Скаут
Шрифт:
Если честно, Тимофею сейчас было очень стыдно. По большому счету, Роберта Мугабе, главаря террористов, который очень скоро, по историческим меркам, превратит эту замечательную страну в дерьмо, выпустил из тюрьмы именно он. А теперь, приходилось валить с больной головы на здоровую голову.
— Мне не плевать на нашу Родину! — взвился Риччи. — Я делаю свою работу! Хорошо, делаю! Смысл моей жизни, выполнять приказы. Я не думаю, я исполняю! А ты порченый, Медведь! Ты всегда был порченным! Из-за таких уродов, как ты, нас считают дикарями и расистами! Ты нарушаешь
— Не ной… — презрительно хмыкнул Тим и тоже встал лицом к лицу с Плаксой. — Хотя… иди, поплачь, ты всегда был плаксой, им и остался. А лучше, настучи на меня. Тебе же не привыкать?
Тимофей сознательно провоцировал лейтенанта Мак-Мерфи. Он даже приблизительно не представлял, чем закончится этот разговор, но интуитивно чувствовал, что поступает правильно.
— Сука… — кулак Плаксы описал короткую дугу.
Ричард Мак-Мерфи всегда был отличным боксером. Он два года подряд брал армейский чемпионат Родезии по боксу и всегда колотил Тима Бергера в боксерских тренировочных поединках. Правда, только в схватках по правилам бокса.
Тимофей прикрылся локтем, но заблокировать удар получилось лишь отчасти, Риччи целился в печень, а попал по ребрам. Хотя, все равно, Тима словно кувалдой саданули. Глаза застило багровой пеленой, из груди выбило весь воздух, а легкие взорвались дикой болью.
— Убью! — Риччи ударил еще раз, целясь в голову, чтобы добить наверняка, но Тимофей успел войти в клинч, связал ему руки и ткнул головой, а потом, кинул Плаксу через бедро и приложил локтем.
Раз, другой, третий…
— А-аа! — давясь кровью, взревел Риччи, попытался сбросить с себя Тима и сбросил, но Тимофей успел поймать его на болевой прием и опрокинулся всем телом, ломая руку.
Затрещала кость…
— Долбанный русский, — взвыл Плакса, попробовал освободиться, а когда не получилось, зло заорал и застучал по полу свободной рукой. — Все, все, мать твою…
Тимофей отпустил его.
Риччи откатился, встал на колени и угрюмо уставился на Тимофея, держась за локоть.
Тим тоже сел.
— Сволочь ты такая… — обиженно буркнул лейтенант, утирая локтем кровь с лица. — Следующий раз я тебе хорошенько наподдам, понял?
— Угу, — согласился Тим. — Следующий раз. Ну что? Будем разговаривать, или…
— Да пошел ты! — опять вспылил Мак-Мерфи, но тут же добавил уже спокойным тоном. — Хорошо, черт с тобой, я признаю, что Мугабе надо валить. Но ты же не только меня хотел подбить на свою авантюру, но и парней? Давай спросим у них. Приказывать им я не буду, но если они согласятся, вопросов — нет, мы с тобой.
Тим кивнул. Все давно пошло не по плану, но другого выхода уже не было.
Ждать скаутов не пришлось.
Через пару минут в комнату вошли близнецы, а следом за ними Чомба и Куус.
И сразу сообразили, что Тим и Риччи подрались. Впрочем, тут и соображать было нечего. Оба растрепаны, морды в крови, что непонятного.
— Опять? — Фил Донован осуждающе покачал головой. — Вот вы задолбали. Какого хрена? Что опять не поделили?
—
— Что случилось, Медведь? — Фил недоуменно уставился на Тимофея. – Тебя же перевели?
Тим пожал плечами.
— Ничего особенного, просто Роберта Мугабе отпускают.
— Как, отпускают? — ошарашено ахнул Билл Мбабо. — Это же… эта сволочь же отъявленный террорист!
— Это что, получается, — Чомба озадаченно потер подбородок. — Мы ловим, а они отпускают? Какой в этом смысл?
В комнату с гулким жужжанием влетела огромная стрекоза. Сесил ловко ее поймал, сразу сунул в рот, с хрустом откусил брюшко, но тут же почему-то устыдился и спрятал руку с останками за спину.
Но никто на это не обратил внимания. Насекомые — источник превосходного протеина, а в рейдах приходилось питаться еще не такой гадостью.
— Что-то здесь нечисто, — близнецы требовательно посмотрели на Тимофея. — Расскажи полную версию, Медведь.
— Все очень просто, глупо и мерзко, — Тим устало провел ладонями по лицу. — Президент ЮАР решил стать миротворцем за счет Родезии. И воздействовал на наши власти, чтобы те отпустили Мугабе. У наших, особых вариантов не было, сами понимаете почему. Большая часть всего, в чем нуждается Родезия, поступает из ЮАР. В общем, через месяц — два, он выйдет на свободу. Что дальше будет, тоже не секрет. Мое мнение — этого мудака надо валить, пока не поздно. Если все сделать красиво и умно, мы одним выстрелов убьем сразу двух антилоп. Но прежде чем я расскажу, как это сделать, я хочу услышать ваше мнение. И сразу отвечу на вопрос, который вы мне обязательно зададите. Я не один. Есть много людей, которым судьба нашей страны небезразлична. Теперь ваше слово…
— Я верю Медведю! — неожиданно заговорил Плакса. — И я с ним.
Тимофей поблагодарил его кивком и посмотрел на остальных скаутов.
— Эти люди, которые с тобой… — осторожно начал Питер Донован. — Они… — он ткнул пальцем в потолок. — Ну… ты меня понял. Это очень не простые люди, так?
— Так, — спокойно согласился Тимофей. — Это очень не простые люди. И они желают нашей стране только добра. Никто не собирается устраивать переворот. На самом деле, у руководства страны просто связаны руки. А у нас нет, поэтому мы поможем им.
— Я с вами! — Чомба шагнул вперед. — Я всегда верил в то, что Медведь знает, что делает. Тим, можешь на меня рассчитывать.
— Смерть Мугабе, — Куус несколько раз кивнул и зачем-то широко улыбнулся.
Оба чернокожих скаута Тима не удивили. Как бы странно это не звучало, в них он, как раз, не сомневался. И дело не в какой-то особой сознательности, просто Мугабе был шона, а Чомба и Куус матабеле. А еще, Куус и Чомба всегда были несколько тщеславны и ни в чем не хотели отставать от своих белых сослуживцев. Ни в чем: если белые бегут — надо бежать вместе, белые пьют — пьем вместе, белые собираются убивать — тоже убиваем в первых рядах. Таким образом, они ставили между собой и белыми товарищами знак равенства.