Синяя смерть

Ахметов Спартак Фатыхович

– Я не первый год в Гоби, - вмешался Сейфуллин, - часто встречался с пастухами. Почему они мне ничего не рассказывали? И не только мне...

– Это легко объяснимо. Араты считают, что нельзя называть своего смертельного врага по имени, иначе он явится на зов. Я правильно говорю, Сайхан?

– Правильно, дарга, - опустил голову шофер.

– Поэтому кроме смутных слухов, до нас ничего не доходило. Теперь же, сопоставляя факты,

можно утверждать, что олгой-хорхой обитает в песках безводных районов Гоби и на поверхности старается не появляться.

– Чем же он питается?
– спросил Коля Громов.

– Пока не знаю. Как всякий обитатель пустыни, он приспособился к отсутствию воды, которая в большом количестве даже гибельна для него. Вспомните, что и корни саксаула загнивают при обильном поливе. В этом году уровень подземных вод поднялся и выгнал страшных червяков на солнце. Одного из них и облила грязной водой Анна Семеновна. Какую-то роль сыграл и стиральный порошок.

– Если бы я знала, что это олгой-хорхой, - застеснялась Демьянова, - я бы тут же убежала.

– Тем не менее приготовьтесь к тому, что это место монголы назовут Демьян-Обо и будут приезжать на поклонение. Я говорю совершенно серьезно.

Анна Семеновна смутилась и спряталась за спину Сайхана.

– Так что же получается, - воскликнул Максаржаб, - этот червяк небелковый, что ли?

Волков пожал плечами:

– Конечно, белковый. Законы развития жизни нерушимы. Однако жестокие условия Гоби могли так направить эволюцию, что получился олгой-хорхой. Здесь нет ничего удивительного, белковая жизнь невероятно разнообразна.

– А как он убивает?
– продолжал спрашивать географ.

– Определенного ничего сказать нельзя, - задумчиво сказал Иван Михайлович.
– Есть у меня одна мысль...

– Какая же?

– Вы проверили свой прибор?
– вдруг обратился к физику Волков.

– Да, - удивился тот.
– Но...

– Нашли неисправность?

– Нет.

– Я так и думал. Следовательно, вы действительно зарегистрировали ультрафиолетовое излучение из песков с длиной волны около 260 нанометров?

– Выходит, так.

– И чем это объяснить?

– Получается, что в песках находился мощный источник лучей. Погодите, погодите... Живые существа не могут излучать ультрафиолет!

– Нет, могут!
– твердо сказал Иван Михайлович.
– В двадцатых годах крупный советский биолог Гурвич сделал интересное открытие.

Он доказал, что клетки и ткани всех животных и растений производят ультрафиолетовые лучи с длиной волны, как мне помнится, от двухсот до трехсот нанометров. Вопрос этот достаточно сложный, но ясно одно: без этих лучей клетки не могут размножаться. Гурвич назвал их митогенетическими, то есть способствующими митозу, делению клеток. Теперь нетрудно вообразить животное, которое в процессе естественного отбора многократно развило способность генерировать и накапливать смертоносные лучи. Подобных примеров тьма: скаты парализуют добычу электрическим током, змея убивает ядом, который у ее далеких предков был всего лишь слюной. А олгой-хорхой убивает излучением, причем только на близком расстоянии, так как воздух поглощает ультрафиолет.

– Ультрафиолетовым излучением убить нельзя, - возразила Демьянова. Если доза будет слишком большой, пациент просто получит ожог. Уж я-то знаю возможности кварцевых ламп.

– Во-первых, я говорю об излучении с громадной энергией. Во-вторых, известно, что лучи с длиной волны 240-280 нанометров наиболее губительны для живых клеток. Они так могут воздействовать на мозг, на дыхательные центры, что жертва погибнет от удушья. Как наш злосчастный медведь.

– Не согласен!
– воскликнул Лодой Дамба.
– Чтобы излучать так, червяк должен быть горячее солнца. Кроме того, кожа и кости для ультрафиолета непроницаемы.

– Ну и что? Возможно, в организме олгой-хорхоя имеется механизм ультрафиолетового лазера. Как известно, лазер дает мощное излучение, сам при этом не разогреваясь. Возможно, в излучении гобийского червяка есть еще какие-то жесткие компоненты, вроде гамма- и бета-лучей, которые убивают мгновенно. Все это еще предстоит выяснить. Дел у нас теперь столько, что...
– не договорив, Волков встал.
– В мое отсутствие меня замещает Равиль Саидович. Потом повернулся к Демьяновой:

– В медицинской помощи нуждается арат Цэвэн, он пострадал от встречи с олгой-хорхоем. Поезжайте к нему немедленно и выясните, можно ли его отправить вертолетом в Улан-Батор. Конечно, очень важны для науки все типичные признаки поражения организма от этого излучения.

Начальник экспедиции шагнул к выходу из палатки, но еще раз обернулся к Демьяновой.

– Видите, Анна Семеновна, теперь и вы включились в серьезную научную работу.