Скала Жнеца
Шрифт:
– Не знаете, он занимался дайвингом, когда приезжал сюда?
Джо кивает:
– Он обожает дайвинг. Любые приключения.
– А вы приезжали сюда с ним? – спрашивает Стид заботливым, ненавязчивым тоном. Это тонкое искусство, редкий случай для неопытного полицейского.
– Нет, я здесь впервые. Жаль, что раньше мне не удавалось вырваться. Он приглашал, но я всегда была занята.
Она снова всхлипывает.
Элин перестает записывать. Дождавшись, пока Джо возьмет себя в руки, она спрашивает:
– Это
– Вообще-то нет. Как я уже говорила, кто-то упомянул о здешнем курорте, и я сказала Сету. Это показалось мне забавным совпадением, и мы вспомнили, что я никогда здесь не была. Я связалась с курортом, и мне предложили остановиться здесь бесплатно. Это не имело никакого отношения к Сету. И ему это нравилось. Он предпочитает держаться в тени.
– Кто-нибудь еще в вашей компании знает о его связи с островом?
Джо качает головой:
– Мы хотели, чтобы это оставалось тайной. Сета не все любят, в особенности в моей семье. Если бы они узнали, что островом владеет его отец, то, скорее всего, не поехали бы.
– Почему? – спрашивает Стид.
– Думаю, они решили бы, что эта поездка – своего рода хвастовство… – пожимает плечами Джо. – Он получил определенную репутацию, плюс еще его наплевательское отношение ко всему… – Она колеблется. – Иногда он ведет себя как клоун, и людей это бесит. Но на самом деле это его самозащита. В глубине души он не уверен в себе. У него было паршивое детство, несмотря на деньги. Отец вечно отсутствовал, а Сет сгибался под бременем всеобщих ожиданий от сына Ронана Дилейни.
– В каком смысле? – осторожно спрашивает Элин – это подкрепляет ее теорию о том, что наркотики были своего рода бунтом.
– Люди предполагают, что он беспощаден и честолюбив, как Ронан, либо богач-недоучка, живущий на отцовские деньги. А Сет гораздо выше этого… – Она моргает и поправляет себя: – Был выше. Думаю, временами он слишком старался, чтобы люди его любили, но на самом деле только отталкивал этим.
Стид кивает:
– В последнее время вы не замечали в его поведении ничего необычного? До поездки и уже здесь?
– Нет, ничего такого.
Но Элин кое-что подмечает – по ее лицу мелькает тень эмоций.
– Вы уверены?
– Да.
Джо смотрит на Элин, а потом на Стида, но слишком прямо, явно переигрывая.
Элин многозначительно смотрит на Стида.
Джо что-то скрывает.
Выглядит очень странно, что, узнав о такой трагедии, кто-то будет вести себя расчетливо, но Элин знает, что инстинкт выживания затмевает все. Джо что-то скрывает, но Элин решает не напирать. Еще не время.
Она закрывает блокнот.
– Не возражаете, если мы быстро осмотрим вашу комнату? Так мы сможем лучше понять, зачем он отправился в бухту.
– Конечно, – отзывается Джо, вставая, и Элин снова улавливает слабую тень эмоций, не поддающихся расшифровке.
42
–
Элин понимает почему. Повсюду вещи Сета – обувь, спортивные костюмы, перекинутые через спинку стула плавки. Она смотрит на разложенный на кровати большой чемодан и сумку поменьше рядом на полу.
– Это моя сумка, – говорит Джо, проследив за ее взглядом. – Я начала собираться. Мы хотели уехать, как только вы запишете наши показания. – Она озирается вокруг: – Сет еще ничего не собрал. Всегда тянул до последнего.
Она снова хрипло всхлипывает и на этот раз не может взять себя в руки.
– Мы постараемся побыстрее.
Чувствуя себя неловко из-за рыдающей за спиной Джо – всхлипывания немного приглушены платком, Элин подходит к столу. Эта часть комнаты выглядит аккуратно – бутылка с водой, стакан и лежащий на белой папке с рекламой отеля блокнот. Слева от папки – открытый ноутбук с темным экраном.
– Ноутбук мой. – Джо входит в комнату. – Сет им не пользовался.
– Он привез свой?
Она качает головой:
– Он же хотел недельку отдохнуть от работы.
– А телефон? Он взял его с собой утром?
– Думаю, да. Он везде ходил с телефоном. – Она показывает на болтающийся в стене кабель: – Иначе он был бы здесь.
Элин заглядывает в ванную. В воздухе витает терпкий цитрусовый аромат туалетных принадлежностей «Люмен», на полу душевой кабины еще остались пузырьки пены. На тумбе у раковины стоит сумка, и Элин быстро в ней роется. Ничего необычного – лосьон после бритья, бритва, запасные лезвия.
Оставшийся в комнате Стид проверяет шкаф. Элин присоединяется к нему. На штанге почти нет одежды. Та, что осталась, явно принадлежит Сету – более элегантные вечерние рубашки, несколько футболок.
Стид указывает на верхнюю полку. Там лежат две черные сумки дорогого финского бренда – хорошая стальная молния, крепкая ткань.
– Это сумки Сета, – подтверждает Джо, глядя, как Стид их вытаскивает. Она по-прежнему говорит о Сете в настоящем времени, и это коробит, напоминая о том, в каком состоянии они видели его в последний раз – безжизненно лежащим на брезенте в хижине.
Положив сумки на кровать, Стид расстегивает ту, что поменьше.
– Только несколько чеков.
Элин берет большую и тут же замечает кое-что странное – сумка провисает с правой стороны.
Осмотрев сумку внутри и боковые карманы, Элин не находит ничего интересного, пока взгляд не останавливается на двух передних карманах – большом, закрытом на молнию, и маленьком наверху, на липучке. С нарастающим беспокойством она проверяет их – как и ожидалось, карманы пусты, это оптическая иллюзия, призванная отвлечь внимание от того, что эта сторона сумки шире.