелкнула пальцами:
– Ты уже спрашивал у меня как-то о количестве татуировок. Используя талант, мы теряем одну из картинок. Чтобы она восстановилась, требуется время. Не день. И не два. Глупо тратить ценный ресурс на ерунду, мальчик. Потому что если случится неприятность, стоит быть к ней готовой, а не хлопать глазами, надеясь на лучшее. В нашем мире лучшее никогда не случается. Только худшее. Это как стрелы из колчана. Выпустив их по белке, ты останешься безоружным, когда встретишься с медведем.
– Не день и не два, – задумчиво повторила Шерон. – А сколько?
– Тебе это зачем? – В душе сойки пробудилась привычная подозрительность.
– Путь долгий. Мало ли что случится. Я хотела бы знать возможности каждого из нас.
– Возможности, – проворчала та, втыкая нож в дерн. – Они ограничены. Все зависит от того, какой талант используешь, какая луна – растет или убывает… Много что влияет. Но еще ни разу татуировка не возвращалась раньше чем через четыре дня. Обычно шесть… девять.