Сирень под пеплом

Стихи, тексты песен,

повести и рассказы

Издательство "Голос-Пресс"

Москва 2002

Хуммедов Сергей Аманович

(Сергей Аман как член Союза писателей

Москвы)

О Сергее Амане можно прочитать в предисловиях к его книгам:

"В садах судьбы",

"Сирень под пеплом"

Контакты:

e-mail: hummedov@mail.ru

мобильник:: +7 926 745 73 10

Персональный сайт:

http://sergeiaman.narod.ru/

Александр Касперович, фото на обложке, 2002

Валерий Валюс, графика, 2002

СОДЕРЖАНИЕ

Эти стихи надо читать медленно. Леонид ЖУХОВИЦКИЙ

Вместо эпиграфа

"С чего мне начинать?.."

Вот еще одна весна

"Какое небо в мае! И какая ночь!.."

В июне

Как было

Колыбельная для моего сына

Гори, душа!

Журавлик

Сентиментальная песенка

Ветер странствий

"Вчера я умер..."

Окольцованные

Уходя, гасите свет

Стирающая женщина

Жизнь была

Сентиментальная баллада о шарфе

На моей невечной земле

Песня родства

"Споры - вечны. Жизнь - коротка..."

Женщине

"В последний вечер..."

Встреча

Поэма

Июнь

Вот и август

"А теперь ты вошла в меня..."

Ох, и ухнет над землей!..

(рассказ о возвращении солдата)

Ночи вослед

(маленькая повесть о любви)

Ах, как они бегут,

или Притча о скуке

Кладбищенские цветы

Об авторе

Ссылки на песни

Перед всяким пишущим человеком встают две задачи: ведь литература одновременно и средство самовыражения, и средство общения. И далеко не всегда оба решения удается совместить.

Для великих поэтов Некрасова и Твардовского главной, на мой взгляд, задачей было общение - и многие миллионы читателей благодарны им за легкость восприятия прекрасных стихов.

Для Тютчева, Ахматовой, Пастернака или Мандельштама главным было самовыражение, они не заботились о популярности, считались поэтами элитарными - и элита заучивала их, читала друг другу наизусть, превращая сложные, труднодоступные стихи в фольклор. Эта поэзия во многом напоминала шаманство: непонятные строки проникали глубоко в подсознание и пьянили сильней дорогого вина. А потом получилось странное - год от году элита разрасталась, и когда, например, сборник Ахматовой был издан тиражом в 300 000 экземпляров, его буквально смели с прилавков книжных магазинов, а на черном рынке продавали за двадцать номиналов.

Упаси меня Бог сравнивать размеры дарования! И великих я вспомнил только для того, чтобы объяснить, почему лично мне близка и нужна поэзия Сергея Амана - а он и в прозе безусловный поэт, не потому, что в его рассказах много внутренних рифм, а

потому, что таков сам способ его мышления. Для Амана главное - понять и выразить самого себя, со всеми своими нюансами мироощущения. Он поэт не броский, но очень тонкий, и читать его лучше медленно: тогда появится возможность вместе с автором услышать загадочную музыку нашей трудной эпохи. Очень заманчиво подтвердить сказанное цитатами - но не хочется лишать читателя этой книжки радости самостоятельного открытия.

Я не знаю, сколько поклонников будет у поэзии Сергея Амана - может, сто, может, сто тысяч. Это не самое важное. Важней другое: в нашей великой литературе появился еще один чистый ключ, из которого кто-то сможет напиться.

Вместо эпиграфа

Истина приходит нагая -

утверждал художник Хахаев,

вздрагивая и чертыхаясь,

и к щели дверной припадая...

К женщине

Еще один глоток - и я у ваших ног.

Размышления

Нас лечили вожди и больницы,

но ничто не влияло на ум.

И я долго чешу ягодицу,

даже сам не пойму - почему...

С чего мне начинать?..

С чего мне начинать?

И в сорок, как в семнадцать,

вопросы задавать,

незнания стесняться?

Стихом определять

смысл и движенье жизни?

Подробно умирать

и воскресать капризно?

Всему отпущен срок.

Когда тебе за сорок,

в стихах не ищешь прок,

с собой кончая ссорой.

Начала и конца

завязывая узел,

не объяснить творца,

а только лишь обузить

И небеса пусты.

Невнятные погоды.

Не подвести черты

до своего ухода.

Вот еще одна весна пробудилась ото сна, отогрела дерева и тотчас взялась листва, распустив любви слова. Распустив любви слова, жизнь начнется как снова. И окажется иной, ненадышанно-земной. И окажется тобой.И окажется тобой неподъемный шар земной. Ни объять, ни обойти неразумного пути сердцу, что спешит в груди.Сердцу, что спешит в груди, сладкой воли не найти. Три слова "я тебя люблю" захлестнутся да в петлю... Эту горькую петлю! Эту горькую петлю голым горлом я ловлю. Потому что я люблю, потому что я люблю, потому что я люблю.

* * *

Какое небо в мае! И какая ночь!

Вздуваемая ветром,

не потухает, несмотря на дождь,

сирень под пеплом...

В июне

Всю ночь горит, не угасая,

по краю неба отсвет рая.

А было так. Он все сказал, что думал. Потом подумал - все ли он сказал. По площади трамвай тащился. Гулом он плотный жар полдневный раздвигал.

Она стояла у раскрытых створок двери. Слепил глаза из-за спины свет воздуха. И тут в его мозгу возникший морок вдруг вызвал ощущение вины. Он отошел на шаг в прохладу лестниц и головой тряхнул, сбивая нудный такт тянущих за душу нелепых провозвестий того, что он не знал, что будет так.