Скала
Шрифт:
«Хватит! Дыши, Джей… Дыши»!
«Становись собой! Становись собой наконец! Тебе ведь на всех плевать, забыла?! А он — один из всех! Один из того долбаного миллиарда выживших, один из тараканов, один из крыс — из тех людей, что оказались слишком живучими! А ты одиночка. Тебе никто не нужен. В твоём коротеньком постапокалиптическом списке важных вещей Чейзу нет места. Ты ненавидела его! Он кретин! Он тот, кто навёл в твоей голове полнейший бардак. Если твари его укусили, значит такая у него судьба! Значит, сейчас его пристрелят те парни с винтовками
Вдох.
Вот так. Хорошо.
— Выйти из вертолёта!
Я больше не тону. Я слышу.
Вдох.
Дыхание выровнялось. Сознание проясняется.
— Чейз! Бери подружку, и выходите с вертолёта!
Знакомые лица бойцов. Нас окружил пятый отряд? Отряд Чейза? Как же ему повезло — умереть от рук товарищей. Уверена, никто из них и подумать не мог, что будет стрелять в своего командира.
— Давайте, живее! Дакир уже едет вас поприветствовать!
Этот ведь тот самый латиноамериканец, что помог нам сбежать из Креста? Это ведь он отдал приказ открыть ворота. Лукас, ил как его там…
Я не шевелилась. А вот Чейз… Он поднял голову, затем руку и собрался открыть дверь. Собрался получить пулю. Собрался умереть. Да, Чейз был к этому готов.
А я нет.
Ненавижу себя!
Я толкнула Чейза обратно на сидение, схватила прихваченную с собой из лагеря Ангела винтовку и, шлёпая огромными ботинками без шнурков, выскочила из вертолёта. Ко мне тут же рвануло с десяток бойцов. Я подняла винтовку вверх, и морозный воздух сотрясла череда выстрелов.
Бойцы замерли. Нацелили оружие на меня.
Я усмехнулась.
Они не будут стрелять. Почему? Во-первых, потому что за моей спиной находится то, чем даже великий Крест ещё не обзавёлся! Рабочий вертолёт для них самое настоящее сокровище и очень сомневаюсь, что они захотят его испортить. Во-вторых, Чейз сказал, что я нужна Дакиру. И если Дакир столько усилий приложил, для того, чтобы я добровольно осталась в Кресте, сомневаюсь, что в связи с моим добровольным возвращением, не был отдан приказ — не стрелять. Во всяком случае, после того, как Кристина отреклась от меня, терять мне нечего, так почему бы не проверить?..
— Убери пушку! — воскликнул Лукас, подняв руку вверх — приказывая не атаковать.
— Или что? — выдохнула я, стараясь, что бы голос звучал как можно резче.
На самом деле, на меня можно было просто дунуть, чтобы вся самоуверенность пылью посыпалась на снег. Левое колено нещадно болело, как и плечо задетое пулей в лагере Ангела: кровь из открытой раны тонкими струйками стекала с кончиков пальцев и красными бутонами расцветала на снегу.
Надо менять оружие. Винтовку держать слишком сложно.
Продолжая целиться в Лукаса, я открыла скользкой от крови рукой дверь вертолёта и нащупала за поясом штанов Чейза рукоять пистолета. Что сейчас происходило с ним самим — оценить не было возможности. Если не пытается меня остановить, то, скорее всего в отключке.
— Что с Чейзом? — воскликнул Лукас и кажется, даже как-то не
Громко пыхтя, но стараясь не демонстрировать боли, я закинула винтовку на повреждённое плечо, пистолет переложила в здоровую руку и уткнула его ледяное дуло себе в подбородок.
Эксперименты продолжаются!
— Ты что делаешь?! — заорал Лукас.
— Она спятила!
— У девки крыша поехала!
Кто-то смеялся.
Мне было всё равно.
— Ну так что? — воскликнула я, приказывая голосу не вибрировать. — Когда там Дакир будет?
— Убери пушку, Джей! — Надо же, Лукас даже в курсе, как меня зовут. — У тебя итак будут крупные неприятности, не впутывай сама себя в новые!
— А я люблю неприятности, — прошипела я сквозь зубы. — Просто жить без них не могу.
— Что с Чейзом? Почему не выходит?
— Отдыхает. Утомительный полёт выдался.
Лукас, с поджатыми от злости губами, выудил из нагрудного кармана рацию. Дакиру докладывать собирается, что у нас тут далеко не всё в порядке?..
— Скажи, чтобы Киру прихватил! — крикнула ему я. — Без неё не сдвинусь с места.
Дакир и Кира явились быстро. Ну, наверное, быстро. Потому что в моём полураздавленном сознании каждая минута тянулась вечность.
Поднялся ветер. Ледяной и колючий, сдирающий кожу с рук и лица невидимым скальпелем. Кира даже одеться не потрудилась: вылезла из грузовика Дакира облачённая в неизменный медицинский халат. Ветер тут же подхватил её тёмные волосы, на этот раз не убранные в высокую причёску, и вихрем закрутил над головой.
Дакир выглядел спокойно. Весь в чёрном. Его даже можно было бы назвать элегантным, если бы в Новом мире это слово не потеряло значение. На лице ни тени разочарования, или недовольства. Оно и понятно: можно сказать, Дакир сам и организовал наш с Чейзом побег. Он и Кира. И у меня нет ни малейшего желания давать им повод самореализовываться за мой счёт, но так уж вышло — я сама себе не оставила выбора. А Кристина меня к этому подтолкнула.
Если бы эта дрянная девчонка не отказалась от меня, ну и если бы Ангел не оказался сектой нездоровых фанатиков, я бы осталась с ней. Разве стала бы выбирать?.. Между кем? Между девочкой, которая была для меня смыслом существования и парнем, который даже приветливым никогда не был?.. Нет. Не было бы никакого выбора. Я здесь только в силу обстоятельств, а вовсе не затем, чтобы каким-то чудесным образом пытаться спасти Чейзу жизнь.
Тогда чем я вообще сейчас занимаюсь? К чему это представление? И дураку понятно — Чейз обречён. Кажется, я больна. Определённо больна. Раз до сих пор продолжаю этот цирк.
Кира, сражаясь с порывами ветра, без приглашения зашагала ко мне, обнимая себя руками, как маленькая девочка, которой страшно. Но в её случае, это лишь следствие холода. С чего она должна бояться? Со стороны я выгляжу, как истекающая кровью самоубийца с поехавшей крышей, к которой сбежалась половина города, дабы уговорить не совершать глупостей.