Сириус транзитный
Шрифт:
Нелли. Хочешь взять пленку, Барри?
Барри. Нет.
Нелли. Зачем же ты тогда пришел?
Барри. Хотел повидать тебя еще разок.
Нелли. Уезжаешь, значит?
Барри. Уезжаю.
Нелли. Что ж, всего доброго, Барри.
Барри поднимает сумку, машет Нелли рукой.
Запах лаванды.
Барри. Всего доброго, Нелли! Он поворачивается, идет к лифту. Кабина еще не ушла. Он открывает дверь, входит внутрь.
ДЕНЬ РАКЕТОДРОМ
Барри выходит из автобуса, который привез его в космопорт. Машину он продал, всех вещей у него теперь только то, что в дорожной
Вот и четвертый подъезд. Человек десять толпятся вокруг, подходят все новые люди. Барри присоединяется к ним, ждет.
Сразу после двух ворота открываются--можно заходить. Один за другим они тянутся мимо окошка охраны, предъявляют документы. Потом каждый получает узел с одеждой и вещмешок. Человек в сером комбинезоне, в берете с эмблемой "СТ" отдает распоряжения.
Сотрудник "СТ". Вон там раздевалка. Личные вещи останутся здесь. Возьмите с собой только самое необходимое.
Барри тоже исчезает в кабине и появляется оттуда, как и все остальные, в сером комбинезоне. Вещмешок он закинул за спину. Его сумка, снабженная биркой, отправляется в большую кучу багажа.
Сотрудник "СТ". Все готовы? В колонну по двое становись!
Они строятся в две шеренги. Сотрудник "СТ" делит их на шестерки, которые одна за другой по вызову скрываются в коридоре.
Ожидание длится недолго. Вместе с пятью другими Барри идет по коридору, выходит на улицу. Их сажают в маленький автобус и быстро везут к стартовой площадке.
Тарахтенье автобусного мотора, тряска. Впервые Барри видит ракеты с близкого расстояния. Он слегка разочарован, думал, они гораздо больше. Это цилиндрические конструкции метра четыре диаметром и метров пятнадцать высотой. Ракеты установлены на подвижных шасси и по рельсам выводятся на стартовые позиции.
Автобус останавливается, все выходят. До ближайшей ракеты рукой подать. Видно, что металлический корпус покрыт исчерна-бурой коркой, а вовсе не блестит серебром, как на картинках.
По узкой металлической лесенке они поднимаются наверх, на платформу у грузового люка. Барри на миг оборачивается--последний взгляд на город. Но вот и он скрывается в люке. Круглое помещение, шесть противоперегрузочных кресел спинками к люку. Венчик узких иллюминаторов.
Спертый воздух, запах грязи и плесени. Сотрудник "СТ" вместе с ними поднялся в ракету. Показывает, где разместить вещи. Потом каждый надевает шлем, соединенный кабелем со спинкой кресла.
Сотрудник "СТ". Пристегнуть ремни! Через пять минут старт.
Проверяя, хорошо ли пристегнуты ремни, он переходит от одного к другому, защелкивает замки, которыми фиксируются ремни. Нажим тугих ремней.
Барри. А как мы их отстегнем?
Сотрудник "СТ". Во время полета они будут на замке. После посадки вас освободят.
Он идет к люку, небрежно прикладывает руку к берету.
Сотрудник "СТ". Удачного полета, ребята.
Люк захлопывается. Немного спустя по корпусу ракеты проходит легкая дрожь--видимо, их везут по рельсам, в иллюминаторах видно только серое небо.
Барри. Сколько продлится полет?
Сосед
Браш. Ты что, первый раз?
Барри. Да.
Браш. Сколько продлится полет? Трудно сказать... Смотря куда нас отправят.
Барри. А что, посадочных площадок несколько?
Теперь и сосед слева поворачивается и с удивлением смотрит на него.
Джо. Похоже, ты, парень, влез в это дело очертя голову! Сбежал, поди, откуда-нибудь?
Браш. Все дело в том, куда нас отправят. Может, в рай, может, в ад. Я уж не в одном жутком месте побывал.
Джо. Я тоже, старик. Вспоминать неохота. Острова южных морей -- вот это бы по мне. Кокосовое молоко, пальмовое вино. Смуглые девчонки с цветами в волосах...
Барри. Смуглые девчонки? На Сириусе?
Браш. Жди сюрприза, парень. В свое время все узнаешь.
Вибрация металлических колес по рельсам. Опять толчок -- остановка. Кресла автоматически занимают противоперегрузочное положение; шестеро мужчин лежат в них, спиной к движению.
Голос из динамика. Десятисекундная готовность. Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два, один--старт!
Корпус ракеты содрогается, иллюминаторы разом затягивает грязно-бурый дым. Потом перегрузка вдавливает их в кресла, секунду-другую в иллюминаторах мелькает белый свет, затем снаружи воцаряется тьма... Рев двигателей и свист воздуха. Ракета пробивает атмосферу. Мало-помалу наружные шумы стихают, свист прекращается, только глухой рокот сотрясает кабину. Перегрузка на пределе терпимого. Барри едва не теряет сознание. Вдобавок еще и тошнотворная вибрация, временами ракета содрогается так, что беспомощных людей швыряет в ремнях из стороны в сторону. Затем вдруг снова возникает свистящий звук, громкость его нарастает, кажется, барабанные перепонки вот-вот лопнут.
Тормозной маневр, шестерка висит в ремнях. Быстрая смена ускорения. Свист становится все тише, но рев двигателей не умолкает.
В иллюминаторах мало-помалу светлеет... Неожиданно ракета резко разворачивается. Мужчины снова прижаты к креслам. И опять за стеклами черные космы дыма, временами подцвеченные снопами искр. Последний резкий толчок--посадка. Кресла автоматически занимают нормальное положение. Все шестеро заметно возбуждены. Тянут шеи, выглядывают в иллюминаторы, стараясь хоть что-то рассмотреть.
Браш. Небо серое -- не нравится мне это.
Джо. Да не каркай ты! Может, тут вечер или раннее утро!
Тихий шорох, свистящий вой. Люди опасливо переглядываются.
Барри. Что это?
Браш. Черт побери, мне это не нравится.
Барри. Да что же это?!
Браш (покорно). Неужто не отгадал? Пурга это, мой мальчик. Нет, надо же, такое невезенье!
РАННЕЕ УТРО РАКЕТНАЯ БАЗА
Люк открывается, входят двое в военной форме. Вместе с ними внутрь врывается ветер, а с ветром--снежинки. У одного из пришедших на воротнике черная сержантская выпушка. Младший -- без знаков различия, но по сигнальному свистку, который висит у него на шее, можно определить, что это начальник караула. Сержант даже и не собирается помочь им выбраться из ремней. Он развязывает шарф, сплевывает на пол.