Синий Охотник
Шрифт:
– Ладно, надеюсь он и вправду может помочь нам стать сильнее, - Пожал плечами Вальтер. Лина только вздохнула.
Ребята постучались в дверь каюты и шеф-повар спросил их, дать им три комнаты на одного, или одну на четверых. Друзья выбрали последнее. Также он показал им душевые кабины и заверил, что с оставленными в лодке ценностями ничего не случиться. Откуда ему было знать, что все немногое, что было у них ценного, вполне помещалось в нагрудный карман Селла.
Комната, которую они заняли, оказалась не очень большой и не обладала изысками: четыре кровати: по две на каждой стороне, большое окно, письменный стол. У каждой кровати стояла тумбочка, а саму комнату на две части делила занавеска. Но внимание Олега привлекла не
– Пере-пере-пере, - Вдруг издала звук улитка, смешно дергая своими толстыми губами. Вальтер издал странный звук, нечто между визгом и рычанием, быстро отпрыгнув от непонятной угрозы. Улитку его кульбиты никак не впечатлили, в отличии от рыдающих от смеха подростков.
– Что... что это за лютая дичь?!
– С перекошенным лицом повернулся к ним Вальтер. Те начали ржать еще больше, смутив этим Олега.
– Ты даже про ден-ден муши не знаешь? Хотя у нас в городе их мало, - Лина невероятным усилием прекратила смеяться.
– Ден-ден муши? Вот эта огромная хрень?
– Да, она самая. Каждый ден-ден муши имеет свой уникальный номер, и если тебе нужно с кем-то связаться, то ты просто набираешь его вот здесь, - и она ткнула пальцем на панцирь улитки, где было что-то вроде диска с цифрами, который часто стоял на старых телефонах прошлого мира Олега. Было странно видеть здесь его воплощение в биологическом виде.
– И что, по ней можно поговорить с кем-то у кого есть такая же штука и чей номер ты знаешь?
– Именно, - довольно произнесла Лина.
– все-таки ты очень понятливый, Вальтер.
– Будешь тут понятливым, когда криповая хрень начнет работать телефоном, - Пробурчал подросток.
– А?
– Нет, ничего, это я так. А что-то еще нужно, там, провода какие-нибудь?
– ощущая себя идиотом спросил Вальтер.
– Провода? Да нет, разве что кормить не забывать, но это проще всего.
– Так они что, живые?
– Разумеется!
– возмутилась Лина.
Олег только плечами пожал, опасливо глядя на телефонную трубку на раковине. В конце-концов, почему бы и не существовать такому способу связи? Возможно и он будет им пользоваться. Когда-нибудь. Потом.
В течение следующих нескольких часов дети успели искупаться, немного перекусить фруктами и спуститься на ужин. Готовил им теперь другой повар, но он не сильно уступал Санджи в кулинарии: его морской еж и рагу из говядины были восхитительны.
Ресторан Барати закрылся ровно в шесть часов. Оказалось, что большинство сотрудников живут здесь же, в ресторане. Дети слышали перебранку между жадным коком и еще кем-то, Санджи решил остаться на кухне. Похоже он был не из тех кто раз признав себя мастером останавливается на достигнутом. Вальтер тоже не стал терять времени даром, тренируясь высвобождать вещи из печати лишь частично. То есть не сразу высвобождать максимум, а постепенно расходовать бесконечный запас, не тратя энергию фруктовика. Олег сразу понял, что подобный эффект может распространиться только на стихийные печати, как он их назвал. То есть печати с воздухом или водой. С той же мукой, порохом или черноземом получалось значительно тяжелее. Лучше всего себя показывали печати с ароматами, их он научился открывать так, чтобы они лишь слегка сквозили. Теперь он и его друзья наслаждались лесной прохладой в жаркий день. "Однако на ночь лучшее ее убрать, и открыть настоящие окна, а то так и простыть недолго." - подумал он.
У Вальтера была еще одна идея, как ему реализовать неполное высвобождение, но это был гораздо более трудоемкий процесс чем с обычным ветром, и Олег не торопил события, твердо
Часов в девять вечера ему захотелось выйти на открытую террасу ресторана. Там он заметил и Санджи, задумчиво смотрящего вниз, на черное море, и курившего самую обычную сигарету.
