Шрифт:
Александр Гейман
Сказка о быдле
Сатурналия
... А быдло так и осталось лежать под ракитовым кустом у ручья, обреченное дождям и лесным насекомым. Оно не сознавало отчетливо своей участи, но мало-помалу животный ужас сиротской смерти наполнил быдло, оно содрогнулось, и произошло непостижимое: быдло стронулось с места и в отчаянном желании жизни поползло вверх по склону к дороге.
– Ползи, ползи, родимое! Ползи высоко, до царского стола, до царской постели!
– это напутствие.
Сил
Очнулось быдло уже под вечер. По небу бежали тени, воздух свежел. Быдло свернулось калачиком и задремало. За ночь оно несколько раз просыпалось, в тихой радости видело над собой звезды в просветах туч и вновь засыпало, не успевая понять происходящих в нем перемен.
Разбудила быдло ругань мужика.
– Это какой же дурак навалил тебя столько посреди дороги!
– сокрушался мужик.
Лошадь мужика забоялась быдла и не шла. А быдло за ночь сильно выросло и теперь занимало собой полдороги. Справа был овраг, слева - пригорок, и мужику не хотелось объезжать быдло, но лошадь так-таки уперлась, и объехать пришлось. Потом по дороге ехал другой мужик. То же самое повторилось и с ним. Быдло заважничало: "Наверное, я какого-нибудь высокого происхождения, что меня все объезжают",- решило оно. Когда показалась тройка купца Терентьева, ехавшего с ярмарки, было само закричало ему:
– Ты куда едешь, купец, - не видишь, что я здесь лежу! Давай объезжай меня, я - высокого происхождения!
Купец разинул рот:
– Быдло разговаривает!
И он далеко объехал быдло, и, погоняя лошадей, все оглядывался. А быдло сообразило, что сделало промашку: надо было подсесть к купцу да ехать себе с ним,- не век же валяться здесь кучей.
Четвертым проезжал огородник Ефим Кулагин. Быдло выждало, пока кобыла, уперевшись, не встанет перед ним, и сказало:
– Слышь, что скажу, мужик: возьми меня с собой, а то лошадь все равно не пойдет.
Тот слез с телеги и оглядел быдло:
– А что, ты доброе! Сгодишься на огороде.
Мужик взял лопату и скидал быдло в телегу. Поехали. Быдло жадно впитывало картины родной природы и обо всем расспрашивало. Оно узнало, что которые с рогами и мычат называются коровы, а которые белые и с ветками - березы и они белые оттого, что покрыты берестой, а из нее весной течет вкусный сок. Наконец быдло заинтересовалось своим возницей. Оказалось, что он называется крестьянин Ефим Кулагин и едет домой из извоза, а быдло везет на огород, где выращивает репу и капусту.
– А репа и капуста называются - это вкусно?
– спросило быдло.
– Вкусно не вкусно,
Быдлу стало любопытно:
– А почему ему можно, а тебе нельзя? Он происхождения высокого?
Мужик объяснил:
– У него богатство, доход большой, а у меня доход маленький. Он прислугу держит, дом выстроил в два этажа, - да вот приедем в село, я тебе покажу.
За этими разговорами они въехали в село. На улице среди изб стоял дом с коньком на крыше и каменным первым этажом.
– Этот, что ли, дом купца Терентьева?
– Он самый.
– Нет, Ефим, рано мне на твой огород,- молвило быдло и незаметно сползло с телеги.
Ефим, отъехав, заметил пропажу быдла, но ворочаться уже не стал. А быдло направилось к купцу Терентьеву. Купец только что приехал, раздал семье гостинцы и как раз садился обедать. Тут он вспомнил о том, что видел утром и стал рассказывать.
– Ты какую околицу за столом при детях несешь! заругалась на него жена Матрена.
– С утра, похабник, шары успел налить!
В эту минуту с улицы понесло страшной вонью, в раскрытом окошке появилось быдло, оглядело всех и спросило:
– Вот это... в мисках... красное... дымится вкусно... которое я сейчас трескать буду...
– как называется?
– Быдло разговаривает!
– закричал хозяйский мальчик.
– Ну вот, а ты не верила,- сказал купец Терентьев.
– Не пущу за стол вонючее!
– закричала Матрена.
Она захлопнула окно перед носом у быдла и кинулась запирать двери. Но быдло просочилось сквозь щель и уже стояло посреди столовой.
– Что ж ты, Терентьев,- укорило быдло,- мимо ехал, а меня с собой обедать не взял.
– Милости прошу откушать с нами борща, - сказал, кланяясь, умный купец.
– Не буду за одним столом с былом есть!
– закричала Матрена.
– А тебя кто просит, - отвечало быдло, усаживаясь, - ты давай мне еду таскай!
– Не спорь с ним, жена,- шепнул купец Матрене,- как бы хуже не было.
Матрена перемогла себя и стала ухаживать за гостем. Быдло навернуло миску борща, потом вторую, потом весь горшок и попросило еще.
– Весь горшок умяло, вонючее,- злобно прошипела Матрена кухарке, забегая на кухню.
– Неси ему кашу, сил моих нет смотреть на прорву.
Быдло съело кашу и похвалило:
– Вкусно!
Сказав это, оно вспомнило Ефима Кулагина и спросило:
– А гусь с яблоками - это вкусно?
– Нет! Невкусно!
– закричала с кухни Матрена.
– Непременно попробую...
Быдло съело гуся, съело три больших пряника, съело пирог с черникой, запило все пятью ковшами кваса и осталось довольно: