Синтез
Шрифт:
«Весьма интересно,» — Гедимин тщательно сдул с остатков книги пыль и заглянул на последний лист.
«…В замедлителе из обыкновенной воды цепная реакция на природном уране невозможна…»
Чьи-то шаги послышались в коридоре. Eateske прикрыл листы ладонью. «Это должно быть изучено,» — он задумчиво сощурился на дверь. «Это важно.»
Расправив листы, он просунул их под одежду, спрятав на животе, под застёжкой и конструкциями пояса. Прошёлся по комнате — бумага не шуршала.
— Гедимин, — Джошуа заглянул в дверь и поманил его к себе. — Твои
В этот раз в экзоскелет забрался Хосе. Энрике косился на него и хмурил брови.
— Без происшествий? — спросил он у Джошуа.
— Работа идёт. Завтра прилетайте к девяти, — кивнул тот, наблюдая за надеванием браслета и ощупыванием карманов Гедимина.
— Гляди-ка, пусто, — буркнул Энрике, заглянув в последний карман. — Что, ничего не нашёл?
— Это же станция, — Хосе опасливо покосился на робота-уборщика — тот остановился перед ним и громко пищал. — Тут ничего не валяется.
…Человеку было бы трудно рассмотреть потускневший текст в неярком свете из-за решётки, но Гедимин хорошо видел в полутьме. Устроившись на матрасе, он медленно вчитывался в полузнакомые слова и удивлённо мигал, встречая странные символы. Ничего похожего не было ни в языке Севера, ни в алфавите Атлантиса; даже на письмена Сина и Мацоды это походило весьма отдалённо, и нигде не было разъяснений.
«Альфа,» — Гедимин тронул пальцем один из значков. «Это же явление тут называют альфа-излучением. И оно же обозначено этим символом. Видимо, так он читается. Надо запомнить.»
Шерифа не было второй час. Хосе, воровато оглядываясь, затянулся пару раз и спрятал недокуренное под пластину экзоскелета. Запах горелой органики постепенно выветривался, но его воздействие было достаточно сильным, чтобы охранник не обращал на заключённого ни малейшего внимания.
Дочитав до конца абзаца (общий смысл пока был непонятен), Гедимин с удивлением обнаружил целый набор символов, ни один из которых не был ему известен. «Это что-то значит, определённо,» — он поискал над набором и под ним, но нигде не нашёл перевода.
— Эй, Хосе!
Охранник вздрогнул вместе с экзоскелетом.
— Чего тебе? — он подозрительно посмотрел на eateske. — Что затеял?
— Ты эти символы знаешь? — тот показал ему страницу. Хосе вытаращил глаза.
— Раны божьи! Теск, это вообще по-каковски?
— Язык Севера, — отозвался Гедимин. — Этот набор символов тебе знаком?
— Ты по-северянски понимаешь?! — охранник недоверчиво покачал головой. — А это… Постой! Знаю. Это формулы. Где ты это вообще взял?
— На станции, — тридцать пятый думал, что «макака» соображала бы куда быстрее, если бы не отвлекалась посекундно. — Формулы? Как они читаются?
— Я откуда знаю? В колледжах не учился, — фыркнул Хосе. — Это физика, чёрт её дери. Вон, у Райана спроси. Он умный.
Лязгнула дверь, послышались торопливые шаги, и охранник вздрогнул и вытянул руки по швам. Гедимин растянулся на матрасе, прикрывая телом книгу. Прятать не было времени — люди уже подошли к решётке.
— Искал, во что завернуть,
— Найдётся, — угрюмо отозвался Райан. Щёлкнул выключатель «сивертсена», Гедимин вскинулся, но сделать ничего не успел — разряд станнера вошёл ему в затылок, и eateske растянулся на полу, пуская слюни. Даже лицевые мышцы перестали ему подчиняться.
— Твоя книжка? — Райан выдернул кипу листов из-под дёргающегося тела и повернулся к Джошуа. — Чего? Что-то не так?
— Рэй, ты сдурел? — голос Винстона странно дрожал. — Ты что творишь?
— Он по-другому не понимает, — буркнул стрелок, захлопывая за собой дверь. — Так это твоё барахло или нет?
— Верни, откуда взял, — тихо сказал Джошуа. — Знал бы, что найдутся читатели, — не выдрал бы листы. Пусть будет у него, я потом заберу.
— Твоё дело, — Райан бросил остатки книги на пол рядом с Гедимином и включил защитное поле. — Тебя не поймёшь, Джош…
Голоса стихли за дверью. Гедимин медленно подтянул к голове дрожащую руку — ему казалось, что кости превратились в желе, и конечность размазывается по полу. Пальцы не слушались, но всё-таки удалось вытереть слюну. Гедимин попытался вспомнить последний прочитанный абзац — всплыла только пара слов, и то коротких. «Винстон знает, что это за книга. Возможно, формулы ему знакомы,» — подумал он, укладываясь поудобнее — сегодня бесполезно было продолжать чтение. «Если он согласится говорить со мной…»
Глава 4
— Я рассчитываю получить книгу обратно, — сказал Джошуа Винстон, оглядываясь на Гедимина. Они шли по добела вычищенному коридору, оставив за турникетом недовольных охранников. Никто не попадался им на пути, кроме роботов-уборщиков — они, похоже, работали круглосуточно.
— Завтра или, в крайнем случае, послезавтра, пока Хосе не скурил её, — человек остановился, внимательно глядя на eateske. — Целлюлозная бумага нечасто попадается.
«Ожидаемо,» — подумал Гедимин, стараясь не встречаться с ним взглядом — этот потомок обезьяны был очень наблюдателен.
— Я постараюсь дать тебе равноценную замену, — сказал Джошуа, не дождавшись ответа. — Но после смены.
Массивная округлая дверь реакторного зала медленно открылась, пропуская Гедимина внутрь. Человек в этот раз за ним не пошёл, и проём быстро закрылся. Тридцать пятый остановился на пороге, разглядывая бассейн и высокие стены.
Красная черта, проведённая на полу, захватила ещё больше пространства — теперь Гедимин, встав за ней, не видел внутренностей реактора и остывающих в бассейне сборок, но ещё мог рассмотреть холодное синее сияние под водой. Захват на тяжёлой станине исправно двигался вокруг бассейна, и вскоре первая из сборок была вынута из реактора и погружена в светящуюся воду.