– Вы уже закончили, Санджи-сан?
– Вежливо поинтересовался Вальтер.
– А, тот самый пацан с потрепанной шлюпки? Ты в курсе, что она протянет не больше месяца в открытом море?
– задумчиво спросил он, выпуская кольцо дыма во мрак.
– Вот как? Я плохо разбираюсь в судах, хотя как навигатор наверное должен это знать, - Ребенок поморщился. Все-таки это был его промах, - Санджи усмехнулся, глядя на скорчившего серьезную мину паренька.
– Все знать невозможно, да и приплыли-то вы на шлюпке. У них всегда небольшой запас прочности.
– Значит до острова мы бы не доплыли?
– Задал новый вопрос Олег.
– Почему, доплыли бы, - Кок вновь с наслаждением затянулся, щелчком отбросив бычок в море, - Есть где-то в двух днях пути отсюда небольшой островок. Безлюдный, но есть пресная вода, фрукты, несколько домов для путешественников.
– Кстати, я вас так и не поблагодарил. Спасибо, что помогли нам, - Искренне произнес Вальтер. Санджи недоуменно посмотрел на своего собеседника.
– Ты не спросил, есть ли у нас деньги на еду, просто дал нам поесть несмотря на неприятности на работе. Не стал бегать и кричать, что дети одни без взрослых, вступился за нас перед другими.
– Ты очень странный пацан, - сказал в ответ Санджи.
– Но я не такой добрый каким кажусь. Просто знаю, каково это оказаться в море без еды и воды, - он снова достал сигарету, - тот старик, Зефф, он бы понял меня. Но если так хочешь меня отблагодарить, то просто расскажи, почему вы оказались в открытом море с одной шлюпкой. Ты не похож на искателя приключений, в отличии от своего товарища.
Олег грустно улыбнулся. Санджи стало не по себе. Также улыбался Зефф, глядя в старый альбом с фотографиями своей команды. "Да что с ним такое?", - подумал он: "Что вообще надо сделать с ребенком, чтобы он испытал те же чувства что и мой старик после пропажи команды? Да и взгляд у него... Неприятный. Слишком оценивающий", - Санджи покачал головой. Ему нередко попадались дети, пережившие что-то плохое. Черт возьми, да он сам был таким ребенком! В основном они были маленькими волчатами, из которых вырастали безжалостные чудовища. Были и сдавшиеся, с пустыми глазами и изрезанными запястьями. Иногда дети просто старались идти дальше, забывали случившееся. Санджи был из таких. Он не стал зацикливаться на прошлом. Просто жил и радовался своей жизни. Однако его боль всегда была с ним, прячась в ночных кошмарах, возникая от взгляда на простые, казалось бы, вещи. Санджи до сих пор вздрагивал, слыша упоминание Джермы, а голод навсегда остался для него главным страхом.
"Эта его фраза про доброту и неприятности на работе", - Вернулся к текущей проблеме кок, - "Но дети не мыслят такими категориями. Для них проявление доброты это естественно! На забитого зверька он тоже не смахивает. Скорее уж матерый волчище, который сам перехитрит кого угодно. А взглянешь мельком, ну паинька, даром что мальчик."
– Наш родной город, Браунтон, уничтожили пираты, а нас посадили в трюм как заключенных. Пытались продать в рабство на маленьком острове возле Логтауна. Меня захватил Рыжебородый. Датс Кигли. Но за день до прибытия нам удалось сбежать, взорвав пороховой склад на судне. Скорее всего, наши товарищи по несчастью погибли, - Вальтер опустил некоторые подробности, по-возможности скупо и отвлеченно описав происходившие события. Однако он умолчал о том, что им удалось убить старпома и шестерых из команды. Умолчал он и о драке с матросом. По мере рассказа лицо Санджи искажалось все сильнее, а руки сжимались в кулаки. Под конец он хрипло дышал и с ненавистью в голосе произнес: